Написал комментарий к гостевой книге пользователя дс
Часть 59 (черновик)
25 апреля 2026 г., 07:43
Школа… прямо как домой вернулся. Хотя, встретили меня не особо радостно. Что родное командование, которое всё знало, но по спущенным сверху «рекомендациям» вынуждено было делать вид, что ничего не случилось, что однокурсницы, которые ничего не знали, но, слегка подофигев от моего эпичного прибытия на вертолёте, что-то такое подозревали. Да ещё и Хиэй админресурс подключила. Я едва успел в душе сполоснуться и парой слов с Кирой переброситься (наша умница в который раз продемонстрировала, что она не просто умница, а прям умница-умница, так что умудрилась всю контрабанду, на «Скулбое» заначенную, в школу протащить, по контейнерам со снарягой распихав)… В общем, я едва успел Киру похвалить, как примчалась дежурная эсминка, крича, что меня в учебную часть к старосте вызывают. Срочно! Бегом! Хиэй сильно злится! *** Хана злилась. Сильно. Эта безмозглая килька не канмусу, а стихийное бедствие какое-то! Вот что такого можно натворить, чтобы половина старших офицеров Школы забегала, как в корму укушенная? На практике! На первом курсе! В Японском море! Да это же как в «лягушатнике» с надувным кругом плескаться. Но нет, несносная девчонка и там себе приключений нашла. Кстати, на «Скулбое» вернулись только младшие, сама Петра изволила прибыть словно принцесса – на вертолёте, в сопровождении начальника курса. Вот как так-то? Где она вообще шлялась? Почему за ней персонально вертолёт посылали? Килька! Наглая! Бесит! Глубоко вдохнув, Хана на секунду прикрыла глаза, мысленно проговаривая мантру покоя и умиротворения. Помогло… слабо. Совсем никак, честно говоря. – То есть, рассказать, что там у вас на практике случилось, ты не можешь? – Не могу, – устроившаяся напротив неё Петра закинула ногу на ногу, гордо задрав нос. – Я подписку давала. О неразглашении. Хана едва не застонала. Первокурсница! Под подпиской! Да как такое вообще… Ещё раз вздохнув (хотя сильно хотелось зарычать), она поднялась из-за стола и, старательно не глядя на наглую девчонку, прошлась по кабинету. Три шага к окну, разворот, три шага к книжному шкафу, разворот… Вот что с ней делать? Загнать «на орбиту»? А за что? Нет, при желании повод всегда найдётся, но… девчонки не поймут. Или наоборот, поймут, но по-своему. После той выходки Петры на концерте и без того про них шепчутся… Так что неизвестно ещё, что хуже. – Отчёты по практике вы сдали? – поинтересовалась Хана. – Конечно, в учебной части всё, – Петра пожала плечами с откровенным недоумением. Ну да, вопрос был откровенно глупый, но ничего умнее Хане просто в голову не пришло. Да и вообще, о чём тут спрашивать, если каждый вопрос натыкается на чёртову «подписку» и «доведение информации в части касающейся». Украдкой вздохнув, Хана вернулась за стол, машинально, просто, чтобы чем-то занять руки, переложила несколько бумаг, наконец, холодно кивнула: – В таком случае, можешь быть свободна. Насмешливо пфыркнув, Петра стремительно вскочила со стула и, крутнувшись на пятках, так, что юбка взлетела колоколом, открывая на мгновение краешек чулка, выбежала из кабинета. Хана зло поджала губы. Ещё и чулки вместо уставных колготок, эта килька совсем уже… Стоп, чулки?! Опять?! – А ну вернись! – выкрикнула она, вскакивая на ноги. – Немедленно! В ответ из коридора донёсся невнятный писк и быстро удаляющийся цокот каблучков. Ах так?! Хана выбралась из-за стола и, зло раздувая ноздри, направилась следом. Ну всё, с неё хватит! Сейчас кто-то сильно пожалеет о своём поведении! Блин, надо подумать о своём поведении. А то такое впечатление, что в