Александр Рудазов

Космодан.

Тем временем Космодан бился с Мардзекаданом. Демолорда поддерживали клинками три легиона, и его копье пронзало самую ткань реальности. Горящий пламенем от безмерной мощи, Архистратиг искал повторить удар Худайшидана, нанести такой удар, что уничтожит даже владыку Сальвана. Но Громовержец осыпал его молниями, хлестал чистой божественной волей – и демона корежило под этими импульсами.

Кобалия.

Кобалия отрыгнула вонючий комок и зашаталась... но она все-таки была богиней. А от Кхатаркаданна осталось уже слишком мало. Продолжая покусывать Пушистую Госпожу, нанося какие-то булавочные уколы, он однако ж отступал, бежал прочь.

Оба они покинули поле битвы – Кхатаркаданн удирал, Кобалия преследовала. Ее шерсть поднялась дыбом, во все стороны летели сверкучие разряды. Она носилась по Лимбо раскатами грома и ослепительными вспышками зарниц.

Грациозная богиня то душила рой насекомых тяжелыми свинцовыми тучами, то обращалась разгневанной, растрепанной женщиной. Жгла демолорда срывающимися с чела и платья разрядами молний и вновь обращалась гигантской кошмарной кошкой. Обрушивала свою ярость ударами когтей, источала всем телом пламень – и все меньше оставалось от Смрадного Господина.

Йокрид.

- Ее репутацию спасу я, потому что я твой начальник, так что я тут герой, - растянул губы до ушей Йокрид.

Он коснулся лба младенца, и его аура мгновенно изменилась.

- Дарую тебе тайное Ме, - сказал бог смеха. – Маску Скомороха. Оно скроет твою суть от всех, даже от тебя самого. Станет гримом шута, который лучше, чем собственное лицо.

Елегиаст. В двух стилях.

Титан Елегиаст шел вдоль каменных таблиц. Гигантских, уходящих к облакам зданий-книг. Двадцать тысяч лет, с самых первых дней Камня жители этого города высекали в камне все, что знали, записывали все, что видели и слышали. Записывали не буквами и не рунами, но рисунками, пиктограммами.

Гушим. Поскольку лично Великий Молот в книгах практически не появлялся, на арте его апостольское проявление.

И тогда понтифик грозно нахмурился. Он ударил посохом оземь и рявкнул:

- Именем Гушима! Именем Великого Молота!

Грандида.

И она набиралась храбрости еще почти сотню лет. Много еще земель посетила Грандида, много чудес повидала, много подвигов совершила. Силы ее возросли неимоверно. О дочери Дормадоса уже слагали легенды. Возвращаясь туда, где побывала пятьдесят или сто лет назад, она вдруг слышала песню в свою честь или видела на площади свой монумент.

Вместе с Сарегремозисом она разрушила плотину, которой перегородила реку шайка йотунов, лишив воды целую долину. Одолела ужасную драконицу Оркаэрель и сделала себе плащ из ее шкуры. Сразилась с черным чародеем кобринов, что повелевал армией мертвых. Встретилась с озверевшим титаном Эрметрадоном и низвергла его в Хиард.

В Германии была очень популярна книга Эриха Кестнера "Эмиль и сыщики". Хотя общего у этих Эмилей примерно ничего.

А итальянцы перевели название как "Mio piccolo mio", и игра слов получилась даже в чем-то интереснее ("Мой маленький Мой").

Гласитарида.

Пламя Мистлето бушевало, как никогда прежде. Центральный Огонь раскалился до безумия, он угрожал сжечь все живое... но его все плотнее окружало кольцом нестерпимого хлада. Гигантская снежная буря окутывала Мистлето, хлесталась с демолордом-феттиром – и мерцали в ней черты прекрасной богини.

- Это мо-о-о-ой огонь!!! – вырвалось плазменным штормом.

