Оливка Данилова

Оскару Мортису всего десять, и в этом мире у него никого не осталось. Может, спасение таится в письме от бабушки, которую он видел раз в жизни? Она ждёт его в отеле «Пограничье» что наполнен потусторонними существами, загадками и странными событиями. Мальчик отправляется на другой конец мира сквозь дождь и мимо опасных незнакомцев, чтобы обрести новый дом и семью, о которой только можно мечтать. Он научится жить по-другому, смирится с невозможностью изменить прошлое и заново научится магическим способностям, которые когда-то позабыл.

P.S: текст дописан и чистится, когда автор приходит в сознание.

P.S.S: не самый любимый авторский жанр, но почему и не эксперимент.

Следующая комната, спальня, если судить по матрасам, которые свалили в кучу, оставила ужасные впечатления. Гриша слышал голос Кати из соседнего помещения и откликался. Его окутал запах гнилой старины, а терпкий привкус металла застрял на языке сухим налётом. Источник проблемы развалился на подстилках и под рваными простынями, что успели пропираться кровью. Бешеные стайки черных мух беспрестанно летали над телом и назойливо жужжали. Гриша бросился к жене.

Будто случайный свидетель на месте преступления, она огляделась по сторонам в надежде на помощь. Дело нечисто и правильно вернуться обратно в квартиру, пусть остальные разбираются. Важно проявить осознанное безразличие, когда окружение подаёт сигналы отступить, но хвалёный долг человека и выручка ближнего продавливают и загоняют в угол здравомыслие...

Пакеты с продуктами рухнули на пол. Зелёные яблоки рассыпались яркими бусинами красок в тусклом мире четырёх стен. Я ринулась вперёд, схватила мерзавку и вышвырнула в открытое для проветривания окно. Вещь угодила в ближайшие полуголые кусты колючего шиповника. Случайный свидетель издал возглас удивления, но мне плевать. Оконная рама загремела и посыпалась шелухой краски на подоконник.

...На лестничном пролёте гулял ветер. Отовсюду несло затхлостью опавшей штукатурки и крепкими сигаретами. На подоконнике нашёлся бычок и скомканная пачка «Беломора». В алюминиевой банке из-под консервов тлели окурки. Тщедушный дымок поднимался вверх и припадал к облезлой стенке, въедаясь навечно уличной дешевизной и горьким табаком. В окне припорошенные снегом копейки проклёвывались из сугробов зеркалами боковых окон. Что-то в столь умиротворяющей картине показалось мне необычным, но что? Глаз никак не мог уцепиться за изъян...