присутствии Ханы мозг у меня просто отключается, зато наружу изо всех щелей лезет девачковость. Вот правда! Сам не замечаю, как тут же начинаю вредничать, кокетничать, капризничать и дразниться. Короче, вести себя, как дурная малолетка в пубертате. И, что самое главное, мне это жутко нравится! А уж от вида злящейся Ханы кровь прямо-таки пузырится, словно шампанское, и пониже живота бабочки порхать начинают. Ой, кажется, за мной гонятся! По-девчоночьи взвизгнув, я вприпрыжку рванул направо, промчался мимо пустующих в это время аудиторий и заскочил в тактический класс. Аккуратно притворив за собой дверь, прижался к ней спиной, машинально прикидывая: «А не слишком ли быстро я бегу?». Ну, в смысле, Хана же линейный крейсер, с акустикой у неё не очень, на слух определить в какой именно класс я заскочил, вряд ли сможет. Хм, может, оставить дверь приоткрытой? Секунду подумав, сдвинул створку – совсем чуть-чуть, чтобы и в глаза не бросалось, и мимо не пройти. Отойдя на пару шагов, критически оценил… Нормально! Так, теперь сесть на парту сразу напротив входа, расправить юбку, и… скромно потупиться. Хотя нет, лучше изобразить невинность. Ну а чего? Я же ничего. Оно само! Шаги в коридоре приблизились, на мгновение стихли… дверь рывком распахнулась. Задёрнутые шторы создавали в классе полумрак, а потому хлынувший из коридора свет контрастно очертил замерший на пороге тёмный силуэт Хиэй, от которого буквально полыхало злостью. И меня внезапно накрыло. Холодное море, предрассветный сумрак, опадающий ледяным душем столб воды от прилёта, и показавшийся на горизонте силуэт «Решки». Резкий, контрастный, пышущий яростью и безумием сгусток тьмы, пришедший убивать. Во рту пересохло, под пальцами хрустнула стиснутая до боли столешница… И тут меня так же внезапно отпустило, словно сжимавшую внутренности стальную пружину выдернули. Только сейчас по-настоящему дошло, что всё позади. Что мы выжили, что вокруг не разрываемое вспышками залпов Японское море, а теплый полумрак школьной аудитории. И от Хиэй веет не безумной жаждой убивать, а банальной злостью на мои выходки. При этом, злостью по большей части наигранной, изрядно приправленной чем-то таким, от чего коленки сами сдвигаются, а пониже живота предательски теплеет. Так что самое ужасное, что мне грозит – это шлепок по попе. «Шлепком по попе эта наглая килька точно не отделается!». Ворвавшись в аудиторию, Хана обнаружила Петру сидящей на парте прямо напротив двери, и от одного вида нарочито невинной мордашки внутри буквально полыхнуло злостью. Ведь она нарочно! Сидит тут, ресницами хлопает! Ну всё, кому-то сейчас… Однако, стоило ей сделать шаг, как Петра изменилась – внезапно, резко. Вот только что сидела, нагло болтая ногами и нарочито невинно хлопая ресницами, а теперь уже собранная, подобравшаяся, сжавшаяся словно пружина, и готовая драться насмерть. Хана даже с шага сбилась, растерянно замерев. Но ещё через мгновение Петра снова изменилась. Тело расслабилось, плечи опустились, из взгляда пропала готовность к бою. Сейчас девчонка выглядела просто опустошённой и смертельно уставшей. Торопливо приблизившись, Хана ухватила её за плечо, чуть нагнулась, с тревогой заглядывая в глаза, легонько встряхнула: – Петра, что с тобой?! Девчонка неожиданно подалась ей навстречу, обхватила руками-ногами, и, уткнувшись носом в плечо, чуть слышно выдохнула: – Ты знаешь, так хочется жить. *** Оторвать от себя зачудившую девчонку удалось не сразу. Точнее, вообще не удалось. С минуту посопев ей в плечо, Петра спрыгнула с парты, ухватила за руку, и потащила за собой с силой и целеустремлённостью океанского буксира волокущего