Виктор Стягъ

Mm, спасибо за экскурс. Для меня как автора это не просто историческая справка, а подтверждение того, насколько «долгоиграющим» оружием оказались те минные постановки.

Мы привыкли воспринимать войну как столкновение здесь и сейчас, но в Арктике она оставила после себя невидимые мины, которые ждали своего часа десятилетиями, пугая уже гражданских судоводителей и заставляя инженеров «Новатэка» поднимать архивы кригсмарине и запрашивать военных.

В романе я как раз стараюсь передать это ощущение тотальной, невидимой угрозы: когда под тобой не просто холодная вода, а чужая смерть, оставленная на глубине. Очень ценно, что вы знаете эти места не по картинкам, а своими глазами видели эту суровую акваторию. Спасибо, что делитесь.

А, мини-танкер! Да, с нашим расходом Б-74 он бы точно не помешал. Но в 41-м у нас с плавучими заправщиками напряженка — выкручиваемся на честном слове и последних каплях. Спасибо, что переживаете за экипаж!

И пристрелка тоже. Лучше всего вам ответит Сабуров: Немцы бьют из всего сразу — и это их выдает. Главный калибр у них пока пристреливается, а автоматчики палят в белый свет от страха, лишь бы заставить нас отвернуть. Значит, они не ждут нас здесь, они боятся, что мы проскочим.

Спасибо! Рад, что зашло. Впереди ещё много интересного. 

Спасибо, что читаете.

Спасибо! Читать такое — лучшая награда для автора. Вы правы: настоящий героизм не кричит, он молча перекрывает голыми руками раскаленный кран в горящем трюме. Рад, что удалось передать это ощущение. Спасибо, что были с экипажем до конца.

До лихтеровозов человечеству еще лет тридцать ждать. Так что пока воюем тем, что не жалко утопить, и тем, что удалось отжать у немцев. ))

Поздравляю с новинкой! Легкого пера!  №6

Спасибо!

Наш катер — это не «многоцелевой катер». Это малый охотник за подводными лодками (МО-4). И на штатных чертежах МО-4 на баке (носу) действительно стояла 45-мм пушка 21-К (а в нашем случае — «Эрликон», как в книге). Лебедка там не стояла, якорь выбирали вручную или через шпиль.

Пушка за рубкой? На МО-4 вторая 45-мм пушка стояла на корме, а не за рубкой над машинным отделением. Над машинным отделением (за ходовой рубкой) находились либо ДШК, либо спаренные пулеметы.

Прожектор. Да, на многих катерах прожектор ставили на крыше рубки или за ней, чтобы не заливало водой. Но на носу у МО-4 главенствовала артиллерия.
Обложка не для точного следования чертежам -  на ней узнаваемый силуэт, флаг, пушки, море, взрывы. Это художественный образ, а не чертеж из альбома.

На первый взгляд фугас против дерева действительно логичнее: больше взрывчатки, больше осколков. Но в контексте той сцены (запись Брандта в дневнике) расчет у немца был на другой эффект.

Вот три причины, почему он выбрал бронебойные:

1. Дистанция и угол. Брандт пишет: «Дистанция дуэли — не более четырех кабельтовых. Только прямой расстрел бронебойными в борт». На такой дистанции 88-мм снаряд с взрывателем мгновенного действия (фугасный) при попадании в тонкий 35-миллиметровый сосновый борт мог просто прошить катер навылет и разорваться далеко за кормой в воде. Ущерб — дырка в борту, но катер сохраняет ход.

2. Бронебойный — это «внутренний фугас». У бронебойного снаряда (с донным взрывателем замедленного действия) задача другая: пробить преграду и рвануть внутри. Для 88-мм пушки 35 мм дерева — это не преграда. Снаряд пробивает борт и взрывается внутри корпуса, в машинном отделении или прямо в цистернах с бензином Б-74. Для деревянного катера это верная и быстрая смерть — корпус просто разносит изнутри.

3. Психология и опыт. Брандт уже видел, что «мошка» не горит от зажигательных и выдерживает гидроудары. Ему нужно гарантированно сломать хребет этой деревяшке, а не просто посечь надстройку осколками. Бронебойный в борт дает именно такой гарантированный результат.

Так что фугас — это чтобы посечь палубу и расчеты. А бронебойный в борт на близкой дистанции — чтобы утопить. Брандт выбирает второе.

Спасибо. Но, думаю, взглянуть все же стоит.  

В книге нет ни одного эпизода, где катер «громит весь немецкий флот». Есть серия локальных боёв: два шнельбота, один сбитый самолёт, один повреждённый, подлодка у Лиинахамари. Это не «весь флот», а точечные задачи, которые катер решает потому, что у других вымпелов свои задачи — конвои, охранение, дозоры. Если бы я описывал действия всего флота, это была бы не книга про экипаж, а сводка Генштаба. Фокус на одном катере — это художественный приём, а не утверждение, что больше никто не воюет. Спасибо, что читаете. Читайте заодно и закрепленный комментарий.

