Полгода Анна отвечала на звонки в стоматологии, хотя вообще-то она врач. Её сделали виноватой в чужой ошибке, и теперь найти работу по специальности почти невозможно. Новая клиника даёт ей последний шанс. А заодно — Максима Орлова, знаменитого теннисиста с больным плечом и отвратительной привычкой делать вид, что ничего не случилось. Он требует вернуть его на корт за восемнадцать дней. Спорит, шутит, злится. Только Анна видит, как осторожно он снимает куртку, и понимает, чего стоит эта показная уверенность. Поначалу он терпит её присутствие. Потом начинает считать дни до следующего приезда. А Анна всё чаще думает о нём уже после работы. Она могла бы сколько угодно объяснять ему, как важно принимать помощь. А потом он привозит ей суп, садится на пол у кровати — и выясняется, что сама Анна этому так и не научилась.
Заходилa
Через девяносто шесть дней после Пятнадцатой мировой войны архивистка Вера Серова находит счёт, выставленный мёртвому ребёнку. В журнале дыхательного аппарата стоит время отключения: за девяносто семь секунд до первого ядерного пуска.
Государственных тайн больше нет. В уцелевшем архиве открыты приказы России, Китая, США, Индии и других стран. Расследовать их предстоит людям, которые по-разному понимают свободу, справедливость и власть. Согласиться им нужно хотя бы о том, кому сегодня достанутся вода и электричество.
На чтение архивов уходит топливо, необходимое больным. Владельцы уцелевшего убежища предлагают помощь — в обмен на контроль над расследованием. Найденные документы всё чаще напоминают решения, которые выжившие принимают сами.
Они знают, чем закончилась история прежнего мира. Теперь им нужно понять, с чего она началась.