Гласитариду прорезало синей молнией. Никто в Паргороне не быстрей Ксаурра – и сегодня Смеющийся Кот не смеялся. В небесах распахнулась пасть, безо всякого рта сверкнули зубы – и Гласитарида развоплотилась, прежде чем те ее достигли.

Гильфаллерия.

Гильфаллерия все глубже проникала в его суть, воплощалась в каждой молекуле как мать всего, как владычица мироздания. Повсюду взрастали дикие леса, из каменистой почвы поднимались гигантские деревья – и плясали на них зеленоликие оры. Гильфаллерии противостояла Мазекресс, Матерь Демонов обращала свое воздействие против пришелицы, и пока борьба шла с переменным успехом... но видно было уже, что Гильфаллерия сильнее, что в долгом противостоянии она пересилит.

Вентуарий.

Сегодня богам пришлось драться попросту, врукопашную. Несметна их божественная сила, творить умеют планеты и одним взглядом отправлять в небытие... но против силы другая сила сыщется. Титанова сила внутри титана, титанова сила дает защиту необоримую – и даже у самого великого бога нет над титаном власти...

- Нет власти!!! – взревел Катимбер, хватая за ногу Вентуария.

Вената.

Лишь на волосок отстала от него Вената, богиня охоты. Валькирии-алайсиаги вылетали сотнями на стихийных конях – и кони на лету превращались в грозовые ветра, снежные вьюги, кипящие буруны!

Следующая заявка на арты тоже на большую серию. Боги Сальвана, священная севига. Пойдем по алфавиту, первый - Алемир.

И Джулдабедан убрал боевой шест. Алемир, с которым Учитель Гохерримов сошелся в единоборстве, тоже отвел алебарду. Бог правосудия выжидательно взглянул на старого демона.

Заявка. Рассказать про свой отпуск. Где мне больше всего нравится и куда бы хотел попасть.

Меня, к сожалению, не назвать бывалым путешественником. Я сравнительно редко куда-то выбирался, так что все свои поездки по России и за рубеж помню отчетливо. Кроме родной Самары и Саратова, в который переехал девять лет назад, из крупных городов я бывал во Владимире, Екатеринбурге, Казани, Калуге, Москве, Санкт-Петербурге, Сочи и городах Крыма. Это только те города, в которых я хотя бы раз переночевал, проездом, конечно, видел гораздо больше, но их вряд ли стоит упоминать.

Из стран же кроме России бывал только в Египте, ОАЭ, Турции, Украине и Швеции. Вот и все, список довольно короткий. У многих, конечно, и того нет, около двух третей россиян за границу вообще ни разу не выезжали (если верить статистике), но лично мне всегда хотелось попутешествовать побольше. Увы, как-то пока не складывается, да и финансы особо не позволяют.

Где из посещенных мест мне больше всего нравилось? В Египте, пожалуй, в Хургаде. Там отпуск вышел очень приятный, интересный, насыщенный (пусть я и привез оттуда гепатит А, откушав немытых фруктов). В Эмиратах тоже было очень неплохо, хотя я и офигел от того, какая там жарища (и это был декабрь!), так что не уверен, что хочу туда возвращаться. В Швеции понравилось, родной город Карлсона удивительно атмосферен. А вот Турция оставила скорее плохие впечатления (оба раза), хотя это могло быть скорее неудачными обстоятельствами.

Но вообще, пожалуй, лучший мой отпуск был в 2016 году. Я тогда в течение мая и лета совершил целых пять поездок по России, плавно перетекавших друг в друга. Так совпало, что меня пригласили в гости сразу в несколько мест, и я по очереди погостил в Крыму и Москве, Екатеринбурге и Санкт-Петербурге, а закончил в Саратове, где увиделся вживую и начал встречаться с девушкой, которая через два года стала моей женой. Это был чудесный период моей жизни, вспоминаю его с особенной теплотой.

