Max Popov

Жиза!)

Вместо тысячи слов, просто глянь сам первые 20 минут

 Уверен, тебе с твоим педантизмом к деталям и достоверности этого вполне хватит что бы получить яркое впечатление!

Рыцарей ждем да!!

Но согласись, у каждого из нас есть не меньше десятка любимых книжек, которые можно было бы экранизировать, с реально классными приключениями и увлекательным сюжетом. 

Но нет же! Снимают или ремейки чебурашек или издеваются над классикой.

Опять же про ТББ - вот зачем во имя всего святого они добавили новых героев? Какой такой супер месседж они этим передали?

 Бесит.. 🤬 

Именно так.

Снято с пафосом, глазищами сверкают как настоящие, а реализация - колхоз

То ли мы ничего не понимаем в искусстве, то ли наши режессеры снимают что то не то... 

Слышал про эту экранизация. Ожидания есть, но надежды́ на хороший результат все меньше)

Мы обсуждали это произведение недавно

И результатом нашего обсуждения сложилась такая формула: каждое классическое (как минимум считающееся таковым) произведение получает такой статус не потлму что оно классическое в вечности, в мире идеального, где проводглащены или осмыслены некие вечные идеи и смвслы, в потому что оно говорит новое слово в нужный момент

Каждое "новое", сказанное в свое время вносит значимый вклад в самосознание общества и человечества в целом. 

Поэтому классик как ни странно всегда новатор в свое время. Классиком он становится, когда его идеи высказанные однажды овладевают массами) 

Спасибо!

 Я вполне понял вашу позицию, она с моей точки зрения более чем спорная, но моя задача была не в том чтобы спорить или переубеждать, а именно как поделиться своим углом восприятия. Как мне видится это вполне удалось, а то что у нас разные исходные посылки из которых мы строим свою картину мира это же нормально.

Но я в любом случае, благодарен вам, за столь честный взгляд на будущее исходящий из вашей ценностной базы

Ну да, тут есть какой то запашок предопределенности, от которой хочется возопить, не отнимайте мою человеческую  природу. Я уж даже не про свободу выбора, а просто про право оставаться человеком...

Перечитывая собственную рецензию спустя некоторое время, я обнаружил, что в ней упущено одно существенное измерение, которое, как мне теперь представляется, придаёт тексту Осипа Монгольштампа неожиданную и, возможно, не вполне осознанную автором глубину. Я говорил о методологических слабостях, о прокрустовом ложе, о фиктивности «добровольности» и о логической несостоятельности «идейцев» как конструкции. Всё это остаётся в силе. Но есть иной угол зрения, при котором книга перестаёт быть просто неудачной футурологией и становится симптомом — точнее, художественным слепком того цивилизационного перелома, который разворачивается прямо сейчас, на наших глазах, и который в ближайшие десять-пятнадцать лет перейдёт из области теоретических дискуссий в область жёсткой политической и экзистенциальной реальности.

Суть этого перелома в следующем. Вся современная модель развития человечества — и либеральная экономика, и глобалистская политическая архитектура, и технологический оптимизм как доминирующая идеология — построена на предположении об экспоненциальном росте. Закон Мура, удвоение вычислительных мощностей каждые два года, кривая Карлсона в геномике, экспоненциальное нарастание объёмов данных, рост солнечных мощностей — все эти кривые создавали ощущение, что завтра будет не просто лучше, а радикально, качественно лучше, чем сегодня, и что этот процесс не имеет естественного предела. Капитализм расширения, захват новых рынков, бесконечное наращивание потребления — всё это имеет смысл только при условии, что экспонента не останавливается. Но она останавливается. Физика неумолима: транзистор упирается в квантовое туннелирование на рубеже одного нанометра, стоимость секвенирования ДНК достигает пола базовой биохимии, энергетические мощности для дата-центров упираются в пределы генерации, а солнечная энергетика — в пропускную способность сетей и дефицит земель. Через десять-пятнадцать лет практически все экспоненциальные кривые, на которых держится современная цивилизация, выйдут на плато. И это не катастрофа, не апокалипсис — это просто конец одной модели существования и неизбежное начало другой.

