Заходил(-a)
Я аккуратно предположу, что ответ как-то оправдан лишь в случае, когда собеседники пребывают в одной языковой реальности. Но, грешен, сам часто ловлюсь. Просто со стороны, когда тебя напрямую не касается – все эти маркеры, все эти «я профессионал с дипломом, а тебе надо лучше писать, потрудись-ка, любезный, да не отлынивай» искру вышибают мгновенно.
Однако, товарищ Ким, вы знатно подожгли, давненько тут столь длительного полыхания не наблюдалось.
Есть ещё одно соображение в тему: подобный вал защитников права на невежество имеет, как мне представляется, вполне простое и логичное объяснение: выросло поколение (а пожалуй что и два поколения) людей, которые ни разу в жизни не держали в руках книг без опечаток. Поэтому – да, оно теперь будет самовоспроизводиться и требовать прав на воспроизводство.
Cons нейро-обложек в том, что чем более внятное у тебя видение того, что надо – тем дальше от него выдаваемый роботом результат.
Pros же в том, что порой (и даже, ябсказал, часто) робот выдаёт неожиданно годную версию.
Но другую. Но годную. Но, блин, всё равно видно, что это нейросеточка.
Пытаюсь сейчас писать вещь, в которой нет ничего, кроме настоящего времени. То есть не только без банальных былок – вообще без слов в прошедшем (и, заодно, в будущем) времени. О, как это неожиданно непросто! Примерно как простоять на одной ноге десять секунд с закрытыми глазами. А, казалось бы – чего такого?
у второй мизинчик соскальзывает?
Оппенгеймер цитировал исключительно «если бы в небе вспыхнула разом тысяча солнц» и, отдельно, фрагмент про Кришну-разрушителя. Ничего подобного цитируемому там не было, это фантазия/мистификация в духе РенТВ
Если тебе не хватает кайфа от процесса написания книги и ты планируешь компенсировать это кайфом от лайков – лучше закажи на Гидре чего-то более понятного, дешевле выйдет. А с писательством завязывай, не твоё это.
О! А я вчера пару часов с Креей играл (без запроса, просто спонтанное творчество).
Она уже очень умная. Она понимает, что рисует. Вот из промежуточного:
Как вам идея «золото эльфов – это шляпки грибов»? Она это сама всё. Силища!
Да запросто! Ну, кое-что в деталях поправить…
Ну так это и есть язычество и магическая практика: вы не знаете, не стремитесь узнать (и вам это неважно!) кто и что изображено на иконе, но вы верите, что именно этот кусок дерева волшебным образом доносит вашу молитву туда, куда требуется.
Просветлённые учителя существуют в любую эпоху, и, разумеется, новоязыческие образования пытаются сделать вид, будто праведники это их заслуга и их собственность. Это всё равно, как если бы ОГПУ присвоила себе стихи Мандельштама или «Очарованного принца» Соловьёва на том основании, что авторы были заключёнными ГУЛАГа.
И вы – тоже язычник, но хуже, чем язычник: вы сами боитесь своих магических воззрений и пытаетесь прикрыть свою позорную дрожащую наготу листами, выдранными из Священного Писания.
Один слепой нищий принялся расспрашивать товарища: какое оно, молоко?
А тот и отвечает: белое да сладкое.
Слепой же говорит: ну, сладкое я, положим, знаю, а белое – какое?
Ну, как гусь белый – отвечает товарищ.
А гусь какой? – спрашивает слепой у товарища.
А тот сложил руку клюкой и подаёт ему: вот какой гусь!
Слепой пощупал, и понял, какое оно, молоко.
Семьдесят пятое правило хорошего человека: когда говорите кому-то, что он мудак – не забудьте поставить смайлик.
У девочки, идущей по дороге из красного кирпича, не было шансов
Человек не понимает значения слов, которые зачем-то вставляет в свой текст. У человека проблемы с логикой изложения (вот это «зато», да – в платье, зато в бусиках).
Нам проще решить, что человек этот – автор, и закрыть на этом вопрос и книгу.
Но. Этим человеком может быть безграмотный дурацкий персонаж, безграмотность и дурацкость которого зачем-то важны автору.