Про торпеды вы правы — и именно поэтому Брандт в книге не тратит их в лоб, а выжидает. А когда стреляет (гл. 35), то делает это от отчаяния, когда катер уходит, — и промахивается именно из-за разницы осадок. Он это знает не хуже вас, просто у него не было выбора.

А про «где флот» я уже отвечал ранее: «Штабу ОВРа не до ковыряния в трюмах — катера гоняют по дозорам и конвоям круглосуточно, вымпелов катастрофически не хватает». Катер воюет не потому, что больше некому, а потому что он может решить задачу, которую не решат другие. Остальной флот занят конвоями и охранением. Если бы он стоял в базе, вы бы спросили, почему флот бездействует. Он не бездействует — он занят.

Цикл сделаю, когда начну выкладывать второй том. А когда это будет, пока не могу сказать точно. Рассчитываю на пару недель, а там видно будет.

В штатное вооружение малых охотников типа МО-4 в 1941 году боевой стационарный прожектор не входил.
Да и в романе он ни разу не упоминался и, тем блоее, не применялся. 

Благодарю. Читайте, если нравится. Работаю над вторым томом, будет интересно.

Ольга, спасибо! Приём понял, буду применять.

Вторая книга уже пишется. Спасибо, что читаете.

Спасибо за разбор. Часть ответов на ваш спич уже есть в комментариях. По оставшимся пунктам.

1. Про Брандта — почему «мастер подводного боя»?

Он подводник. Командир U-563, кавалер Рыцарского креста, ас подводной войны. То, что он в данной операции использует лодку как надводную батарею у скалы — это его тактическое решение, а не смена специализации. Немецкие подводники действительно применяли такой приём: лодка в позиционном положении у берега работает как артиллерийская батарея. Так что «мастер подводного боя» — это его базовая характеристика, а не описание конкретного эпизода. А то, что он не показал себя как подводник в бою с катером — так и катер не дал ему такой возможности. Он хотел утопить катер торпедой, а не вступать в артиллерийскую дуэль.

2. Про капитан-катерника с Ла-Манша.

Логика понятна, но у Брандта есть личный мотив: он уже встречался с этим катером в первом бою (гл. 1–2), когда катер ушёл из-под торпеды. Это его личный счёт. Плюс он подводник, и для него охота на катер — это способ доказать, что подводная лодка может решать задачи, которые обычно решают катера. Если бы я поставил катерника, это был бы другой конфликт, но не тот, который заложен в романе.

3. Про сон ГГ.

Тут вы правы. За неделю он спит катастрофически мало. Это условность художественного текста: я показываю только ключевые сцены, а промежутки, где он спит, просто не описываю. Но если это режет глаз, можно добавить пару фраз о том, что он вырубается на час-два между выходами. Учту.

4. Спасибо за оценку.

Рад, что несмотря на замечания, книга заходит. Продолжение будет.

Уважаемые читатели!

Прежде чем оставить комментарий, пожалуйста, учтите несколько моментов.

1. Это роман. Не документальная монография, не «РусРеал», не историческая хроника. Это альтернативная история — жанр, в котором автор имеет право на собственное видение событий, техники и людей. Я стараюсь держаться фактов, но в основе лежит художественный замысел, а не стремление воспроизвести каждую заклёпку по чертежу.

2. Объективная критика приветствуется — в разумных пределах. Если вы нашли реальную ошибку (арифметика, дата, матчасть) — пишите, я отвечу и поправлю. Такие замечания полезны, и я за них благодарен.

3. Прежде чем писать «гениальное» замечание после пяти минут в Google — прочитайте комментарии. Возможно, я уже отвечал на этот вопрос. Повторять одно и то же по десять раз я не буду.

4. Критика ради критики — не сюда. Если ваша цель — не помочь тексту, а доказать свою эрудицию и «поймать» автора на мелочи, — в сети есть множество других произведений и авторов, где вы сможете применить свой талант. Здесь я пишу книгу, а не провожу семинар по матчасти.

5. Я не обязан отвечать всем и на всё. У меня ограничено время, и оно уходит на написание продолжения. Если ответа нет — значит, вопрос уже разобран, или ответ очевиден из текста, или у меня нет желания вступать в бесконечный спор.

Спасибо тем, кто читает по-настоящему, думает над сюжетом и пишет по делу. Рад, что книга находит отклик.

Хорошего чтения.

Я учту ваше пожелание, но на перспективу. Нельзя объять необъятное. Сейчас работаю над этой серией.