нефтяную платформу. Растерянная и ничего не понимающая Хана только и успевала, что ногами перебирать. Дотащив таким образом до клуба своей эскадры – молча, сосредоточенно – Петра влетела внутрь, на секунду выпустила руку, чтобы захлопнуть дверь, и снова вцепилась мёртвой хваткой, волоча уже наверх, к софе. Нет, не то, чтобы Хана была против – узнав, что Петра возвращается, она утром, после душа, надела не привычное повседневное бельё, а довольно милый кружевной комплектик. Не специально, конечно, а так… на всякий случай. Но сейчас откровенно растерялась. Впрочем, Петре, кажется, было абсолютно всё равно, что на ней надето. Стремительно скинув с себя китель с юбкой, она столь же нетерпеливо помогла пребывающей в лёгком ступоре Хане раздеться (а если точнее, то буквально раздев), после чего затолкала её на софу, и, втиснувшись под бок, снова обхватила руками-ногами, уткнулась носом в плечо, и затихла. Полежав в тишине, собираясь с мыслями, Хана покосилась на макушку молчаливо сопевшей девчонки, осторожно спросив: – Петра… что случилось? – Знаешь, всё, что нам тут рассказывают – полная хрень, – как-то отстранённо буркнула та. – Что, хрень? – растерянно моргнула Хана. – Всё. Что глубинные тупые, что картонные, что опасны только толпой. Хрень это всё. Если бы не Роуд, та тварь нас просто перетопила бы, как котят. – Какая тварь? – непонимающе потрясла головой Хана. – Ты о чём? – Понимаешь, она ведь с такими, как я, никогда не сталкивалась, – по-прежнему отстранённо продолжила девчонка. – Но тактику выработала за считанные минуты. Вот сколько бы тебе потребовалось времени, чтобы определить, что перед тобой не обычный крейсер, а ракетный? Этой же суке пяти минут хватило, чтобы сообразить, что инверсионные следы ракет, можно как целеуказание использовать. Я даже полбарабана отстрелять не успела, как она главным калибром накидывать начала. – Да какая тварь, о чём ты?! – Обычная тварь, Re-класс. Окончательно сбитая с толку Хана вообще перестала что-либо понимать. Решительно сдвинув с себя девчонку, она приподнялась на локте, строго взглянув на недовольно насупившуюся кильку. – Петра, либо ты сейчас же объясняешь, что с тобой творится, либо я веду тебя к врачам. – Не надо к врачам, я только оттуда, – проворчала та в ответ, снова заползая ей под бок. – Жуткое место. Кормят отвратно, медсестричек нет, одни санитары жести оцинкованной. А знаешь, как трудно потом волосы в порядок приводить. – Потом? – машинально переспросила Хана. – Сунули в регкапсулу, как в банку с формалином, а утром даже расчёски не выдали. И лейтенантик этот ещё и бельё мне привезти забыл – личинка офицера, блин. Представляешь, даже про леди Гамильтон не знает. Куда мы катимся, а? – Какую регкапсулу?! – Стандартную, URС-53, – девчонка на секунду задумалась. – Или там 55-я была? Хана рухнула обратно на подушку, пытаясь хоть как-то уложить в голове мало связный набор слов, что вывалила на неё девчонка. Тварь Re-класса, тактика, госпиталь, лейтенант, регкапсула. И всё это рассказывает первокурсница после практики в Японском море. Бред какой-то. – Так не бывает, – растерянно выдохнула она. – Ещё как бывает, – коротко буркнула Петра, закидывая ногу ей на живот, и устраиваясь поудобнее. – Когда тебе дают идиота-куратора, который ради красивой записи в личном деле отправляет эскадру первокурсниц на усиление. Потом его отзывают, чтобы замести следы, и твоя эскадра остаётся вообще без командования. А под конец кошёлка 1-го ранга лично прилетает, чтобы объяснить тебе политику партии и сунуть подписку о неразглашении. Подписка! Хана вскинулась, вспомнив с чего всё началось. А эта