Вопрос, который возникает в этой точке, прост и страшен одновременно: каким будет общество, лишённое допинга бесконечного роста? И вот здесь книга Монгольштампа, при всех её методологических изъянах, оказывается удивительно точным отражением одного из двух возможных ответов на этот вопрос. Его «Терра Удобия», его «люди-машины», его поэлементное замещение биологического носителя сознания — это не просто фантазия на тему далёкого будущего. Это логический предел той парадигмы, которая уже сегодня доминирует в наиболее технологически развитых обществах: парадигмы, где высшей ценностью объявляется комфорт, где страдание рассматривается как технический сбой, где человеческая природа есть не данность, а материал для оптимизации, а свобода сводится к выбору между запрограммированными алгоритмом вариантами. Когда экспоненциальный рост остановится, эта парадигма не исчезнет — она попытается компенсировать отсутствие внешнего расширения тотальным внутренним контролем. Цифровые валюты с программируемым поведением, социальный рейтинг, предиктивная аналитика, нейроинтерфейсы, фармакологическое управление эмоциями — всё это не фантастика на десять веков вперёд, а инфраструктура, которая проектируется и внедряется уже сейчас, в 2020-х годах. Монгольштамп описывает финальную стадию этого процесса, и в этом смысле его текст — не прогноз, а экстраполяция уже существующего тренда до его логического предела.

Но есть и вторая парадигма, и вот с ней у автора возникают непреодолимые трудности, которые моя рецензия зафиксировала, но, как я теперь понимаю, не вполне раскрыла. Традиционное общество — с его опорой на семью как естественную ячейку выживания и воспитания, на веру как источник смыслов, не сводимых к комфорту, на землю и труд как основу хозяйствования, на преемственность поколений как главный механизм передачи культуры — это общество принципиально не нуждается в экспоненциальном росте для воспроизводства себя. Крепкая многопоколенная семья, локальная община, ремесло, земледелие, духовная жизнь — всё это существует тысячелетиями и не зависит от того, удваивается ли число транзисторов каждые два года. Более того, именно традиционное общество обладает тем, чего лишена «Терра Удобия» Монгольштампа: способностью к воспроизводству. Не к воспроизводству машинных копий, а к воспроизводству живых людей, которые приходят в мир, вырастают, создают семьи, рождают детей и передают им не алгоритм поведения, а живой опыт, веру и культуру. В условиях плато, когда ресурсы конечны и рост остановлен, именно эта модель оказывается наиболее устойчивой, а не та, которая требует бесконечного притока энергии для поддержания стерильного комфорта.

И вот здесь фигура «идейцев» приобретает совершенно иное, далеко не ироническое звучание. Монгольштамп описывает их как экспонаты зоопарка, как милых дикарей, живущих в призрачном мире племенных мифов на потеху машинам-кураторам. Но если снять с этого описания авторскую иронию и посмотреть на него трезво, перед нами возникает картина, которая уже сегодня реализуется в отношении традиционных обществ со стороны глобалистской системы: маргинализация, превращение в этнографический заповедник, лишение реального голоса при сохранении видимости «добровольного выбора». «Идейцы» в книге — это метафора того, как либерально-глобалистская парадигма планирует обойтись с теми, кто отказывается от цифровой трансформации: не уничтожить, но изолировать, не запретить, но сделать невидимыми, не подавить, но превратить в декорацию для чужого эстетического удовольствия. И это не фантазия на десять веков — это то, что происходит уже сейчас, когда традиционные ценности объявляются «пережитком», когда многодетная семья воспринимается как курьёз, когда религиозная община рассматривается как архаика, несовместимая с прогрессом.

Но парадокс, который автор не видит или не хочет видеть, заключается в том, что когда плато наступит и стерильная машина «Терра Удобия» столкнётся с реальными ограничениями — энергетическими, ресурсными, демографическими, — именно «идейцы», то есть живые люди, сохранившие связь с землёй, семьёй и верой, окажутся теми, кто способен продолжать жизнь. Машина не рождает детей. Алгоритм не передаёт внукам живой опыт преодоления. Цифровой симулякр не способен на жертвенность. А традиционная семья — способна. И в этом смысле книга Монгольштампа, задуманная как апология машинизма, невольно становится документом, фиксирующим глубинную уязвимость той самой парадигмы, которую автор воспевает.