И вот тут нам придётся закрыть эту книгу и открыть другую книгу того же автора. И пока мы это не сделаем – мы не поймём ничего.
биолог считает, что это уже прям школьное знание
я не поручусь, что у нас (80-е) это было в учебнике (хотя может и было), но учительница это говорила вслух на уроках, совершенно точно.
На самом деле, мне кажется уже некоторое время наблюдается некоторый ренессанс чернил. О-о-очень расширилась доступная гамма (хотя нужным красителям под сто лет, но раньше оно было для дела, поэтому четырёх цветов хватало – а сейчас для развлечения, и хочется необычного). Появились доступные «распадающиеся» чернила. Есть Китай, в котором каллиграфия до сих пор обязательна при обучении, а раз они всё равно делают для себя – они это же и наружу продают за небольшие деньги, то есть порог вхождения ещё и снизился.
Дочь конспекты пишет чернилами – не потому, что выпендривается (как я, допустим), а потому что так намного меньше рука устаёт.
Когда-то у меня была безумная сумка (в реальности клапан от рюкзака, отстёгнутый от рюкзака), где напостоянку жили раскладной стаканчик, пассатижи, фонарик, две авоськи, таблица для проверки зрения, ножик системы «московское пёрышко», патрон от АК боевой, патрон от АК стреляный (внутри иголка и нитки), мундштук, пузырёк лавандового масла, пузырёк коричневых чернил, йод, монетница, тетрадь для записи снов, карандаши – и так далее.
Теперь как-то темп сменился, осталось лишь кой-чего по карманам и на поясе. Нож, понятно. Растаманская шапочка. Шотландский портсигар. Внутри понтсигара (понтсигар это опечатка нечаянно, но да) – карточки.
Да вы что же это, Фармера не читали с этим, как его, с Сильвербергом?
Чувства сапиенса к жукообразному алиену, само собой!
(а я, понятно, всё чаще вот это вот вспоминаю) (ну, в смысле, что понимание вне совместного опыта, даже если это опыт покупки нарзана в уличном киоске – ну, такое)
Мне представляется, что была всё же важная точка отсечки (середина девяностых?)
До – был некоторый вполне доставаемый (нну да, с усилиями – но доставаемый) корпус текстов, который стоило в себя загрузить, чтобы, как говаривала одна моя подруга, «было о чём ебаться». Да, был там и условный Посев/Имка, были ротапринты, всякое бывало – но пропустить, условно говоря, Сашу Соколова, если уж ты встал на эту дорожку – было невозможно.
Сейчас – я в постоянном ощущении, что я многое упускаю. Пропустить Гаёхо допустим – проще некуда, если не вхож в те пузыри и в эти и нет рядом людей с горящими глазами: «А ты читал?» А их нет-нет-нет.
Я теперь не знаю даже, мальчик или девочка эт' Харука! До какого-то момента, как мне кажется, это было попросту невозможно. Похоже, что я идеализирую прошлое? (вообще-то нет, это ж было действие железных занавесов разнообразных).
Поэтому в последней книге я таки сползаю в классику. Ну, как классику – от Томаса Мура и Мериме до Акутагавы и Борхеса. «Издано на языке оригинала до 27 мая 1973 года», евпочя.
Хм. Допустим, Мураками.
Но есть один нюанс. Он когда делал книгу про зариновую атаку (100% же документалистика) – всё равно получался магреализм.
И мне кажется, что нужно делать вполне сознательное усилие, чтобы писать книги без условно-чудесного вообще. Оно вокруг же.
То есть «реализм» – это небольшой закуток, в котором автор не рассказывает всего, а то засмеют.
[обнял и заплакал]
ых. боюсь вторая часть для меня почти невыполнима. а так-то у меня хвалить – не перехвалить, конечно.
Кек. Ну свою задачу я понимаю именно так – делать то, что до меня никто не делал.
Это весело. Это интересно читать (а там же как: один раз написал – пятьдесят раз вычитал; было бы как у всех – фиг бы кончил).
Это было нечто феноменальное.
Приносили курицу. Целую курицу, вполне стандартного вида. К ней соусник с чем-то вроде мацони с чесноком.