килька безмозглая болтает тут, как на девичьих посиделках. Совсем мозгов нет?! – Петра, ты вообще понимаешь, что сейчас нарушаешь положения подписки?! Тебя же под трибунал отдадут! И хорошо, если только на «Чукотку» отправят! – возмутилась она, снова приподнимаясь и строго глядя на девчонку. – Никуда меня не отправят, этот «страшный секрет» сейчас половина флота обсуждает, – буркнула та в ответ. – Какая ещё половина?! – Ну, считай сама: оперативный штаб, офицеры «Скулбоя», эскадра быстрого реагирования, спасатели, врачи, девчонки из 5-го соединения… Кстати, наше школьное начальство тоже. – Петра шевельнула плечом. – Да проще перечислить тех, кто не знает. Хана открыла рот. Подумала. Закрыла. – Но… зачем тогда вообще подписка? – Я же говорю: кошёлка постаралась. – Да какая ещё «кошёлка»?! – Сестра твоя. – Сестра? Но у меня нет… стой, ты про сестру-по-классу? Вы с Харуной поругались? – Причём тут Харуна? Хару – хорошая. Я про Киришиму. – «Киришиму»? То есть, Кирико Коидзуми?! – Угу, кошёлка старая. Хана на долгую минуту впала в ступор. Нет, у настолько известной канмусу, как контр-адмирал Коидзуми хватало прозвищ, но… «кошёлка»?! – А… э… почему «кошёлка», – поинтересовалась она осторожно. – Потому что эта схематозница собралась всё под ковёр замести. Она мне полчаса политикой партии по ушам ездила. Объясняла, как обстоят дела во взрослом мире, и почему лучше жевать, чем говорить. А потом подписку сунула и биоробота своего натравила. – К-какого биоробота?! – Майора Брауна. Хотя, никакой он не Браун. И точно не майор. Человек-функция. Его вообще, по-моему, не рожали, а на заводе собрали по спецзаказу – даже «запаха» нет. – Ничего не понимаю, – как-то жалобно протянула Хана. – Да нечего тут понимать, – вздохнула девчонка. – Эта идиотская подписка нужна только для того, чтобы я волну не поднимала. Чтобы не бегала с криками, требуя разборок и справедливости. Потому что справедливость нахрен никому не упала. Так что, с МакКинли башку снимут – Киришима мне обещала – ещё пару-тройку особо звездатых в отставку выпрут, а остальным лишь пальчиком погрозят. После чего всё вернётся на круги своя. По-прежнему ничего не поняв, но отложив этот разговор себе в памяти, чтобы потом спокойно проанализировать, Хана сосредоточилась на главном. – А ты собираешься? Волну поднимать? – чуть напряжённо спросила она. В том, что эта беспокойная девчонка запросто может наплевать на любые последствия, не было никаких сомнений. Как и в реакции контр-адмирала Киришимы на подобное наплевательство. Та «Чукоткой» точно не ограничится. – Не собираюсь я ничего поднимать, – девчонка устало поморщилась. – Разве что завтра к нашему адмиралу схожу, попробую про Роуд узнать. – Что это за Роуд, которую ты постоянно вспоминаешь? – как бы между прочим поинтересовалась Хана, подавляя ворохнувшуюся ревность. – Конни Роуд, лёгкий крейсер «Конкорд», бортовой: Си-Эл один-ноль. – «Конкорд»? В Средиземке тогда твоя Роуд, дивизион принимает, – холодно сообщила Хана, откидываясь на подушку. – Она не моя… – возмущённо забурчала девчонка, но на полуслове запнувшись, приподняла голову и подозрительно сощурилась. – Дивизион? Точно? – Точно. Списки по школам в учебную часть приходят, а этот дивизион полностью из выпускниц формируется. «Симсы» из Аннаполиса, «Сольдати» с Кипра. – А, ну тогда ладно, – девчонка, фыркнув, снова устроилась у неё на плече. – Пусть живёт, кошёлка. – Петра, Кирико Киришима – контр-адмирал, правая рука Нагато! Да она… она… – Хана аж задохнулась от возмущения. – А я чего, я же ничего, пусть живёт.
Написал комментарий к произведению За тридевять морей #2
Наслаждайтесь