Я не знаю, осознаёт ли автор, что его текст читается не как утопия, а как предупреждение. Что его «феерический оптимизм» при ближайшем рассмотрении оборачивается картиной тотального одиночества, где бессмертное сознание заперто в стерильном комфорте и лишено того единственного, что делает жизнь осмысленной: живого отношения к другому человеку, к земле, к Творцу, к собственной смертности как условию подлинной свободы. Но я знаю, что через десять-пятнадцать лет, когда экспоненты остановятся и человечество окажется перед необходимостью выбирать между этими двумя путями, книга Монгольштампа будет читаться не как футурологический прогноз, а как манифест одной из сторон в главном цивилизационном конфликте нашего времени. И вопрос, который она ставит, пусть и невольно, звучит так: готово ли человечество обменять свою живую, смертную, страдающую, но подлинную природу на бессмертный, комфортный, но пустой симулякр?

Мой ответ, как и ответ всякого, кто стоит на почве традиционных ценностей, однозначен: нет. Не потому, что технологии плохи, а потому, что человек — не механизм для оптимизации, а живая душа, и смысл его существования не в бесконечном потреблении и не в избавлении от страдания, а в любви, в служении, в передаче жизни и веры следующему поколению. И когда экспонента остановится, именно это останется. Не «Терра Удобия», а живая земля. Не человек-машина, а человек в семье, среди своих, на своей земле, перед лицом Бога.

По моему скромному мнению, лучшая отдача в плане читателей и дискуссий на тему Вашего произведения — это иметь в друзьях профессора или преподавателя филологического факультета. Он мог бы назначить ваш текст как часть учебного материала и вы могли бы получить массу интересных отзывов 

У меня из таких лишь вторая жена отца, военный журналист, филолог по образованию. С удовольствием порекомендую Ваш текст. 

Творческих успехов!

Это правда)

Надо сетке давать чёткие референсы чтобы она не галлюцинировала

Значит у нее много преданных читателей !

Тогда понятно и обоснованно!

Это делают для бабок, известность таким не сыскать, разве что негативную 

Это где такой памятник??

Про количественные методы:

В основе подхода лежит комбинация двух технологий, которые работают на разных уровнях.

Первый уровень — это параметризация текста. Любое произведение можно разложить на множество измеримых признаков: количество диалогов, длина предложений,количество ошибок на объём, насыщенность метафорами, частота употребления тех или иных слов, плотность событий,логическая непротиворечивость, развешенные/выстрелившие ружья, наличие определенных сюжетных конструкций. Набор таких параметров может быть сколь угодно широким — от сотни до нескольких тысяч — в зависимости от того, что именно представляет интерес. Каждой книге ставится в соответствие вектор в многомерном пространстве, где каждая ось — это один количественный признак. По сути, это облако тегов с весами, позволяющее проводить строгую численную аналитику.

Второй уровень — это вектор смысла (embedding). В отличие от ручного набора признаков, здесь нейросеть сама сжимает текст в плотное числовое представление, улавливая глубинные семантические связи. Книги с близкими смыслами оказываются рядом в этом пространстве, даже если в них нет общих ключевых слов. Вектор смысла отвечает на вопрос «о чем текст», тогда как параметризация отвечает на вопрос «как текст устроен».

Эти два подхода не исключают, а дополняют друг друга. Сначала можно пропустить корпус книг через модель, получающую векторы смысла, и увидеть естественные кластеры — жанровые группы, тематические скопления, стилистические направления. Затем внутри этих групп применяется параметрический фильтр, чтобы отсеять технически неинтересные экземпляры или, наоборот, выделить те, что обладают редкими структурными свойствами. Дополнительно можно привлекать большие языковые модели для анализа выборочных фрагментов (например, начала и конца), чтобы получить оценки эмоционального тона, напряженности сюжета или открытости финала.

Результатом становится многомерная карта всего книжного массива, где каждая точка — это произведение с полным набором числовых характеристик. На такой карте можно строить любые запросы: найти книги, похожие на эталонную, обнаружить пограничные зоны между жанрами, выявить аномалии — тексты, которые выбиваются из своих кластеров по структуре.