А вот куда бы я хотел попасть из мест, где еще не бывал... Да много куда. Хотелось бы покататься по Европе, увидеть Италию и Францию, Германию и Чехию, Британию и Испанию. Меня всегда привлекала восточная Азия, очень хочу побывать в Китае и Японии, Корее и Таиланде. Австралию очень хочется посетить, США, Бразилию, да и вообще Южную Америку. Африканские страны посмотреть не отказался бы. Мечтаю однажды отправиться в длительный, может быть, даже кругосветный круиз - мне очень нравятся путешествия по воде. Да и в России я еще много чего интересного не видел - лелею надежду посмотреть Байкал и Камчатку, увидеть Карелию и Кавказ.

Если когда-нибудь у меня будет прямо дофига денег и времени, обязательно объезжу всю планету.

И последний арт в серии титанов - маленький Энзирис со своей мамой и бабушкой.

И по мере того, как годы шли, беспокойство Метерона только росло. Энзирис рос непоседливым шалуном, он быстро научился ходить, а потом и бегать. Почти сразу он подобрал палку и тут же сломал о ближайшее дерево.

Жена Метерона, Аллета Цветущая, тоже не была рада такому внуку. Еще сильней мужа она подозревала, что дочь сошлась с кем-то из озверелых. Она даже предлагала Мастире позаботиться о нежеланном ребенке, отнести туда же, куда изгоняют тех, кто утратил титанов разум.

Но Мастира лишь смеялась над беспокойством родителей. Энзирис нормально подрастал, ловил в ручьях рыбу, бегал и соревновался с другими титанятами.

Аргей Огненный и Диафна Травница.

Это не помогало. Титанов дух все равно прорывался. Тигра не заставишь есть картошку, титана не сумеешь сделать батраком. То и дело случалось, что какой-нибудь юноша с горящим сердцем находил жребий в бунте, в освобождении своего рода – и очередной колосс начинал крушить стены.

Таштарагису хорошо запомнился Аргей Огненный, что пытался растопить его льды. Запомнилась и Диафна Травница, напустившая на него оживший лес.

Титаны - Марух, Оксимор и Джаймход.

Марух стоял на возвышении, и смотрел, как изгоняют из Алмазного Рая Джаймхода. Некогда один из лучших воинов, из верных последователей Аэтернуса, он так и не сумел приспособиться к мирной жизни. Его уже прозвали Смрадным Титаном – изуродованный, с безумным взглядом, Джаймход источал такую вонь, что вокруг все гнило и разлагалось.

Его держал за плечи родной брат, Оксимор. Крепко стискивал, с болью смотрел на хрипло дышащего Джаймхода. Несколько веков они были неразлучны, сражались бок о бок – и Оксимор до последнего пытался вытащить Джаймхода из бездны.

Катимбер, Рузульвет, Агапет и Метерон.

Из всех, кто способен мыслить, титаны – самые независимые и самодостаточные. Им не нужна пища, не нужен воздух, не нужна внешняя энергия, не нужно дыхание истинных душ, что зовется ба-хионью.

И потому никто не смеет диктовать титану свою волю!

- Никто! – громогласно повторил Катимбер, сжимая кулак. – Не было так и не будет так!

Агапет сумрачно кивнул, Метерон гневно сжал кулаки, Рузульвет оперся на секиру. Огромную тяжелую секиру, выкованную внуком Катимбера, Макроденитом.

Катимбер и Макроденит.

Гул молота был слышен издали. Живущий в огромной пещере, Макроденит ковал сегодня статую. Огромную бронзовую птицу – она была еще не окончена, но уже шевелила крылами, щелкала клювом.

- Мир тебе, сын моей дочери, - произнес Катимбер, вступая под каменный свод. – Я пришел к тебе с просьбой.

- Тебе довольно назвать ее, - молвил Макроденит, не оборачиваясь. – Дай дело моим рукам, я скажу спасибо.

Титан Рузульвет.

