Ричард Хартман

Торн Дал’Ренн — опытный охотник на про́клятой границе. Его закон прост: выследить, убить, получить золото. Когда Серебряный Дракон стирает с лица земли целую заставу, анклав кричит о мести и сулит несметную награду.

Но Торн видит то, чего не видят другие. Дракон убивает с хирургической точностью, не трогая мирных жителей. Это вызывает множество вопросов в пытливом уме охотника. Отвергнув слепую погоню, Торн отправляется в гибельную глубь материка один. Чтобы выследить. Чтобы понять.

Он готов к битве с величайшим зверем. Но он не готов к правде, которая ждёт его среди камней и снов.

Неправедность, совершённая в тишине, обречена остаться беззвучной. Правота не имеет значения, когда на одной стороне — власть, а на другой — одинокий, «сломанный» человек.

Главный герой, Андрей Лесников, — офицер, познавший войну не по учебникам, а в руинах Мариуполя. Здесь стирается грань между «чистыми» схемами боя и гнетущей реальностью, где выживание становится личным адом. Встреча в подвале с украинским сержантом и ребёнком ставит перед ним невозможный выбор: следовать приказу или остаться человеком. Это история о тихой капитуляции души на войне, где правильных решений не существует.

История о детской вере, родительской любви и о том, что иногда самое большое чудо — это решение обычного человека подарить частичку себя тому, кого он никогда не видел.

Школьная любовь, которую не отменили ни годы, ни расстояния, ни чужие судьбы. Он заступился за неё у старой липы — и не смог отпустить через тридцать шесть лет. История о том, как одно детское «до завтра» становится главным обещанием в жизни.

Старые раны не заживают. Теряешь близкого, а воспринимаешь так, как будто потерял самого себя. И это невозможно вылечить, можно только с этим жить.

В сердце Парижа, во времена Великой французской революции, судьба сталкивает человека с непримиримыми силами боли, страха и морали. Пьер Брессон — бывший писец, ставший палачом — вынужден пройти по грани между законом и безумием, справедливостью и жестокостью, жизнью и смертью. В вихре неизбежных казней и неумолимой истории он пытается понять, что удерживает людей в очереди на смерть и почему даже в аду может возникнуть надежда.

Где заканчивается человек и начинает тьма? Как выжить, когда каждый новый день — игра на выживание с судьбой, а прошлое становится призраком, который не отпускает? Эта повесть — мрачный и глубокий взгляд на тень революции, на мучительный выбор и неизбежный внутренний кризис того, кто становится орудием перемен, и тех, кто попадает в паутину безысходности.

Ингрид видит один и тот же сон: незнакомый юноша в коляске должен погибнуть под колёсами машины. Когда голос в её голове приказывает спасти его, сон становится наваждением, а Берлин — ловушкой.

Компрессорная на краю заброшенной шахты. Ночная смена. Одиночество. И дверь в Галерею – длинный туннель в абсолютную тьму. Здесь механик Андрей нашел нечто, заставившее его забыть об инстинкте самосохранения.

Он умер, но не ушёл. Его фотография в сундуке, его легенда на устах матери, его тень в уголке отцовского глаза. Он — первый муж, идеал, призрак, который навсегда поселился в их доме и стал тихим тираном семьи. Дети выросли в войне между живым отцом и мёртвым героем, между реальной тоской и мифической любовью. Это история о том, как память может стать тюрьмой, а любовь — вечным проклятьем, которое не кончается даже за гранью жизни. Ошибка, оплаченная несколькими поколениями, и выбор, который, возможно, придётся делать снова — уже в вечности.