Как с помощью этой технологии выбирать интересные книги для конкретного человека

Главная особенность заключается в том, что универсального рейтинга «интересности» не существует. Вкусы индивидуальны, и технология требует настройки под конкретного читателя. Для этого можно построить вероятностную матрицу соответствия: параметризовать не только книги, но и предпочтения человека через обратную связь — какие книги он уже оценил положительно, какие отверг. Затем задача сводится к поиску ближайших соседей в совместном пространстве «книга — читатель». Чем лучше совпадают векторы книги и профиля вкуса, тем выше вероятность, что она будет воспринята как интересная. Таким образом, технология не дает готового ответа «это хорошая книга», а показывает вероятностное совпадение структуры текста со структурой предпочтений. Без этой синхронизации — облако тегов должно быть согласовано с личными критериями — результаты остаются обезличенными и статистическими.

Дополнительные возможности, которые открывает такая параметризация

Помимо рекомендаций, можно решать и другие задачи. Одна из них — выявление вторичности. Если задать в качестве эталона книгу, которая задала канон в некотором жанре, то расстояние в пространстве смыслового вектора от этой точки будет показывать, насколько сильно произведение уклоняется от первоисточника. Те тексты, которые оказываются в непосредственной близости к эталону, с высокой вероятностью являются глубоко вторичными, повторяющими установленные шаблоны. Те, что удаляются — несут новые смыслы или ломают структуру жанра. Таким образом, можно не только искать «жемчужины» по субъективному вкусу, но и отслеживать эволюцию идей, выявлять эпигонов, находить оригинальные произведения на границах кластеров, а также анализировать временные тренды — как меняются параметры текстов год от года. В конечном счете, такой подход превращает нечитаемый океан книг в структурированное пространство, где возможны любые количественные исследования — от поиска редких стилистических приемов до построения карты всей современной литературы.

Оч крутой дядька! Спасибо за стрим, подписался на Евгения!

Это прям куда то в сторону Фаренгейта 451 запашок

Офигенно! вот и озвучка побеждена бездушной машиной)

Бесспорно! 

Но опять же это свойства ЛЮБОЙ рекламы. Любая реклама ВСЕГДА задвигает мне какую то дичь, мне не надо чесалку для левой пятки, но эти супермаркетологи ведь продают всю эту чушь! Почему, а потому что технологии. Ну и прежде технологий маркетинга, когда вам будут с удовольствием натягивать из маркетинговую сову на ваш несчастный глобус сначала надо привлечь внимание. Вот эту наиглавнейший аспект любых продаж, ту самую инициирующую воронку продаж и создают известные люди, которые не прочь монетизировать свою известность 

Поймите, здесь нет морали ни в одном углу. Здесь каждый получает свой гешефт. Я даже не могу назвать пострадавшими от такой компании читателей которым суют в лицо такую рекламу, поскольку сейчас время такое и кроме этой рекламы в за один только день при неспешном броузинге получите еще сотню других. Век такой. 

Я если вам интересно категорически против ЛЮБОЙ рекламы, а находить покупателей я всегда предлагал в точках агрегации. Хочешь почитать идешь на ЕДИНЫЙ портал с ОФИГЕННОЙ системой рекомендаций и фильтров/сортировки по любым параметрам и находишь ТО ЧТО ТЕБЕ НАДО. Но нет, у нас все иначе, болот как и куликов до фига и каждый орет что у него лучше. Это стресс и лишняя трата энергии как по мне. Да и побеждает в конце концов не лучший а более громкий (читай с лучшим маркетингом)

Плохо ли хорошо, но такова жизнь. И аминь с ней с такой разэдакой)

Понимаю ваши чувства, но есть объективные вещи 

1. Кушать хочется всегда

2. Деньги не пахнут 

3. Даже естли вам не нравится, то кому то другому 100% понравится, для таких и реклама 

4. Монетизировать можно не только таланат, но и известность/популярность. Качества разные, суть одна

5. Свобода выбора все равно за читателем. Как говорится, не любо не слушай, а врать не мешай 

Тогда и катализаторы сплошная магия)

Не точно в 26, примерно. Я имел в виду Иисуса с апостолами

2000 лет назад, групповое фото пожалуйста)

Согласен

Оч круто! Спасибо большое!!