И только титаны упорно не склоняли голов. Только они время от времени продолжали разрывать цепи. Ведомые Рузульветом Свободным, они снова собрались со всего мира и ударили по ледяной крепости Таштарагиса. Секира древнего титана крушила замки и ломала ворота, и сам Бычьеголовый бежал от него в страхе... но и это восстание в конце концов провалилось.

Заявка. Что вы будете делать, если текущая политическая повестка потребует отцензурировать книги?

Ох, непростой вопрос. Да, во все эпохи и во всех странах в той или иной степени существовала цензура, абсолютная вседозволенность мелькала только в некоторые краткие периоды, да и тогда совсем уж выходящее за рамки все-таки открыто не продавали. Но, конечно, когда политическая ситуация требует вносить изменения в уже написанное и изданное, тут все гораздо грустнее.

Пока что до этого не доходило. Та же "Альфа-книга" запрещала у себя только мат. Правда, мы не сходились во мнениях по поводу некоторых слов, которые они считали матерными, а я нет, но это было обсуждаемо. Да и это по большому счету некритично, я просто прибег к плашке [цензура], а дальше уже все и так всё понимали сами.

Уже потом цензура ударила по геям и вообще лгбт. Хорошо хоть потребовали не вымарывать или переписывать, а просто поставить на книги плашку 18+. Ну поставили, штош. Закон есть закон, даже если он мне не нравится.

Дальше под раздачу попали наркотики. Даже выдуманные, типа зелья бушуков. В книжных магазинах в какой-то момент творилось черти что, потому что хотя бы вскользь что-то такое упоминается в туевой хуче произведений, в том числе у классиков и даже кое-где в детской литературе. Стали массово лепить ярлыки-предупреждения - мол, будьте осторожны и внимательны, дамы и господа, в этой книженции Шерлок Холмс пускает запрещенное вещество по вене, не пропустите этот эпизод и не забудьте им возмутиться. Потом как-то схлынуло, потому что пришла апатия пополам с пониманием, что это дело упоминается слишком много где, так что мы все [цензура], навешивая эти предупреждения. Сейчас закон вроде как и действует, но странно как-то, через еще одно запрещенное место (жопа же запрещена?.. нет?.. если запрещена, то извините).

Но что будет дальше, сказать трудно. Надеюсь, как-то рассосется и устаканится. Но если нет, если и правда какие-то моменты и детали придется переделывать или вымарывать... ох. Сложный вопрос. Тяжелый и непростой. Лично мне вносить какие-то правки в книги не потому, что я сам того захотел, а по каким-то внешним причинам, всегда было как нож в бочину. Я мгновенно наливаюсь злобой, когда мне пытаются указывать, диктовать, приказывать, требовать или даже слишком настойчиво просить.

Проблема в том, что это какое-то частное лицо можно просто послать в [цензура]. И даже издательство можно, если совсем припечет, хотя тут лучше заранее подумать об альтернативном способе издаваться. Роскомнадзор не пошлешь. Закон есть закон. Так что если завтра выйдет закон, запрещающий упоминать в книгах оранжевый цвет, носорогов или букву "Т", я, наверное, [дальше все данные удалены].

Т.

Диагрон, Отец Титанов.

- Я Диагрон Метеронид, - густым басом произнес он. – А как твое имя, прекрасная дочерь Паргорона?

- Лахджа, - ответила демоница, жуя шашлык. – Просто Лахджа.

- Я рад нашему знакомству, Лахджа. Не желаешь ли родить мне ребенка?

- Интересное предложение... – ответила демоница, не переставая жевать. – Но знаешь, за такое шашлыка маловато будет.

- У меня еще и пиво есть.

- Ого. Титаны шутить умеют.

Диагрон хлопнул себя по бедру и раскатисто рассмеялся. Лахджа тоже, хотя ей шутка показалась слабой.

- Пива-то нальешь? – спросила она.

Имрата и ее подруга детства - Латулла.

- Имрата?! – воскликнула златовласая титанида. – Это и вправду ты или у кого-то родилась девочка, ужасно похожая на мою подругу детства?!