Здравствуйте. Готовится к выходу Том 2. 

Спасибо за награду. Но «надругаться» я не позволю — это не критика, а троллинг. Линию особиста я убирать не буду. Если тема ПЛО вам интересна — читайте. Если нет — ваше право. Дальнейшие комментарии по особистам буду удалять без ответа.

Спасибо. Но линия особиста — это не документалистика о работе особых отделов, а драматургический инструмент: показать давление на героя, который не может объяснить, откуда знает то, что знает. Война — это не только море и оружие. Если вам это мешает — ваше право. Убирать не планирую. Спасибо, что читаете.

По газу — принцип известен, но на МО-4 в 41-м не применялся, а Варакин проверяет не технику, а источник знаний. По 45-ке: штатный прицел — для стрельбы по морским целям. По воздуху били на малых углах, часто на глаз — в тексте так и есть. Прямое попадание — да, снаряд без дистанционной трубки, так и написано.

Про щит я уже отвечал раньше. А насчёт «пишите про море» — линию особиста я убирать не планирую, она держит конфликт героя. О чём писать роман, решает автор. Спасибо, что читаете.

Пожалуйста.  

Спасибо, поправил. 

Черная двубортная шинель для адмиралов и генералов ВМФ была введена приказом Наркома ВМФ № 45 от 24 января 1941 года — то есть к октябрю 1941-го она уже существовала.

А вот каракулевый воротник как уставной элемент появился позже. Приказ НК ВМФ № 56 от 19 февраля 1943 года впервые разрешил пристежной воротник из черного каракуля к шинели. В 1941-м воротник был просто отложной, без меха.

Так что в тексте действительно ошибка. Убрал «каракулевый» и оставил просто «с поднятым воротником».

Спасибо, что заметили.

Благодарю за оценку моего труда. Будут еще интересные книги, заглядывайте.

Пожалуйста. Рад, что понравилось.

Ольга, спасибо! Вы озвучили ровно то, что я и хотел сказать этой книгой. Не про юты и лини — про то, как жили, работали, сражались и о чём думали, о чем мечтали и как погибали. Про рулетку каждого выхода, про потери, про давление особистов. Именно это для меня главное. Так что ваш комментарий — самый точный из всех.

А те, кто подмечает буксиры и юты, — тоже молодцы. Без них книга была бы менее достоверной. Просто у каждого свой способ читать. И оба нужны.

Согласен, это ошибка. По классике буксир подают с кормы буксировщика — с юта или кормового среза, чтобы сразу завести на битенг. В тексте действительно неточность: линь летит с полубака. Поправил. Спаибо.

В тексте Сабуров разглядел надпись в бинокль с 50 метров — это на пределе, хотя выпуклые буквы и хорошая оптика делают своё дело. Плюс сам кофр чёрный, а буквы светлые, с металлическим блеском. Плюс бинокль у Сабурова 8-кратный.

Прикрытие не организовали, потому что операция шла неофициально. Головко штатный штурм Лиинахамари отклонил — резолюция «отклонить» лежит в папке. Всё, что делал Сабуров, шло под личную ответственность Варакина, без приказа, без наряда, без прикрытия. Официально катера в этом районе быть не должно. Дать ему эсминцы означало бы расписаться в том, что операция согласована. А эсминцы, кстати, вышли — только когда катер уже выбрался и дал аварийную радиограмму. 

Ответ уже есть в опубликованной главе.

Пожалуйста.

Спасибо. Ну, пока снимают про воров и ментов, будем нормально воевать хотя бы в электронной книге.

Ольга, спасибо! Именно этого напряжения я и добивался. А дойдут или нет — узнаете совсем скоро. Просто так я своих не сдаю.  

Благодарю за награду. Это чертовски приятно. 

Я в курсе.  

Скоро узнаем.

Согласен, " береговой снаряд врезал прямо в гранитный уступ восточного берега" звучит не очень. Заменил на "Второй снаряд с берега врезал прямо в гранитный уступ восточных скал...", ибо калибр береговой батареи уже был упомянут. Спасибо. 

По пунктам.

Авиация на совещании. Упоминалась — в тексте прямо сказано: «флотская авиация по горло увязла в боях за перевалы на сухопутном фронте». То есть она была, но занята на другом направлении. Поэтому как реальную силу в плане штурма её не рассматривали.

Время атаки. Ночью. В тексте это сказано прямо: полярная ночь, темнота, снежный заряд.

Прожектора. Немцы включили их не для того, чтобы слепить расчёты, а потому что обнаружили приближающийся брандер. Сначала услышали рёв мотора, потом луч берегового прожектора нащупал «Лучину». Это была реакция на угрозу, а не подготовленное освещение.