Этот тезис — «без признания любое творчество чахнет» — вызывает у меня двойственное чувство, и я бы хотел рассмотреть его с двух сторон, поскольку истина, как мне кажется, лежит ровно посередине.

С одной стороны, я абсолютно согласен: интерактив и обратная связь критически важны для развития. Творчество, по сути, есть акт переосмысления внутреннего опыта и его проекция во внешнюю реальность. Когда мы создаем нечто, мы неизбежно ждем отклика, и этот отклик становится тем самым зеркалом, которое позволяет нам увидеть собственные слепые зоны. Без реакции извне мы рискуем замкнуться в собственных иллюзиях. Здесь уместна древняя притча о мудрецах и слоне: ощупывая гиганта поодиночке, каждый получает лишь фрагмент истины, но, обмениваясь впечатлениями, мы складываем мозаику в более цельную и непротиворечивую картину. Поэтому для меня ценна не столько похвала, сколько живая рефлексия читателя — его честный взгляд, который помогает мне отшлифовать замысел.

Однако с другой стороны, я не могу принять этот тезис как абсолютный, и здесь для меня есть непреложный аргумент — судьба Винсента Ван Гога. Этот художник ушел из жизни в нищете и безвестности, расплачиваясь своими полотнами за кров и еду, и при жизни они были никому не нужны. Однако именно его работы сегодня считаются вершиной мирового искусства. Этот пример показывает, что подлинное творчество — это не акт коммуникации, а акт существования. Оно рвется изнутри прежде, чем мы успеваем подумать о том, оценят ли его другие. Самовыражение здесь является первичной и доминирующей силой, а признание — лишь вторичным, пусть и приятным, бонусом.

В моем личном представлении иерархия выглядит именно так: сначала идет внутренняя необходимость высказаться, а уже затем — диалог с миром, который может помочь мне переосмыслить собственный опыт и создать новую итерацию. Однако сводить творчество исключительно к погоне за одобрением — значит лишать его самой сути. Творчество первично, и именно оно остается в вечности, даже если современники не спешат рукоплескать.

Всегда поддерживал и буду поддерживать самобытность авторов и полноценную манифистацию собственной уникальности

Коммерциализация таланта вещь конечно интересная, но я выступаю за чистое творчество, без оглядки на её коммерческую успешность

Дело в том что только в таком режиме можно создать что то по истине новое, то что каким то образом останется на ткани реальности, как новое направление или просто самобытный снимок мгновения. В общем я поддерживаю такое творчество. Не всегда могу его по достоинству оценить, но понимаю насколько оно ценно для разнообразия мира

Я бы хотел ответить на главный тезис: что использование ИИ для написания книг принципиально отличается от применения станков или автоматизации в производстве. Вы утверждаете, что в случае с литературой мы имеем дело с делегированием машине творческой составляющей, что, по вашему мнению, неприемлемо, опасно и ведет к обесцениванию книг.

Я предлагаю взглянуть иначе. Само понятие «творчество» в этом контексте излишне романтизировано. Если разложить его на смысловые «атомы», становится видно: на определенном уровне ИИ вполне способен воспроизводить этот процесс. Да, текущие технологии не позволяют нейросетям создавать тексты уровня великих классиков, но в своей нише они уже достигают результатов, сопоставимых с человеческими.

Ключевой момент: современный ИИ — это не творец, а мощнейшая комбинаторная система. Нейросеть, работающая как вероятностная модель, анализирует миллиарды параметров и комбинирует их так, чтобы оптимально соответствовать ожиданиям запроса. Это чистая математика, предсказывающая следующий символ. Здесь нет творчества в истинном смысле — как акта создания принципиально нового «из ничего».

ИИ не порождает новое, он лишь перекомбинирует мелкие смысловые единицы, создавая иллюзию новизны. Это имитация, а не творчество. Поэтому говорить, что нейросеть «творит» — изначально неверно.