- Латулла?! – обрадовалась Имрата. – О, как я рада, что ты жива!

Титаниды обнялись так, что вдавили друг друга в землю. Имрата в изумлении глядела на ту, что когда-то была ниже ее на голову. Латулла родилась на двадцать лет позже, Имрата заботилась о ней, как о младшей сестренке... но теперь она совсем взрослая, ей пятьдесят три столетия. Теперь уже она на голову выше Имраты и сама, возможно, давно имеет детей.

Дочь Аэтернуса, Имрата.

Точнее, не его, а ее. В почти идеально круглом кратере, наполовину заваленная каменными обломками, покоилась глыба голубоватого льда. В его глубинах виднелась девушка... или даже скорее девочка. Ростом почти со взрослого мужчину, но черты лица все еще детские, фигура толком не оформившаяся.

Облачена она была только в легкую тунику, а в руках сжимала книгу в белом переплете. На нем было вырезано одно-единственное слово.

«Криабал».

Аэтернус и его первая жена - Айона Океанская.

Последней ушла Айона – ей явно хотелось еще задержаться, сказать что-то Вечному... в глубинах памяти Хасталладара что-то вздрогнуло при виде этой сцены. Где-то на краю сознания замерцал лик какой-то девушки...

Ее звали За... За... Хасталладар не мог вспомнить.

Другой великий титан, из другого мира - Аэтернус.

В зале не было свободных мест. Зрительские скамьи кишели народом, и даже в проходах стояли индивиды. Тысячи глаз не могли оторваться от того, кто стоял внизу окованный цепями, а миллионы приникли по всему миру к проекристаллам. Даже сейчас не утративший гордой осанки, с расправленными плечами и по-прежнему дерзким взглядом, перед высшим имперским трибуналом стоял титан Аэтернус.

Начинаем следующую серию артов по заявкам. Известные по книгам титаны. Первым - Китангер Промыслитель.

Судя по всему, статуя изображала титана в натуральную величину. Он сидел в позе лотоса, но если бы распрямился, достиг бы двух с половиной метров. Изваянный, видимо, из превосходного мрамора, инопланетянин обладал пепельного цвета кожей и длинными сероватыми волосами. Глаза статуи были закрыты, а одежды не было вовсе.

Если неведомый скульптор не приукрасил действительность, титаны были впечатляющими созданиями. Идеальные телесные пропорции, рельефная мускулатура атлета, чеканный профиль…

Заявка. Что случилось с современными потомками героев Шумерских Ночей и Преданий?

Ну смотря с кем. Давайте прикинем. После событий "Шумерских ночей" минуло пять тысяч лет. Это около двухсот поколений. За это время планета изменилась до неузнаваемости, горсточка рассыпанных по ней протоцивилизаций превратилась в современный мир с Интернетом, дронами и жопой Ким Кардашьян. Сколько потомков было у того же, скажем, Шамшуддина?

У Креола-то примерно ноль, он детей так и не завел. А вот Шамшуддин исправлял демографический кризис активно и добросовестно, так что детишек настругал немалое число. Предположим, что их было двадцать. Пусть каждый тоже оставил хотя бы двоих (ну так, по минимуму, скромненькое), тоже давших потомство. Всяких пустоцветов, содомитов и умерших во младенчестве не учитываем.

Таким образом, надо двести раз удвоить число двадцать. Это два в двести первой степени, умноженное на десять. А это (здесь нам поможет ЧатГПТ, потому что я таких чисел не знаю) - шестнадцать новемдециллионов! Единица, шестерка, а потом еще шестьдесят нулей!

Вот столько у Шамшуддина сейчас потомков. Больше ли это, чем число атомов во Вселенной? Нет, меньше. В миллиард миллиардов раз меньше. Недотянул Шамшуддин. Но все равно очень много, так что, считайте, что вы, буквально вы, сидящий перед монитором - потомок Шамшуддина. Среди ныне живущих нет тех, что ему не потомки. Разве что какие-нибудь отщепенцы с бледной кожей и длинными сальными волосами.

