Его называли мошенником и купцом душ.
Теперь он просто оболочка, и сам не знает — жив ли.
На дне шкатулки шепчут тени. И, может быть, среди них уже он сам.
Заходил
Его называли мошенником и купцом душ.
Теперь он просто оболочка, и сам не знает — жив ли.
На дне шкатулки шепчут тени. И, может быть, среди них уже он сам.