Заходилa
Я — та самая ведьма, про которую судачат в деревне, хотя имени моего никто уже и не помнит. Оно и к лучшему: имена привязывают, а мне нравится быть шорохом, загадкой, строкой, написанной от руки на полях старой книги. Зелья из жаб не варю, младенцев не краду. Моё колдовство куда опаснее — я пишу книги. И ещё опаснее — я их читаю.
Поселилась я в этом лесу с тех самых пор, как время научилось убывать, а луна — прятаться за тучи. Полки здесь растут из стен, словно вековые корни, и в воздухе пахнет не пылью, а вечностью. Но тишина в моём доме — понятие весьма условное. Со мной живёт демон. Самый невыносимый, въедливый и до абсурда прожорливый демон, какого когда-либо изрыгала бездна.
Я зову его просто «чудовище с пельменной душой». Потому что пельмени он любит больше жизни. Больше самой бесконечности, из которой явился. За миску горячих, слепленных вручную, с уксусом и перцем, он готов продать всю инфернальную мудрость. И в этом сквозит великая философия: даже тьма первозданная жаждет простого человеческого уюта. Этот демон — не просто сосед, который безбожно храпит на подоконнике, свернувшись клубком из дыма и сарказма. Он — мой друг. И мой соавтор.
По ночам, когда я сажусь за стол и макаю перо в чернила, буквы начинают попискивать, проклёвываясь сквозь пергамент. А из теней является он. Не диктует — мыслит. Этот демон — настоящий философ бытия этого мира. Пока я плету сюжеты, он вгрызается в их суть, точно в горячий пельмень, и вытаскивает вопросы, от которых у людей потом идёт кругом голова. Почему мы любим? Зачем существует боль? Что держит звёзды на небе и отчего истина всегда немножко горчит? Он способен спорить о природе времени двадцать часов кряду, а затем потребовать добавки и мрачно изречь, что сметана — лучшая метафора милосердия.
Говорят, в полнолуние из чащи доносится тихий, монотонный писк. Местные думают, что я пытаю мышей, но нет — это рождаются наши совместные истории, прогрызая себе путь сквозь реальность. Я пишу, а демон комментирует каждое слово, заставляя меня помнить, что литература — не просто красивые фразы, а способ препарировать само бытие. И если мои книги потом находят тех, кому они нужны, это и его заслуга. Вслух я этого, разумеется, не скажу: самомнение у него размером с саму бездну, которая, впрочем, легко помещается в пушистого кота, когда требуется очередная миска угощения.
Люди иногда спрашивают — не скучно ли мне одной. Скучно? Со мной тысячи прочитанных и непрочитанных книг. Со мной ворчливый демон, который в самый неожиданный момент изрекает истины, переворачивающие сознание. С нами — целая вселенная, замешанная на пельменном паре и чернилах. Я не одинока, я населена мирами и лучшим другом, который напоминает, что даже исчадие хаоса может быть гурманом и мудрецом. И если однажды меня не станет (хотя ведьмы так просто не сдаются), я хочу переродиться в библиотеку. С одним условием: пусть в её подвале будет кухня, где демон сможет лепить пельмени и вести бесконечные разговоры о смысле всего сущего с каждым, кто забредёт на огонёк. Потому что читать — это любить. А любить книги, пельмени и невыносимых демонов-философов — это и есть самая светлая магия на земле.
