Заходил(-a)
Да. Энгельгардт в "Письмах из деревни" подробно расписывает, как выгодно жить большой семьей и как невыгодно отделяться и очень удивляется, зачем крестьяне это делают, почему они своей выгоды не понимают. А все они понимают, просто жить в бедности, но своей семье лучше, чем старшим во всем подчиняться.
В целом пока не очевидно, что это именно отец. Возможно, кто-то принял его облик, посчитав самым подходящим для общения с Савелием.
Что позволено Юпитеру...
Как там у Максимилиана Волошина:
Убийца без патента не преступник,
А конкурент. Ему пощады нет.
Кустарный промысел недопустим
В системе монопольного хозяйства.
Ася хоть и культурная девочка, но в этой главе думает об обоих значениях слова.
Он может по матери назваться. Даже если у её народа фамилий нет, должны быть общие принципы для их образования.
Рогозин через Стёпу о проверке предупредил. А додуматься и сами могли.
Если лучшие дизайнеры такие, наверное, надо смотреть худших. И пересматривать критерии оценки.
У нее туловище пусть и не от секс-бота, но достаточно гуманоидное. Ещё во второй книге какой-то эникейщик стукнул ее по плечу и удивился, что она мягкая.
Тоже подумала, что это предок Рыбьошека.
Это из тех фраз, которые не про сущее, а про должное.
Если Шуваловы согласятся, чтобы Татьяна совмещала медицину с семейными и светскими обязанностями, то она, думаю, не будет против брака. А для общества историю придумают.
И хорошо еще если тот, в кого вкладывают, тоже старается.
Меня трясло от эпизода в "Преступлении и наказании", когда Мармеладов получил работу, жена извернулась и купила ему костюм, а он взял и все пропил.
Для меня "Границы сред" звучали песней Олега Медведева "Машинист", больше текстом, чем музыкой:
Под белым пером!
Вьётся радуга над шатунами
Только дожить до рассвета
Только дотянуть до рассвета
Под белым пером!
Буксы тлеют, но полнеба – за нами!
Ах, какое грустное небо
Ах, какое чёрное небо
Под белым пером!
Хорошо, что котик оказался не таким умным, как я опасалась, и использовал типовые приемы убеждения. А вот если бы он догадался соврать, что вернуться домой теоретически возможно, но для этого нужно как следует прокачаться под его руководством (и без всяких убийств, только добрыми делами), Стас мог бы и засомневаться, и согласиться. А там коготок увяз - всей птичке пропасть.
Ну а теперь, похоже, его инициация не за горами.
Котик, конечно, белый и пушистый, но, думаю, местным лучше знать, плохой он или нет. А с ведьмой у него интересы разошлись.
А также, увы, кровью тех, чье начальство считало, что соблюдение правил означает простой машины и убыток. А если работник сломается, за забором очередь стоит
Предполагаю конфликт на эту тему в следующей главе.
Ждала окончания, но не удержалась, заглянула одним глазком - и не могу остановиться. Классно написано!
Мне на днях попалось стихотворение Елены Михайлик, которое звучит у меня в голове как эпиграф к книге:
Чем тут может помочь цензура? Автор пишет с натуры,
и натура встает над буквами как айвазовский вал,
так что с точки зрения правопорядка страшней отечественной детской литературы
только обыкновенные биографии тех, кто её писал.
И каждый по-своему встречал дыханье исторического процесса,
и по-разному рассчитывался с парусами, карасями, бытом и бытием,
но то, о чём эти их гимназисты, принцессы и РВСы,
противоположно по знаку, но образует один объём,
внутри объёма, на спрессованном в доску насте -
держит прочно, но нечего и задумываться о весне -
силы добра и зла поставили в круг фургоны и встали насмерть
против того, что произошло вовне.
И можно считать, что и нынче дела не наши,
все равно из наличных деталей не собрать ни кроватку, ни пулемёт,
а можно перечитать «Мишкину кашу»,
увидеть год написания - и просто увидеть год.
"Если зерно не умрет, то останется одно, а если умрет, то принесет много плода".
Недавно перечитывала "Сердце хирурга" Федора Углова. И очень, очень перекликается. Ну или хорошие хирурги думают похоже.
Летучие мыши, которые вызывают легочную болезнь! Вот кто ковид придумал...
Есть, кстати, длинные эпопеи или семейно-бытовые саги, которые, на мой взгляд, как ремонт, невозможно закончить, можно только прекратить. Потому что героев много, у каждого свои сюжеты со своим финалом. Только успеешь всех переженить, как у старших уже дети подросли и начали влюбляться :)
И автор ставит точку в достаточно произвольном месте. Как, например, в "Саге о Форсайтах" смерть последнего из старшего поколения. Но после этого можно спокойно продолжать про других персонажей, и автор продолжает.
Попробовала написать коммент о том, почему один из любимых фанфиков под схему не подходит, стала примерять, а он, блин, подходит!
А вообще - эта штука посильней, чем "Морфология волшебной сказки" Проппа :)
Где-то в эти дни, точно не помню, исполнилось 10 лет с тех пор, как я познакомилась с этим прекрасным произведением, и с тех пор за ним слежу. И готова еще десять лет ждать продолжения.
Искины все равно люди, только рубашка другой.
Офигенная формулировка: "ценность личностной траектории с какого-то момента зрелости личности гораздо важнее физического бессмертия". Разумеется, разумеется, это не только про искинов. "Плыть - необходимо".
И от этого кусочка по потолку бегала: "патриарх школы фильтрационных механик Якоб Смурницкий, которому было мало того, что двести лет, но он еще и последние семьдесят вообще не выходил в цифровую реальность. Даже статьи, насколько было известно, он диктовал в личном контакте секретарям, которые выучивали его слова наизусть а вводили для будущей публикации постфактум, находясь в совершенно другой обстановке". Моя любимая цитата из "Школы в Кармартене" :)
Особенно прикольно, насколько маленьким был промежуток между ними.
Не могу понять, почему, но прямо сейчас реву навзрыд. Что вообще в этих словах?
Чистый восторг. Жалею, что добралась до романа только сейчас, хотя название помню давно, кажется, еще по ФБ.
Семейная линия сюжета мне напомнила "Овода" Войнич, но это "Овод" здорового человека. Невероятно интересно было наблюдать, как чистый юноша, с серьезным христианским отношением к браку пытается уложить в голове вываленную на него грязь о семейных тайнах - и все-таки укладывает.
А мне как раз самым жутким казалось, что когда Роберту в очередной раз ломают жизнь, ему не хотят зла. Либо в редких случаях (Райт в начале романа, потом специалисты из службы экономической поддержки) его считают помехой, от которой нужно избавиться, либо, чаще, ему искренне хотят добра, но почему-то не пытаются спросить у него, а что он хочет.
Снова с огромным удовольствием перечитала ваш роман. Надеюсь, у вас вскоре появятся силы и время на продолжение. Думаю, Роберт еще лучше встряхнет свободный мир, когда у него появится блог и выход в город. И, кстати, раз его лицо теперь на каждом углу висит, о его судьбе узнают многие, несмотря на все законодательные и технические ограничения. Что по этому поводу скажут Юнис, Марта Таненбаум, жители Гамильтона?
Написал(-a) комментарий к произведению Громов. Хозяин теней 9
О да. Целитель может и в буквальном смысле лучи поноса послать.