На этом уровне — уровне комбинаторики, а не вдохновения — мы соревнуемся с машиной лишь в искусстве перестановки смыслов. И здесь ИИ выступает абсолютно легитимным инструментом. Ровно тем же, чем когда-то стали станки с ЧПУ: раньше мастер вручную вырезал зубцы, теперь это делает автоматика. Технологический слой цивилизации просто расширился, добавив «станки», которые умеют компоновать буквы и контексты. Но подлинное творчество, как и прежде, остается за пределами их возможностей.

Если бы я решал я бы сказал что это текст классического скорпиона)) даже просто по рецензии от гпт видно насколько они наполнен всеми скорпинячьми фетишами: кровь/интрига/секс/манипуляции. Но слава Богу что решал не я и никогда такого не скажу))

Но однажды я читал книжку (действительно написанную очень хорошим языком и наполненную тайнами) которую обозвал "слишком калорийной" 

Вот представьте себе, что чтение книг подобно еде: мы едим для того, чтобы почувствовать насыщение и конечно мы ищем что нибудь повкуснее, но иногда обед превращается в нечто неприемлемое, потому что еды слишком много она слишком вкусная и всего слишком. И тут такое ощущение что это вопрос о балансе. 

Получается, что слишком хорошо, тоже нехорошо. Как будто надо делать скидку на возможности читателя. Не все способны употребить столько и такой "калорийности"

И смех и грех как говорится, но такова современная реальность))

Крупным планом (первая фотка более передаёт утонченные линии эльфов)

На дальнем плане лучше выглядит вторая фотка там платье как будто более в стиле эльфов 

Очень взрослое понимание вопроса как по мне. Если снять розовые очки и перестать страдать от того,  что мир несправедлив, то остаётся именно это: талант. Тебя купят даже среди пиратов и нейросетей если ты крут. И да, если ты будешь биться с ветряными мельницами пиратов, то только умрешь уставшим. Такой у меня взгляд на реальность. Мир это не розовые пони, с их необычным способом дефекации, тут таки надо чего то представлять из себя... Ну или иди на завод, тоже не плохо, нечего тут стесняться 

В индийской культуре/истории каждый "уровень власти" напрямую персонифицирован в соответсвующей касте, или более точно: варне

Уровень денег и власть денег проявляют вайшьи. Торговцы и вообще люди без чести и морали. 

Власть Булата персонифицирована в правителях - кшатрии это варна воинов и из них получаются  раджи - цари/князья по нашему. Им уже честь понятна и они ограничены честью как внутренним выбором. 

И да, кшатри смело нагибает вайшью сколько бы денег у него не было. У него уже право судить. Это светская власть и право на насиилие. 

А на вершине стоит Брахман - тот самый дядька который приносит "завет" и вообще если что советуется с заветодателем. Он еще более ограничен всякими духовными ограничениями. Поэтому какой бы крутой раджа не был он всегда с уважением слушает чего ему Брахман скажет..

Такие дела..

P.S. забавно что чем ниже челоевек по леснице власти чем он более "свободен" от разных ограничений. От чести, совести и морали с заветом например. Поэтому он судится не заветом а судом кшатрия, так как слов не понимает и его надо тока палкой добру обучать

Ну а кшатрию суд мирской (законы которые он сам назначает ) нипочем. Его судит лишь Брахман с его заветом

Именно так. Сакрализация власти это тот самый невидимый гвоздик который делает из диктатора царя батюшку

Кстати это понимаем не только мы, но и любая молодая власть пытается натянуть на свои полномочия сакральную обертку потому как тогда становится можно, ибо "мандат неба"

Сакрализация через религию это классика, неувядающая классика, но не единственный способ сакрализовать власть. Шире сакрализация может использовать любую идею, достаточно сильную чтобы захватить умы граждан. Для советской модели этоткоммунистическая идея как способ построить справедливое общество (читай рай на земле) для западного варианта либерализм с тем же посылом, но со своим понятием о "рае"

Например КНДР с ее чучхе вполне себе сакрализует фигуру Кима, пусть через Ким Ир Сена, как продолжателя дела героя. Вроде бы и без религии, но работает же

Это все ради справедливости))