Управление брандером ночью. По радио. Сабуров вёл его по красному кормовому огню «Лучины», который видел в бинокль. Он держал этот огонёк на перекрестье оптической сетки и корректировал курс короткими импульсами. Это описано в тексте.

Оптика. Не сверхъестественная. Сабуров видел людей на причале не просто через бинокль, а потому что там горело: взрыв, пожар, прожектора. В свете пожара на близком расстоянии (несколько сотен метров) можно разглядеть бегущих людей. Это не оптика, а освещение.

Нимаев, тема сложная, и в вашем комментарии смешаны факты и оценки. Пройдусь коротко.

Либава. Запасы были оставлены, 15 подлодок из 23 пришлось взорвать. Но Либава — маневренная база, приказ на оставление поступил 26 июня, когда суша уже рушилась. Трибуц не командовал сухопутной обороной города.

Оборона Таллина. Она была — с 5 по 28 августа, сковав значительные силы врага. Приказ на эвакуацию опоздал, но Трибуц предлагал перебазировать флот ещё 20 июня, за два дня до войны, и разрешения не получил. Задержка флота в Таллине — решение не его.

Таллинский переход. Катастрофа: 62 корабля, до 15 тысяч человек. Но это был прорыв, а не капитуляция. Флот спасли — 163 вымпела дошли до Кронштадта и потом защищали Ленинград. Не решись Трибуц на переход — Балтфлот погиб бы полностью.

Подводные лодки. Потери чудовищные, но причина — минная обстановка: десятки тысяч мин в Финском заливе. Подводники шли через них, потому что другого пути не было. Это цена войны, а не приказ командующего.

Херсонес. Мемуары одного немца — не исторический факт, а субъективный взгляд. Медсёстры и врачи на Херсонесе погибали вместе с войсками, выполняя свой долг, а не «командовали прорывом». Превращать их подвиг в сенсацию из чужих воспоминаний — искажение.

Командование ЧФ. «Застрелиться» — эмоция, не аргумент. Октябрьский держал Севастополь 250 дней, эвакуация командования — приказ Ставки, не самовольство.

Вы правы, что цена 1941 года была чудовищной и ошибки были. Но валить всё на одного Трибуца — значит не видеть масштаба катастрофы.

Тема эта огромная, выходит далеко за рамки романа, и мы с вами в неё уходим всё глубже. Предлагаю на этом закруглиться — иначе из комментариев к книге получится отдельный исторический трактат. Спасибо, что читаете.

Cлово «позор» к этой ситуации не подходит. Не потому, что адмиралов не за что крыть. Все значительно сложнее — надо разобраться, во что превратились флоты к лету 41-го.

Балтика. Таллинский переход. Август 41-го. 62 корабля и судна, 12–15 тысяч человек. Жесть, да. Но не Трибуц же эту ловушку придумал. Флот держали в Таллине, пока он не стал заложником порта. Уходить предлагали раньше — не дали. Когда наконец дали, нормального выхода уже не было. Или гибель/захват, или мины и самолёты. Он повёл колонну. Из 225 до Кронштадта дошло 163. И эти уцелевшие потом Ленинград прикрывали, по берегу били, блокаду теснили. Не поведи он — БФ просто не осталось бы.

При этом я не снимаю с Трибуца ответственность. Командовать такой операцией — не фунт изюму. Но начинать надо не с адмиральской вины, а с того, что флоту не дали уйти вовремя. Не оправдание, а попытка посмотреть на факты масштабнее.

С Черноморским больнее. Керчь, Севастополь — замазать нельзя, вина есть. Но Одесскую эвакуацию ведь даже критики ЧФ обычно хвалят: людей и грузы вывели, управление сохранили. Севастополь 250 дней. А в июле 42-го флот без баз, топлива, ремонта и воздуха? Стоять на рейде и красиво тонуть — не подвиг, а бессмыслица. Октябрьский увёл силы на Кавказ, потом они вернулись в Севастополь уже не изгнанниками.

СФ и Головко — другая история. В 40-м принял флот, 17 июня 41-го на свой риск поднял по боевой готовности. Корабли не разбили в базах. Конвои, разведка, авиация — крупные надводные силы к коммуникациям не прошли. Это служба, не мистика.

Разница не в морали. Головко мог строить систему; Октябрьскому и Трибуцу достался провал, где выбирали между плохим и очень плохим. «Позор» снимает вопрос с тех, кто доводил флоты до такого. Я никого не канонизирую, но вешать весь разгром на адмиралов — неправильно. Успех СФ сделали не только Головко: матросы, артиллеристы, лётчики, конвои, погода, география. И немцам там не хватило сил.

Спасибо. Старался сделать засаду реалистичной, а противника — думающим. Брандт умеет просчитывать.

Благодарю за оценку моего труда.