-15
59 243
250
22 107

Заходил

Написал комментарий к посту Моё любимое начало

Я вижу боевку или как она там называется, по другому:

Камни в лицо.

Крошево из кирпича, штукатурки.

По лицу что-то стекает, я пытаюсь вытереть глаза, но это что-то постоянно их заливает. Пот, кровь, грязь. Все вперемешку. И не высунешься. Я лежу за грудой хлама у рухнувшей стены. Из нее торчат прутья, как руки богомольца. Черные руки на сером фоне. А сверху, с противоположной стороны улицы меня поливают. Основательно так поливают, как из душа. И ведь, не сообразишь ничего. Только хлопки, резкие удары. 

Ууууфффф. 

Что-то вздыхает и сверху сыплется земля. Я почти оглох и просто не понимаю. Страха практически нет. Да и какой страх на десятый день? Тупое безразличие. Чувствуешь себя выброшенным чайным пакетиком. Грязный, мокрый и пахнешь соответственно. В общем, от окружающего мусора отличаешься только душой, забившейся поглубже.

А что я больше всего хочу сейчас? Что? Пива хочется холодного, ну. Или воды. Той, что мотолыга возит. С душком резиновым от цистерны. Только много. Так, чтобы захлебываясь. Давясь. Не в то горло. Только воды. Опять что-то вздыхает. Как в немом кино - звуки поролоновые. Камни в лицо, но боли я не чувствую. Чувствую, что что-то стекает, смешиваясь с потом и грязью. Еще чувствую, почти на грани слышимости. Мат. Пинки. Кто-то меня тащит за ворот бушлата. Вадим тащит и улыбается. Я ему тоже улыбаюсь, блаженной такой улыбкой. Черным ртом на черном лице.

 -Ах..та..мат про.бал с.ой, н..ьзя?

 -Что!? Нет! –ору я и подтягиваю автомат к себе за ремень. Вадим суетливо машет рукой и бьет, бьет длинными шершавыми стрелами в оконным проем. ПКМ подпрыгивает при каждом выстреле и до меня доносится его удары. Как будто палкой по столешнице. Часто-часто.

-Уе..ваем! А.ик!

-УЕБЫ…М! –мы скачем как зайцы , через улицу, по разбитому асфальту, по битому кирпичу, в брешь, в чью-то выгоревшую квартиру. Материмся, орем. Вваливаемся в комнату, прижимаемся к стенам. Уууууфффф!!! Что-то вздыхает.

Вадим скалится и что-то кричит. Но я его не слышу.

-Что?!

-. егод.я вос..ес.нье!

-Ну!?

-.аранки гну! Выходной!- и смеется во все горло счастливый от того, что сегодня воскресенье и мы еще живы. Смеется, вытирая сочащуюся из носа юшку грязной рукой с траурными ногтями, под которые въелся пороховой нагар.

Я улыбаюсь, упираясь затылком в щербатую стену. Напротив, на сломанном покосившемся столе стоит чудом сохранившаяся в этом аду фарфоровая чашка с синей балериной. Хрупкая вещица из прошлой жизни. Я смотрю на нее сквозь грязь и пот, а потом прикрываю глаза. Синяя балерина на белом фоне в сухом остатке. Все.

Написал комментарий к посту Фундаментальная ошибка, свойственная литературным снобам

Можно сразу провести границы нашего дискусса, мм? Батенька -не отец, а всего лишь вежливое обращение к собеседнику, которого считаешь немного выше по опыту и знаниям. По поводу дрочить и прочего обсценного я не против, т.к. всю жизнь на производстве, но мы же на литературном сайте, не? теперь к предмету. Я не утверждаю, что классика -аксиома, язык и отношение читателей меняется. Лингва мутантур, хомо мутантур. Но есть одно но. И оно состоит в подмене понятий. Изменение не суть отказ, ведь верно, ведь правильно? То, что я вижу на АТ - это бескомпромиссный отказ от базиса. Изобретение своего, беспомощного воляпука и пережеванных тыщу раз идей. Из творца автор превратился в ремесленника и шута, развлекающего аудиторию бессмысленными записями. Ремесленника бегающего высунув язык по интернету в целях рекламы своих, в какой то мере (опять же не в полной) бездарных творений. Опровергните, если я неправ.  

Наверх Вниз