Написал(-a) комментарий к произведению Последний Сын Криптона
Кста! Я попросил ChatPGT-ишку сгенерировать крутую сцену где Бэтвумен будет аурафармить. (Если чо события происходят после событий с Эпштейн)
Сцена: Аудит тьмы
Командный зал находился на нижнем уровне базы — там, где стены были не из стекла, а из композитной брони, поглощающей звук и радиосигналы.
Свет работал в режиме «ночной допрос»: узкие полосы холодных ламп под потолком, остальное — полутень. Огромные экраны были выключены, но в их чёрной поверхности отражалась фигура Бэтвумен.
Она стояла у окна-экрана, за которым медленно вращалась голограмма Земли. Плащ не развевался — он лежал тяжёлой тёмной массой, как сложенные крылья хищника. Маска была снята и аккуратно положена рядом с перчатками, будто хирург перед операцией.
Дверь открылась почти беззвучно.
Оливия вошла.
Щелчок замков за её спиной прозвучал слишком громко.
— Сядь, — сказала Бэтвумен, не поворачивая головы.
Кресло напротив стола выглядело намеренно неудобным: прямое, металлическое, без подлокотников.
Оливия села.
Прошла секунда.
Другая.
Третья.
Бэтвумен медленно повернулась.
Её взгляд был спокойным, как у человека, который уже принял все решения.
— Ты знала его состояние. Медицинский отчёт. Заключение психиатра. Пометки Канарейки, — произнесла она ровно. — Ты подписывала доступ к этим данным.
— Я хотела помочь…
— Нет.
Одно короткое слово.
Бэтвумен подошла ближе. Шаги были почти неслышны — только лёгкое движение ткани плаща.
— Ты хотела быть значимой. Это не помощь. Это эгоизм.
Она остановилась в двух метрах.
— С точки зрения внутренних протоколов Лиги — это злоупотребление положением.
— С точки зрения международного права — эксплуатация травмированной жертвы.
— С точки зрения общественности — конец карьеры.
Она активировала планшет. В воздухе вспыхнули красные строки досье.
— Я могу уничтожить тебя за сорок восемь часов. Юридически. Финансово. Репутационно.
Оливия побледнела.
— Тогда почему я всё ещё здесь?
Бэтвумен не ответила сразу.
Она вернулась к окну, посмотрела на медленно вращающуюся планету.
— Потому что эта организация стоит сорок два миллиарда в год. Базы. Орбитальные станции. Чёрные госпитали. Программы для мета-детей. Контракты, о которых не знают правительства.
Тише:
— Я не могу позволить себе моральную роскошь развалить всё из-за одного преступления. Даже такого.
Она повернулась.
— Поэтому ты остаёшься.
Лицо Оливии дрогнуло — облегчение и стыд одновременно.
— Но.
Одно слово — как щелчок предохранителя.
— С этого момента ты:
Не приближаешься к нему ближе чем на сто метров.
Не участвуешь ни в одной операции с его участием.
Проходишь психоэкспертизу каждые три месяца.
Теряешь доступ к части финансовых и стратегических решений.
Бэтвумен подошла вплотную.
— И если ты когда-нибудь повторишь нечто подобное… я не буду защищать Лигу.
Её голос стал тише, почти спокойным:
— Я защищу мир от тебя.
Оливия опустила глаза.
— А он?
Бэтвумен отвернулась.
— Ему скажут, что команда его поддерживает. Что он в безопасности. Что всё под контролем.
Пауза.
— Правда ломает людей. Иллюзия — делает их функциональными.
— Ты… чудовище, — прошептала Оливия.
Бэтвумен медленно надела маску.
Голос стал глухим, металлическим:
— Нет.
— Я инфраструктура.
Написал(-a) комментарий к произведению Последний Сын Криптона
Прошу прощения, не хотел так много негатива вливать в этот комент. Просто меня пробило разочерование. Не книгой, книга вроде норм, а персонажем. Все время ожидал от Бэтвумен чего-то крутого и пафосного, а в этоге какая-то чувиха в техно броне сражается с преступниками и косит в брутальность. Не ощущаю я Того Самого Бэтмена, не "аура фармит" она.