Теперь о "Преданьях". Тут не все так пугающе, минуло всего восемьсот лет. Это около тридцати двух поколений, так сильно потомки тех событий распространиться не успели. И проще всего их судьбу прикинуть на самом известном историкам герое - князе Всеволоде Большое Гнездо. Сколько было у него детей, каких, что стало с его потомками, где они сейчас? Думаю, исторические книги дадут все ответы.

Или не дадут.

Проверил, у меня все скачивается нормально. Попробуйте, пожалуйста, через другой браузер, если все равно не получится - напишите в техподдержку АТ.

Заявка. Усадьба Дегатти, план или вид сверху. Это несложно, вот такая она:

Следующая заявка. Бельзедор, читающий детские письма.

На следующий день управляющий вошел в тронный зал, когда Бельзедор забавлялся с Леонардом, привязав бантик на веревочку. Белый кот смотрел на эту игрушку с величайшим презрением, однако инстинкты были сильнее его – лапы сами дергались, пытаясь ухватить бантик.

Сегодня за управляющим плелся приземистый орк-прихвостень, тащивший на плечах громадный мешок с шуршащими конвертами. Он сбросил его перед самым троном, и Бельзедор вопросительно посмотрел на управляющего.

- Это детские письма, Властелин, - объяснил управляющий. – Вы получаете довольно много писем от детей со всего мира. Обычно раз в луну вы выборочно читаете некоторые из них, а иногда даже отвечаете.

- Это все за одну луну? – удивился Бельзедор.

- Нет, конечно. Этот мешок накопился за время вашего отсутствия. Прикажете сжечь?

- Нет, я почитаю.

Заявка. Дегатрон.

Лахджа окутала мужа и его зверей второй кожей, пластичным экзоскелетом. Тут же вспухла, раздулась во все стороны, увеличила массу до предела, тысячекратно. Заработала фамиллиарная связь, Майно применил свои ультимативные чары – и к небесам взметнулось колоссальное чудовище.

Нечто вроде многоголового дракона. Чудовищная огнедышащая тварь. Разверзлись десятки пастей – и по Грибатике ударили потоки плазмы. Жгучие лучи, взрывающие все на километр вокруг.

Из пятого тома.

Заявка. Лахджа со слоновьими ушами.

И Лахджа начала трансформироваться. Очень-очень медленно, как при покадровой съемке. Кристалл Сакратида наводил лучи на участки ее тела, и там кожа исчезала, обнажая мышцы и органы. Те видоизменялись, и на увеличивающем экране демонстрировалось, как изменяются клетки тела, неизменно сохраняя «астральный слепок», делающий Лахджу – Лахджой. Одно за другим у нее вырастали щупальца, клешни, нос превратился в хобот, уши стали слоновьими…

Заявка на анклав Фурундарока.

Отправляясь в брюхо демона, ребята понятия не имели, что их ожидает внутри. Но им все-таки представлялось, что тут будет нечто вроде огромного желудка – мясные стены, бассейн с кислотой, полупереваренные останки...

Ничего подобного.

Они упали на какую-то поляну. Вместо деревьев вокруг росли гигантские карандаши, под ногами пузырилась белая пена, небо над головой было красно-бурым, а вместо солнца в орбитах ворочались два гигантских глаза.

Дальше по артам - две схожие заявки. Креол на фоне трупа Йог-Сотхотха и Креол-архидемон.

Несколько следующих минут Креол просто стоял, опершись рукой о стену. Он дышал так тяжело, словно бежал десять часов без продыху.

На свой посох он смотрел с каким-то даже отвращением. В голове свербела только одна мысль: что теперь?

Новоиспеченный завоеватель восседал на троне Йог-Сотхотха и раздраженно вертел в руках серебристую пуговицу. Плонетское устройство связи. Он пытался снова прилепить ее к виску, но теперь там торчали острые кривые шипы.

