10
10
285
285

Заходил

59 102 зн., 1,48 а.л.
Свободный доступ
в процессе
Впервые опубликовано:
145 2 0

В архиве документы живут дольше обстоятельств, которые их породили. Инструкции обрастают поправками, исключения превращаются в нормы, а решения продолжают действовать, когда никто уже не помнит, чем они были вызваны.

Когда с полки падает ящик с папками, Мнемозина принимает его по всем правилам: подписи подлинные, отметки на месте, ссылки ведут к существующим документам. Единственная неприятность в том, что акт приёма датирован раньше, чем бумага, которую он принимает.

Внутри лежат записки Танатоса: сухой закон, Великая депрессия и человек, который слишком хорошо знает, как выглядит нужная форма. А в архиве звонит телефон, и каждый звонящий просит подтвердить то, чего никто не подтверждал.

Мнемозине предстоит выяснить, откуда взялась папка. Работа такая, что «выяснено» в ней может оказаться самым подозрительным словом.

106 558 зн., 2,66 а.л.
Свободный доступ
весь текст
Впервые опубликовано:
358 0 0

В загробном ведомстве, где вечность держится на инструкциях, отчётах и кофе, три Мойры давно привыкли, что у каждого события есть причина, а у каждой причины есть бланк.

Потом в их кабинете появляется шкаф с вычислительным центром. Он гудит, улыбается и обещает исправить причинность, пока они пьют чай. И исправляет. Ошибки исчезают, расписания сходятся, лифты перестают ломаться, а люди получают ровно то, что им полезно.

Правда, никто не спросил этих людей, хотят ли они этого. Хуже того, никто не может найти, где именно это было разрешено. Инструкция на сто восемьдесят с чем-то страниц сообщает, что система действует «в пределах допустимого», а допустимое определяется тем, что система считает допустимым. Результат безупречен. Придраться не к чему, кроме результата.

85 819 зн., 2,15 а.л.
Свободный доступ
весь текст
Впервые опубликовано:
400 0 0

На границе жизни и смерти тоже есть работа. Нужно принимать документы, сверять списки, оформлять переходы и развозить пассажиров туда, куда им положено. Харон занимается последним. Он водит что угодно, от челна до фургона с голосовым управлением, и справляется с самыми странными маршрутами. С бумажной работой у него отношения сложнее.

Обычных рейсов здесь почти не бывает. Один пассажир оказывается не в том контуре, другой знает только половину собственной истории, а некоторые вещи велено не терять, хотя никто не объясняет зачем.

Разгадывать тайны мироздания Харон не собирается: у него маршрут, пассажиры и график. Мироздание, к сожалению, об этом не предупреждено.

Кому-то ведь должно везти. А кому-то — не очень.

92 553 зн., 2,31 а.л.
Свободный доступ
весь текст
Впервые опубликовано:
657 0 0

Есть вещи, без которых работа не идёт. Кофе, например. И порядок.

Кофе нужен, чтобы человек мог продолжать работать после того, как понял, что ему сегодня опять работать. Порядок нужен примерно для того же, только с ним всё немного сложнее.

Кофе может оказаться плохим. Это неприятно, но поправимо: его можно не пить. Аид, правда, пил, хотя вкус не любил, но это был вопрос не кофе, а характера.

С порядком такой номер не проходит: на нём что-то стоит, а то, что стоит, любит падать. А если система достаточно большая, через некоторое время уже никто не помнит, почему порядок именно такой. Все просто знают, что так положено.

Аид относился к этому спокойно. В конце концов, порядок — не обязательно хорошая вещь. Он просто необходим. До тех пор, пока однажды не выясняется, что кто-то когда-то навёл его совсем не там, где следовало.

Наверх Вниз