Консул

676
5 285

Заходил

1 770 комментариев, по
времени, по убыванию

Написал комментарий к произведению Девятый

Олди с Валентиновым потом жаловались, что финал мало кто понял - в статье «Конец — делу венец»:

спойлер (показать)

И снова роман начинается библейскими аллюзиями. Два  главных героя – два поколения. Старик с «говорящим» именем Петр (на  идейном уровне это имя должно хоть что-нибудь подсказывать?) живет по  Ветхому завету. Сверху говорят «убей», и он убивает, ни о чем не  задумываясь. Он так поддерживает определенный – естественно,  определенный не им! – МИРОПОРЯДОК. Авраама тоже не спрашивали: хочет ли  он приносить сына в жертву? И Моисея не спрашивали, когда отправляли к  фараону. Впрочем, Авраам хотя бы сопротивлялся, и Моисей поначалу  возражал. А Петр не сопротивляется – очень «правильный», очень послушный  высшей воле человек. В книге подчеркивается, каким образом он получает  приказ – в буквальном смысле бумажку под дверь подсовывают. Кто  передает? – нет, его это не волнует.

Он выполняет.

«…прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня…»

И в ученики к старику попадает будущий новый охранитель  миропорядка – мальчишка с не менее «говорящим» именем Даниил. Пророк  Даниил, львиный ров, служба при вавилонском дворе… Это ведь Даниил  растолковал Валтасару, что значит сакраментальное «мене, мене, текел,  упарсин». Петр и Даниил! – но ряд ассоциаций выстраивается не на  событийном уровне. Это уже на идейном. И Даниил сначала живет по тому же  завету, что и Петр – предавая, стреляя, убивая без особых колебаний.  Так надо, сапиенс! Но постепенно юноша начинает мучиться вопросами. Он  спрашивает: а почему? а зачем? да как же так можно?

А МОЖНО ЛИ?!

И в конце заявляет: Я НЕ БУДУ! Он подносит пистолет к  виску – к своему виску, вместо того, чтобы стрелять в указанную свыше  жертву, в учителя, списанного в утиль. Убивая себя, он стреляет в  прежний миропорядок. Неужели в этот момент не вспоминается «смертию  смерть поправ»? – на идейном уровне. В книге появляется «мертвый  тирмен», который, воскреснув, рушит прогнившее мироустройство.

После чего все остальные мертвые встают, и так далее.

С нашей точки зрения – может быть, наивной – роман  закончен. Абсолютно. В конце расставлены все необходимые нам акценты.  Допустим, они расставлены плохо, а мы – бездарные писатели. Это уже на  ваше усмотрение. Но для нас было потрясением, когда, как и в случае с  «Vita Nostra», мы поняли, что большинство таких акцентов – мимо кассы.  На событийном уровне – принято, на тематическом – так-сяк; на идейном –  почти никак.

А потом мы поняли – все нормально. Событийный ряд, как  братская могила, погребает все на свете. И все вопросы по финалу  завязаны только на него: что герой сделал, что с ним произошло, куда он  пойдет дальше. Куда ж мы так торопимся? Выходит, времени ни на что,  кроме наблюдения за событиями и их простейшей оценки с действенной точки  зрения, не хватает?

Написал комментарий к произведению Девятый

Мёртвые там массово возвращаются не просто так.

Мы с тобой, Даниил, тирмены. Работники Великой Дамы.  Если угодно, рыцари Ее. Потому что Великая Дама – единственная, кто не  хочет новой земли и нового неба. Ее и старые устраивают. Великая Дама не  желает остаться без работы. Нормальное желание, скажу честно…

Там же прямо в конце романа Даниил:
спойлер (показать)
1. отказывается стрелять по намеченной цели;
2. когда за его спиной появляется сама Великая Дама (Смерть), стреляет себе в рот, попадая не только в себя, но и (судя по последствиям) в Неё;
3. внезапно приходит в себя совершенно здоровым;
4. в реанимации начинает происходить что-то непонятное;
5. по дороге домой ему начинают попадаться ожившие покойники ("Наверное, в таких случаях завещание теряет силу?");
6.  и вменяемый (прежде свихнувшийся) бывший тирмен Канари;
7.  и к ним приближается Пётр, который должен был находиться при смерти. Не торопясь, ибо торопиться больше некуда.

Написал комментарий к посту Перечитывать

Да много кого: Лукьяненко, Громов, Корнев, Дивов, Зыков, Рудазов, Олди, Гуцол, Каляева, Громыко, Лукин, Парфёнова, Николаев, Чепурина (Конфетюр)... Я вообще книги перечитывать люблю, тут малую часть упомянул.

