Лазарев Дмитрий

Убедившись, что мы остались одни, Александра двинулась было дальше к телам, но тут я одеревеневшим голосом скомандовал: «Стой!» Она послушно замерла и только бросила на меня вопросительный взгляд. В ответ я сделал молчаливый жест рукой – мол, отойди к дверям. В помещении было что-то не так, и я это буквально печёнкой чувствовал.

А в следующий момент и услышал. В гробовой (да простится мне этот невольный каламбур) тишине морга мелодия возникла сразу и вдруг, будто из ниоткуда. Мелодия резкая, агрессивная и в чем-то даже какофоничная. Зрение подключилось не сразу. Не буду врать – я не увидел никакого призрачного силуэта, зловещей тени или визуального искажения. Только струны. Бледные, почти прозрачные, однако поддающиеся идентификации… над телом номер десять. Основную «тему» этой жуткой музыки выводили четыре струны. Желтая и фиолетовая звучали в тональности дикого голода, багровая – ненависти, а серебристая струна психосилы сигнализировала о готовности к атаке.

Пожалуй, я бы мог успеть что-то предпринять, поскольку был готов к подобному, но на пару секунд растерялся, ища красную и черную струны здоровья и жизненной силы и не находя их… Болван! Откуда они у бесплотной сущности?! А когда пришло понимание своей ошибки, а следом – пугающая мысль «И как теперь ее убить?», мое время вышло, и сущность ударила. Струна психосилы недаром звучала у нее столь мощно: мало мне не показалось. Боль… жуткая, помрачающая сознание боль пронзила все мое тело, парализуя мышцы и заставляя сознание буквально вопить от невыносимой муки. Я со стоном рухнул на пол и начал корчиться. В моей голове вспыхнуло знание, что двоедушники умеют гасить человеческие черные струны, но тут твари не требовался мой труп. А вот живое тело арфиста пришлось бы весьма кстати. Именно поэтому боль, а не смерть. Все эти мысли в считанные мгновения пронеслись в моем агонизирующем сознании, а следом подумалось, что кураторша моя этому созданию живой не нужна…

Александра пару секунд с изумлением и страхом смотрела на меня, а потом выхватила пистолет и начала вслепую водить им перед собой, тщетно пытаясь увидеть незримого врага. Но тут достало и ее. Мой туманящийся взгляд уловил, как плетью повисла ее парализованная рука с оружием, и пистолет звякнул об пол, выскользнув из онемевших пальцев. Затем у моей кураторши побледнело лицо, а левой рукой она схватилась за собственное горло, будто так можно было справиться с удушьем.

Я прекрасно понимал, что сейчас Александра умрет, а потом тварь завладеет моим телом. И тут вспышка: идиот, струна энергетики! Действительно, вот инертность мышления! Я настолько привык воспринимать палевую струну в исключительно вспомогательной роли, что мне даже и в голову не пришло, что для демонической бесплотной сущности она может исполнять роль струны жизненной силы. В конце концов, что она такое, как не энергетическое создание?! Тварь ошибочно посчитала меня выведенным из игры и, судя по ее фиолетовой струне желания, намеревалась сполна насладиться муками Александры. Но я, борясь с жуткой болью и подступающей темнотой беспамятства, что было силы рванул ее палевую струну и порвал…

Это нельзя было назвать воплем. Вероятно, дежурный в своей комнате ничего так и не услышал, просто струны погибающей демонической сущности на миг взвыли в агонии, и наступила тишина…