Мила Лав

Он — мажор с лицом ангела и репутацией главного подонка универа.

Она — новенькая с загадочным прошлым, о котором хочет забыть.

Лука привык к легким победам. Настя становится первой, кто не собирается падать к его ногам.

Он хочет ее сломать. Она — держаться от него как можно дальше.

Они пока не знают, что такое настоящая любовь, но чувство, которое стремительно поглощает их без остатка, все меньше походит на ненависть.

А начинается оно с одной-единственной фразы, брошенной другом Луки:

— Ты просто обязан ее испортить.

— Что это было? — я очень старалась, чтобы голос не дрожал.

— Я хотел поцеловать тебя.

Его слова были пощечиной.

— Так нельзя.

— Почему? — спокойно спросил Марк.

Я всплеснула руками:

— Даже не знаю, с какой причины начать, Марк! У нас двадцать лет разницы…

— Двадцать один, — издевательски поправил он.

— У меня трое детей…

— Лука уже не считается, — невозмутимо произнес он. — Он взрослый.

— Это с какой стати он не считается? — прошипела я. — Он считается в первую очередь, потому что он старше тебя. Мой сын старше тебя, ты это понимаешь? Но самая главная причина, Марк, даже не в этом. А в том, что я — замужем.

Я дожила до сорока лет и думала, что меня уже ничем не удивить.

Но когда у меня начался роман с мужчиной вдвое моложе меня — сыном лучшей подруги, — я поняла, что никогда ничего подобного не испытывала.

Запретное чувство заставило меня послать к черту правила, приличия и привычку жить так, как «принято».

Но что мне делать с тем фактом, что я все еще замужем?..

В сказках у отцов всегда по три сына. И чем дальше, тем хуже у них выходят дети. Ну, вы помните: «…старший умный был детина, средний сын — и так и сяк, младший вовсе был дурак».

А у меня с мужьями все получилось в точности наоборот.

Каждый следующий оказывался намного лучше предыдущего.

Первый — сволочь и манипулятор.

Второй — добрый, надежный, готовый принять женщину с двумя детьми, но, как выяснилось, с замашками домостроевца.

Третий — идеальный, честное слово, до такой степени, что мы до сих пор вместе. Правда, нелюбимый и женившийся на мне, чтобы я родила ему наследника.

Три мои брака — это целая энциклопедия жизни. Я почти уверена, что знаю всё о мужчинах, разводах и человеческих пороках.

И когда меня спрашивают, как мне удается видеть людей насквозь, я с улыбкой отвечаю:

Девочки, ну я же не первый раз замужем!

— Ты не должна была узнать… вот так, — сказала Ирка.

— А как? Как я должна была узнать? — закричала я. — Вы собирались прислать мне уведомление на Госуслугах?!

Я поймала мужа со своей лучшей подругой.

Вычеркнула обоих из своей жизни. Осталась наедине с болью и обидой.

Могла ли я подумать, что найду утешение и истинное счастье в объятиях ее двадцатилетнего сына?

Ребенок на стороне — история не новая.

Я тоже сначала подумала, что наш с мужем развод будет таким же, как у сотен других семей.

Но муженек мой оказался полон сюрпризов.

Из его многолетнего вранья получилась бы во-о-от такая куча, и вторая семья — это лишь ее верхушка. Но когда я копнула глубже…

Мы любили друг друга той самой первой страстной и безусловной любовью, какая бывает лишь раз в жизни.

С тех самых пор, когда еще не понимаешь, как называется это чувство, но уже поглощен им без остатка.

Навсегда. Бесповоротно.

Много преград возвела между нами жизнь: вражда семей, мое темное прошлое, мой порочный двоюродный брат, который положил на нее глаз. И, наконец, тяжкое преступление, которое я совершил.

Но ничто из этого меня не остановит. Я принадлежу ей.

А она — станет моей.