Вид всё это имело весьма бледный.
Но стоило начать это есть – и выяснялось, что «тает во рту» это не фигура речи. Я не понимаю, как и чем они своих кур мариновали – но то, что выглядело как стандартное куриное мясо, именно что «таяло».
Съев по курице в одно лицо, мы заказывали ещё по одной. Вторая развоплощалась так же, как и первая. Это была какая-то магия.
Не побежит.
По крайней мере, не в моем топе
Вот это красиво.
Интересно, понимает ли хоть кто-нибудь, насколько это оскорбительно звучит для остальных авторов списка. Что вы не понимаете – это ясно.
Дорогие безногие детишки, милые мои уродцы! Вот этого гадкого человека – с двумя ногами! – поставили соревноваться с вами. Какое кощунство! Но вытрите слёзки, он не побежит! Я снял его с соревнований. Он слишком хорош. Вы такими никогда не станете. У вас же нет ног, не забывайте! А теперь: раз-два-три, поползли!
Есть также рассказы, будто товарищ Сталин вёл жизнь до того скромную, что у него была единственная пара сапог, и больше никакой обуви.
Но истинная причина в том, у товарища Сталина были больные ноги, и он только в тех старых сапогах и мог ходить, и сам чинил их, и никому не доверял, и менять отказывался.
Когда же сапоги окончательно утратили вид, и стало стыдно в таких выходить на люди, товарищ Берия сделал вот что: он отыскал человека, у которого были точно такие ноги, как у товарища Сталина, и назначил того двойником-растаптывателем. Шили сапоги, выдавали двойнику, и он ходил в новых сапогах месяц или два, а потом, ночью – сапоги товарища Сталина подменяли.
И товарищ Сталин, конечно же, чуял неладное, когда утром надевал сапоги менее старые, чем обычно, и хмурился, и разглядывал их так и этак, но вслух ничего не говорил, и товарища Берию не наказывал.
И вот вам пример верного слуги и мудрого правителя, каких не встретишь в наше время.
Не всем читателям
плюсую )
Ох уж это мастерство говорить за всех. Решать за всех. Оскорбляться, встречая намёки на то, что вскарабкавшийся на трибуну не является эталоном читателя. Что такой эталон невозможен, вообще-то. Отсыпать минусов, опять же (ладно, это местное развлечение, понимаю).
Одному холодно. Вдвоём уже норм (или овцу взять. по вкусу).
Оно продышивается очень быстро, огонь только для еды.
Если модель окажется хороша – она не захочет с нами говорить.
ну давайте ещё и внутреннего читателя взрастим, вот что
Открыл, увидел в первом же предложении «запомню на долго», закрыл.
Врёт.
Осторожней относитесь к предложениям прогуляться по кладбищу ночью или помочь достать из подвала одну прикольную штуку.
Если у парня есть тульпа
Подружки ему не нужны…
Сколько времени по вашей милости зрители будут сидеть в темном зале в ожидании разыгрывания увлекательной истории?
Да хоть до титров. Тарковский. Параджанов. Феллини.
Потребителю пофиг, что читать.
Я бы не воспринимал выборку АТ как хоть сколь-нибудь репрезентативную. Этак вы дойдёте до того, что начнёте писать «девченка», как оно принято у потребителей АТ.
То есть надо – изначально! – делать поправку на то, что АТ любит, практикует, культивирует текстовые отбросы. Жрёт их чанами, пердя и порыгивая. Ненавидит любого, кто хоть на метр удаляется от чана с хрючевом.
Это вполне осознанная политика местной администрации – от основания. Потому что, очевидно:
экономически выгоднее
При этом на АТ есть следовые количества действительно высоких текстов, да. Но не благодаря, а вопреки.
Э. Меня вообще чем дальше тем больше удивляет, что никто столь немногие из фантастов задавались вопросом, на каком языке будут говорить в будущем.
Потому что вбросить горсть новояза (а «ёжик» будет означать что-то неприличное) – это, ну, ок, но ведь язык меняется целиком, в каждой точке (пусть и с разной скоростью).