Рога. Самые настоящие рога. Небольшие и совсем не тяжелые, но разительно отличающие Креола от людского рода.

Еще у него огрубела и покрылась бугорками кожа, выросли длинные когти, а волосы превратились в скорпионий хвост. Вероятно, какие-то изменения произошли и на тех частях тела, что скрыты одеждой, но Креолу не очень хотелось это исследовать.

Заявка. Генеалогическая справка по семье Рипплов.

Необычный запрос. Должен сказать, когда я писал "Самое лучшее оружие", то составил себе детальную памятку по родне Ванессы со стороны матери, потому что боялся запутаться. На поверку, правда, большая часть этой генеалогии оказалась излишней и не пригодилась, к тому же какую-то мелочь я, кажется, в процессе работы изменил (за давностью лет уже точно не поручусь), но сам файлик остался в закромах папки "Разная ерунда", и если интересно - пожалуйста, приведем его тут.

Джозеф Теодор Риппл (90 лет). Глава клана, бывший адвокат. Вдовец, девять детей, перечисленных далее.

Бенджамин (70 лет). Старший сын, католический священник, холост и бездетен.

Этель (67 лет). Бывшая школьная учительница, вдова. Трое детей: Марк (40 лет, бухгалтер, женат, двое детей (Сэм, 10 лет и Лео, 2 года)), Сьюзан (38 лет, медсестра, не замужем), Хелен (35 лет, инженер по охране труда, разведена, детей нет).

Похер, как его звали. Умер в двадцать лет, детей не было.

Марджери (64 года). Домохозяйка, замужем за Робертом Шолдером (65 лет, адвокат). Четверо детей: Люк (42 года, архитектор, женат, одна дочь (Люси, 7 лет)), Энн (40 лет, художница, замужем, детей нет), Питер (37 лет, программист, разведен, двое детей (Миа, 8 лет и Нина, 6 лет)), Клара (35 лет, флорист, не замужем).

Нэд (61 год). Владелец автомастерской, женат на Андреа фамилию потом придумаю (59 лет, бухгалтер). Трое детей: Томас (34 года, механик, женат, детей нет), Эрик (32 года, полицейский, холост), Лора (29 лет, фитнес-тренер, замужем, детей нет).

Патриция (61 год). Риелтор, замужем за Дэйвом (62 года, военный пенсионер). Двое детей: Хелен (36 лет, администратор в отеле, разведена, одна дочь (Джилиан, 4 года)), Брайан (33 года, маркетолог, женат, один сын (Алекс, 3 года)).

Джоанна (59 лет). Журналистка, замужем за Лайоном Кримсоном (60 лет, писатель). Четверо детей: Оливер (30 лет, сценарист), Ребекка (27 лет, юрист), Самир (12 лет, усыновленный), Амина (9 лет, удочеренная).

Меридит (тетя Ди) (57 лет). Психолог, замужем за Джесси (58 лет, преподаватель философии). Двое детей: Стив (26 лет, бариста, гей, кришнаит), Глэдис (26 лет, косметолог, замужем за Сержем (35 лет, пластический хирург), детей нет).

Агнесс (55 лет). Разговаривает без знаков препинания. Замужем за Мао Ли (55 лет, китаец). Трое детей: Эдит (28 лет, фармацевт, замужем за Джулианом (27 лет, программист), один сын – Чарли (4 года)), Дэвид (26 лет, боец ММА, холост, упорот и бездетен), Ванесса (24 года, полицейский, не замужем).

Ой, да, помню, когда я выложил отзыв на "Малыша и Карлсона", минимум три человека написало про Геринга, и каждому я отвечал, что это собачья чушь. Причем один еще и долго спорил. Такого рода фейки иногда удивительно крепко оседают в головах.

И завершает серию артов с марионетками Сорокопута прекрасный... когда-то прекрасный принц Аурон.

