Жизнь Йоханесса была написана одной-единственной краской — серой. Болезнь, зависимый от него ребёнок, смерть родителей, чужая страна и ворох страхов — всё это спрессовалось в глухое, ежедневное одиночество. Он строил из себя непоколебимого, хотя давно уже был сломан. Игрушка с проржавевшим механизмом, живущая на автопилоте.
Ни о каком спасении он и не мечтал — пока однажды в его мир не ворвалась Она. Женщина-фейерверк. Яркая, непокорная, ослепительная. И с этого момента палитра ожила — впервые за долгое время. Йоханесс готов был молиться на неё, как на Богиню, и поверил, что можно жить иначе.
Но всё, что было до неё, оказалось лишь разминкой. Настоящий Ад начался с одного взгляда её бирюзовых, ледяных глаз. Эрика Ричардсон — глава мафии, красивая как катастрофа. И любовь к ней — это не спасение, а приговор.