Написал комментарий к посту Для милых дам

А, это на здоровье.
Добавить - есть: те предложения реализовать, ИМХО, более реально, чем стимулировать рождаемость в нужном объёме.
Это как новые предложения об увеличении пошлины на развод могут привести к уменьшению числа разводов - но одновременно с этим и к уменьшению числа заключённых браков.

Написал комментарий к посту Для милых дам

Просто решаю любопытную задачку "как рождаемость поднять".

Возможно, проще будет заняться решением других задач?
Ну, там, "как поднять производительность труда" или "как сократить смертность, желательно до нуля или отрицательных величин (Фёдорову привет)"?

Написал комментарий к посту Александр Беляев - советский фантаст.

Много чего читал: «Властелин мира», «Остров Погибших Кораблей», «Человек-амфибия», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо», «Человек, нашедший своё лицо», «Подводные земледельцы», «Золотая гора», «Чудесное око», «Звезда «КЭЦ»», «Прыжок в ничто», «Голова профессора Доуэля», «Ариэль», «Последний человек из Атлантиды», «Изобретения профессора Вагнера»...

Написал комментарий к посту Какой же он гений

— Приготовиться! — скомандовал авиатор.

Худое лицо помощника застыло в мрачной решимости: обеими руками он вынул большую атомную бомбу из ее гнезда и поставил на край ящика. Это был черный шар в два фута в диаметре. Между двух ручек находилась небольшая целлулоидная втулка, и, склонившись к ней, он, словно примеряясь, коснулся ее губами. Когда он прокусит ее, воздух проникнет в индуктор. Удостоверившись, что все в порядке, он высунул голову за борт аэроплана, рассчитывая скорость и расстояние от земли. Затем быстро нагнулся, прокусил втулку и бросил бомбу за борт.

— Поворот! — почти беззвучно скомандовал он.

Полыхнуло ослепительное алое пламя, и бомба пошла вниз — крутящийся спиралью огненный столб в центре воздушного смерча. Оба аэроплана взлетели вверх; их подбросило, как мячики, и закружило. Авиатор, стиснув зубы, старался выправить потерявшую устойчивость машину. Его тощий помощник руками и коленями упирался в борт — он закусил губу, ноздри его раздувались. Впрочем, он был надежно закреплен ремнями…

Когда он снова поглядел вниз, его взору предстало нечто подобное кратеру небольшого вулкана. В саду перед императорским дворцом бил великолепный и зловещий огненный фонтан, выбрасывая из своих недр дым и пламя прямо вверх, туда, где в воздухе реял аэроплан; казалось, он бросал им обвинение. Они находились слишком высоко, чтобы различать фигуры людей или заметить действие взрыва на здание, пока фасад дворца не покачнулся и не начал оседать и рассыпаться, словно кусок сахара в кипятке. Тот, кто сбросил бомбу, посмотрел, обнажил в усмешке длинные зубы и, выпрямившись, насколько ему позволяли ремни, вытащил из ящика вторую бомбу, прокусил втулку и послал следом за первой.

Взрыв произошел на этот раз почти под самым аэропланом и, накренив, подбросил его вверх. Ящик с последней бомбой едва не опрокинулся, тощего швырнуло на ящик, лицом прямо на бомбу, на ее целлулоидную втулку. Он ухватился за ручки бомбы и с внезапной решимостью, словно боясь, что бомба ускользнет от него, прокусил втулку. Но прежде чем он успел бросить бомбу за борт, аэроплан начал перевертываться. И все стало опрокидываться. Человек инстинктивно ухватился руками за борт, стараясь удержаться, и его тело, прижав бомбу, помешало ей упасть.

Мгновение спустя она взорвалась, и от аэроплана, авиатора и его помощника остались только разлетевшиеся во все стороны куски металла, реющие в воздухе лохмотья и капли влаги, а третий огненный столб, крутясь, обрушился на обреченный город…

(с) "Освобождённый мир" (1914)

Написал комментарий к произведению Зверолов. Том 2

В "Геноме" собственый гипердвигатель у корабля был возможен, но чаще пользовались естественными гипертуннелями. Вот по сети туннелей до Альфы Центавра и впрямь добирались долго - а вот на гипердвигателе могли значительно быстрее и точнее; вопрос только - когда его изобрели?

Написал комментарий к произведению Зверолов. Том 2

— Единственное спаривание в  естественных условиях, за которым я согласен наблюдать, — это между  двумя молодыми самками подвида хомо сапиенс.

Написал комментарий к произведению Зверолов. Том 2

И нетрадиционно ориентированные, кажется, тоже отсутствовали...

Помните, что ответил Хаусер на вопрос о наблюдении за процессом размножения?

Мы используем cookie и рекомендательные технологии.
Обработка данных пользователей осуществляется в соответствии с Политикой конфиденциальности и обработки персональных данных
Подробнее о Рекомендательных технологиях
Наверх Вниз