Дмитрий Русланович Аникеев (Лесник)

После аномальной жары Матвей Саввич Коробейников надеется вернуться к обычной жизни. Но вместо жары приходит странное состояние: тяжесть, слабость, быстрая утомляемость, ощущение, что человек вроде бы восстановился - но уже не совсем.

Саввич начинает наблюдать за собой, природой и людьми вокруг. Птицы летают ниже обычного, животные исчезают с привычных мест, прихожане жалуются на похожие ощущения, а старые записи Ковалёва заставляют вернуться к событиям прошлого.

След приводит Саввича к Кевермонту - месту в Бельгии, которое может оказаться не источником, а лишь одним из узлов неизвестной системы.

Постепенно вырисовывается пугающая гипотеза: воздействие не обязательно должно быть сильным. Достаточно менять ритм, не позволяя живому полностью восстановиться.

Но кому нужна такая система? И сможет ли Саввич понять её механизм раньше, чем последствия станут необратимыми?

Евгения Станиславовна Костопуло - женщина с характером. Требовательная, упрямая, порой невыносимая, а порой - совершенно беспомощная. Оказавшись в эмиграции, она превращает жизнь окружающих в квест, но никто до конца не понимает, чего она хочет сама.

Рядом с ней - Саввич: шестидесятилетний биолог, церковный певчий и человек суровой прямоты. Он не умеет сюсюкать, зато умеет вовремя привезти продукты, разобрать завалы быта и сказать правду в лицо. А вокруг них крутится приходской «спецназ», соцработники и бесконечные звонки.

Смешная история постепенно становится совсем не смешной. Потому что за капризами и скандалами проступают простые вещи: одиночество, страх старости, потеря памяти и жажда остаться собой. И имя Святой Димфны здесь всплывает не случайно.

Это история о тех, кто понятия не имеет, как правильно помогать, но всё равно остается рядом. И, может быть, это и есть милосердие.

Матвей Саввич привык доверять только фактам.

Биолог по образованию, он умеет наблюдать, сопоставлять данные и не делать выводов раньше времени. Но однажды старые записи заставляют его вернуться к исследованию, которое, казалось, давно осталось в прошлом.

Температурные аномалии повторяются. Они возникают в определённых точках, складываются в странную последовательность и постепенно начинают напоминать не природное явление, а чей-то тщательно рассчитанный процесс.

Чем дальше Матвей Саввич разбирается в старых данных, тем меньше остаётся случайностей. Кто-то изменял архивы. Кто-то следил за его работой. А люди, которые двадцать лет назад уже знали об этой истории, почему-то предпочитали молчать.

Теперь ему предстоит выяснить главное: что на самом деле происходит - и кто стоит за происходящим?

Потому что следующая точка уже определена.

И на этот раз она находится совсем рядом.

Что общего у Пушкина, Чехова, Даля, Достоевского, Моцарта, Бетховена - и белой козы по имени Матильда?

Всё начинается с простой народной присказки и одного короткого вопроса: «А ну, покажи!» Ответ известен: «У козы…» - но дальше возникает пауза. Та самая, в которой и рождается юмор.

Почему именно коза? Почему именно хвост? Что происходит между словами? Филологи ищут смысл, поэты слышат ритм, композиторы находят музыку, а учёные мужи постепенно превращают простую шутку в настоящий консилиум.

И только Матильда смотрит на всё это с удивительным спокойствием.

Пока люди спорят о языке, юморе и скрытом смысле, коза задаёт им гораздо более важный вопрос: почему человек вообще обязан что-то показывать, если его об этом требуют?

Ироничная повесть о русском языке, человеческой серьёзности, праве сказать «нет» и о том, как три простых слова способны заставить умнейших людей спорить до самого вечера.

Что произойдёт, если одно короткое, дерзкое и совершенно непарадное русское слово попадёт в руки великих писателей и композиторов?

Слово «взбзднуть» становится предметом невероятного филологического и музыкального исследования. Даль, Пушкин, Лермонтов, Есенин, Толстой, Чехов и Достоевский ищут в нём литературный смысл, а Бах, Моцарт, Бетховен, Штраус, Оффенбах и «Могучая кучка» слышат музыку.

Так рождается «Ода созвучию уральского гранита» - сатирическая повесть о русском языке, искусстве и способности превратить одно непарадное слово в событие.

А после консилиума всех ждёт буфет.

Прошло более тридцати лет после Победы. Казалось, война давно стала историей. Архивы закрыты, свидетели уходят, а многие имена навсегда забыты. Но прошлое неожиданно напоминает о себе. Французский инженер-путеец Владимир, приехавший в Москву к матери и профессору Вернеру Плейшнеру, оказывается втянут в расследование, которое соединяет события Великой Отечественной войны, послевоенной Воркуты, Москвы и Франции.

Вместе с профессором Плейшнером, доктором технических наук Николаем Андреевичем Арсеньевым, а также офицерами МУРа Глебом Жегловым и Владимиром Шараповым ему предстоит выяснить, кем был человек, которого десятилетиями знали лишь под одним именем - Инженер. Кто создал легенду? Кто присвоил чужое имя? И почему последняя тайна прошлого оказалась самой опасной?

«Последняя тайна» - заключительная книга цикла «Тень на Блюменштрассе». Исторический шпионский роман о памяти, ответственности и цене человеческого выбора.

Продолжение повести „Тень на Блюменштрассе“. История о судьбах людей, переживших бури ХХ века, обретении семьи и долгожданного мира в Подмосковье 80-х годов.

Профессор Плейшнер должен был погибнуть на Блюменштрассе.

Он не заметил условный сигнал, провалил задание и шагнул в окно, чтобы не выдать тех, кому был обязан жизнью и честью.

Но смерть не пришла.

Спустя годы человек, которого считают погибшим, возвращается в послевоенный мир, где война давно закончилась лишь на картах. Следы нацистских архивов, тайные сети бывших эсэсовцев, криминальная Москва и старые долги прошлого вновь втягивают его в опасную игру.

Под чужим именем он начинает собственное расследование, которое приведёт его к неожиданным союзникам и смертельно опасным врагам. Среди них - капитан МУРа Жеглов, радистка Кэт и люди, для которых война никогда не заканчивалась.

История о втором шансе, цене ошибки и войне теней, которая продолжается даже после Победы.