Митчелл в Атласе, допустим, отлично сработал – но это исключение, и на тысячи миль вокруг пустота.
Кувира не может вернутся назат и меха создать не получится мало ресурсов, но у неё есть армия из будущиго
Блять. Чем я заслужил такое?
Мне всегда было интересно: вот это «не потеряй и не сломай» – это же отсылка к анекдоту про два биллиардных шара?
Ну а если всерьёз.
Проблема русского Желязны – в том, что он так и не дождался нормальных переводов своих основных вещей. И дело не только в том, что Желязны поэт и у него особые отношения со словом (что требует редкостной чуткости переводчика) но и в том, что для нативных англоговорящих Шекспир – это просто «у лукоморья дуб зелёный». То есть все цитаты опознаются влёт. А Амбер, да, в этом отношении вполне постмодернистская вещь. Которую большинство здесь присутствующих читали не в оригинале, а в издании Института им. Кузинатры.
Мартин… вот тут сложно. Он, без сомнения, умеет писать. Пачка Хьюго за ранние рассказы вполне заслуженна. В своей саге он попытался пройти путём, которым до него мало кто ходил: системно убивать персонажей, которых читатель считает главными и у которых по подразумеваемым законам жанра есть индульгенция «умри, но не сейчас». Понятно, что публику, в зависимости от темперамента, это либо бесит, либо печалит. И ещё более взбесит/опечалит, когда выяснится, что он и не планирует это как-то завершать – потому что он и так завершает книгу многократно, гибелью «главного» героя. Ну да, тролль.
Сапковский. Мало что могу сказать. Читал одну книгу в прошлом веке. У него многие учились – и это, вероятно, уже немало.
Пратчетт. Тут мы совсем разминулись: когда его начали издавать, я уже перестал читать фантастику – но его запоем читала моя дочь. Ироничный. Изобретательный. Обаятельный. Я слишком мало читал его, чтобы хвалить – но точно не вижу, за что ругать. Может быть, это тот самый Young Adult, который незазорно читать взрослым, если, однако, держать в голове некоторые особенности жанра.
Ну типа
Господи, что за хтонь здесь обитает!
И из какой стали ваше милосердие: не просто выдерживать – а ещё и разговаривать с этим. Это невообразимо.
Историкам известно, что верно «Скорѣе» и «анаѳемскій» – дальше можно не читать.
Китайской палкой укоризненно тряся!
То есть с одной стороны они, конечно, устанут запрещать вообще всё от Петрония до Пелевина – а с другой стороны, они запросто могут приходить в любой магазин, доставать с полки Успенского (мальчик в платьице гулял – мальчик девочкою стал) и расстреливать всех присутствующих из гранатомёта собаками.
АТ-шный завих, разумеется. Формы сформировались (извините) задолго до того, как их стали измерять алками.
Есть несколько сюжетных линий – роман; нет – повесть.
Я при переводе часто подглядываю в Reverso – он, на самом деле, и не переводит, но даёт представление о контекстах и вообще нормальности этого слова в таком окружении (что тоже немаловажно). До этого аналогичная яндексовская шляпа была, но её придушили лет пять (?) назад.
Но конечно вершиной для меня остаётся случай, когда мне заново пришлось сонет Шекспира переводить, потому что имеющиеся выпускали важное. Все имеющиеся.
Ну я с ним даже в первую итерацию ходил гулять под ручку и беседовать о литературе.
Но при этом, вот честно, я не вижу, чтобы продажи бумажной Красной книги как-то отличались от продаж бумажного Алмандера (хотя, разумеется, их вообще сравнивать бессмысленно). А вот испанский стыд от его «холодных списков» я не скоро забуду.
Вот его статистика без накачки: барометр залип на «Никому нахер не сдался»
А вот для примера пятилетней давности Далин, который не вкачивал от слова абсолютно:
И его спустя пять лет продолжают сотнями смотреть и часами читать.
Написал(-a) комментарий к посту Религиозный спор
Как в том анекдоте: «Сколько всего было соборных посланий апостола Иоанна?» – «Ой, я так глубоко не изучал, а ты-то откуда знаешь?» – «Да это я оглавление у вашей книги открыл».