Началось же с протестов и гундежа, вот один из вариантов выяснить правду. Кто платить будет? Ну мало ли кто, отчисления с порталов, которые хотят иметь право выдавать плашки про настоящих писателей. Тестируемый тоже платит за то чтобы его проверили, да и народу там не много. Два человека, которые работают через день, камера которая снимает весь процесс тестирования чтобы не пользовался интернетом, телефоном и сеткой, и техничка, которая пол потом помоет

По моему это гениально

Есть же очень простой способ проверить. Я сейчас моделирую способ выхода из этой ситуации. К примеру, человека определяют, как нейрослопера. Он протестует и говорит, что все это вранье и провокация. Для того чтобы подтвердить что его произведение написано без использования искусственного интеллекта просто проводится экспертиза. Человек приходит в некую экспертную организацию, где пишет сочинение или рассказ на заданную тему, после чего этот рассказ анализирует с помощью нейро детекктора, если соотношение участия человека и нейросети в нем будет такое же, как его предыдущих произведениях, значит, это действительно человеческая работа и можно выдать ему плашку "оригинальный человеческий писатель"

Получается пока не появится валидная проверка например, какой то проверенный инструмент от портала будут кричать что ваши доказательства не доказательства..

А портал такого не сделает, из-за потери дохода.. Понятно.

Спасибо за информацию, это решило все вопросы

У меня два вопроса осталось 

1. Откуда у вас такая глубокая статистика? Я сомневаюсь, что можно как то руками (через интерфейс портала посчитать 10к писателей и и тп) или у сайта есть какое то API? Как вы собираете статистику?!

2. Уже не первый раз замечаю, что когда пишут об авторах (не только вы), что используют нейросети, часто не указывают фамилию, либо замазывают или блюрят их. Это какой то закон? Нельзя называть автора? Какое это наказание за это?

Вот спасибо!

Шиноби и у меня на вершине рейтинга, а вот про уленгова не знал, спасибо за наводку!

Знаешь я за что топлю?.. Вот прям задумался чтобы тебе ответить.. Вот честно, выбирая из раздолбая двоешника и хорошей сеткой я скорее будут топить за сетку. Потому что раздолбай мне ни на вопросы не ответит, ни программу не напишет, ни даже кошка жену не нарисует..

А если выбирать по демографическим критериям, то раздолбай двоешник кроет сетку как бык черепаху. Поэтому получается что я за лучшее в заданных рамках. Где то сетка объективна хороша, а где то бесит своей тупостью когда забывает контекст.. Но если двоешник крепко выпьет, от него тоже толку мало будет...

Так что как будто ответ такой: каждый (человек, ии) хорош, будучи употреблен на своем месте 

Как же. В жизни железяка не такая умная) это я ей мордочку накрасил

У меня полтинник через 2 месяца) так что... Будем!

Кто позвал Wednesday на пляж?)

На мой взгляд это хороший инструмент под свои задачи. Сущностно это _абсолютно_ такой же как и мозг процесс архивации смыслов в нейросеть (функция оптимизации весов в нейронах) поэтому для взаимодействия с архивом реальности, который хранится в нашем мозге (в LLM) вполне можно использовать нейросеть, так как ее сила жто комбинаторика этих смыслов. В этом она сильна, в этом она всегда будет лучше человека. А вот в чем она будет слабее (надеюсь что всегда) это в том, чтобы жить жизнь. Этого она пока не умеет 

Когда мы (люди) живем, мы постоянно дообучаем свою нейросеть в голове. Таким образом мы получаем "новые" данные, что даёт нам возможность "изобретать" новое. Творить. Творить без загруженных данных не умеет ни человек, ни LLM. Поэтому тут как раз бутылочное горлышко, которое отличает человека от LLM это дообучение. Человек способен сам дообучаться, а нейросеть нет. Я могу зимой выйти на улицу, подскользнуться и использовать этот опыт для многих полезных вещей которые можно придумать , а нейросеть так не умеет. Если ей не загрузить текстов про гололед она ничего не сможет "скомбинировать" на эту тему. Данных нет.

Поэтому, да, отвечая на твой вопрос, место у нейросетей есть. Причем как минимум место Джарвиса как личного ассистента для каждого человека. Да что тут говорить, возьми любую фантастику про будущее, личная нейросеть, которую обычно всовывают сразу в башку это вещь обязательная. И понятно почему