Поселение, в котором рос мальчик по имени Орф, не имело даже названия. Сорок грубых, просмоленных домов, вцепившихся в узкую полоску земли между рекой и степью, были домом для тех, кого большой мир предпочел бы не замечать: для беглых рабов, крепостных, выкупившихся из долговой ямы, и их детей. Жизнь была тяжела — от зари до зари мужчины забрасывали сети в вечно холодную воду, а женщины возделывали каменистые клочки земли, дававшие скудный урожай. Орфу, прожившему тринадцать сезонов, казалось, что так будет всегда: река, дом, тихий смех сестры и тепло материнских рук. Он еще не знал, что мир гораздо больше, чем их маленькое поселение, и что свобода, которую его предки вырвали с таким трудом, — вещь хрупкая. Все изменилось в тот день, когда отец впервые решил взять его с собой в Млозь. . Для мальчика это было величайшим приключением, возможностью увидеть каменные дома и настоящих стражников.
Он еще не знал, что этот день станет последним днем его детства.