Даже в полной синхронности Лахджа и Майно едва успевали отражать атаки. Повсюду мелькали щупальца, хоботы, страшные когтистые лапы. Уже не просто волшебник в живых доспехах, а нечто чудовищное, огромное, неодолимое… но этого едва хватало, чтобы просто сдерживать врага.

Нимфа Анадиомена.

Снежок затаился под крыльцом. Он сразу же исчез в укромном месте и посылал оттуда целительные волны, перераспределял в сообществе прану, исцелял каждого, кого задевали. Матти беззвучно разевал клюв – сканировал землю и воздух, передавал информацию, координировал действия кота, пса, змеи. Со стороны пруда же сплошным потоком шла мана, вода аж бурлила от ходящего кругами карпа… и туда ползла еще какая-то тварь! Чешуйчатая женщина с хвостом вместо ног!

Вот пес тоже ощутил через человека, что карп в опасности, бросил жертву и оттолкнулся всеми лапами. Боевой фамиллиар стал воплощением смерти. Пламя рвалось из трех пастей - и похожее на нагу создание зашипело от боли. Однако его раны затягивались, едва будучи нанесены, ожоги тоже сразу исчезали, а с кожи исходил путающий мысли пар…

Заявка. Рассказать о культуре/цивилизации парифатских огров.

Вот здесь не получится, слишком широкий охват. Огры - древний народ, они явились на Парифат еще в эпоху Легенд, они живут в этом мире пятнадцать тысяч лет. Пятнадцать тысяч лет - это огромный срок, люди Земли за гораздо меньшее время прошли путь от древнего Шумера до мультфильмов Диснея. Огры успешно пережили Ледник, были частью Парифатской империи, прошли сквозь Смутную эпоху. И, конечно, за такой срок от изначальных огров почти ничего не осталось.

Они ведь не бессмертные и даже не настолько долгоживущие, как всякие мелкие остроухие, которые успешно проносят свою культуру сквозь тысячелетия. Огр живет лет пятьсот-шестьсот, не больше. В то же время они и не настолько недавно явились в этот мир, как какие-нибудь орки и гоблины, которые просто не успели еще потерять все былые традиции до единой (хотя они тоже уже сильно различаются в разных странах).

Так что на современном Парифате огра можно встретить где угодно. У них свыше десятка собственных держав, плюс во многих они составляют достаточно многочисленное нацменьшинство. И эти разбросанные по всему миру группы можно считать совершенно разными народами, просто все они - народы огров.

Есть огры полудикие, которые увидят в вас (и даже другом огре) только потенциальный шашлык. А есть огры культурные и интеллигентные, которые читают книжки, делают научные открытия и держат дома котов не ради еды, а потому что они милые. Да, у них все равно сохраняется что-то общее, потому что геном не обманешь, какие-то черточки всегда присущи всему виду в целом (людям тоже). Но в общем и целом надо описывать каждую страну и общность огров отдельно.

А если всех сразу, то это видизм. Огры видистов варят в котле.

Последний кхэлон.

Пространство поплыло - местами вспучилось, местами растянулось. Чудовищный рыцарь вложил в удар всю свою силу, всю свою мощь. Купол всколебался, замерцал, почти готовый лопнуть. Зазвенел хрустальным бокалом, но все же устоял - и демон за ним злорадно усмехнулся.

В то же время со всех сторон хлынули серебристые струи. Белая женщина вздымала свои вихри так, что исчезла земля. Мерцающее создание подняло голову с парой глаз-звезд - и ход времени изменился. Его потоки расслоились, пошли с разной скоростью - и играло это на руку врагу.

Бессмертный чародей Натараст.

И колени Лахджи подогнулись. Ее будто оглушили, обездвижили. Рухнув прямо в сплетение терний, она увидела того юношу в черном одеянии. Выступив из серебристого тумана, он вскинул свой анк и произнес еще несколько слов.

Маркиза Армецци ле Одетта, королева ледяных вампиров.

Та продолжала дуть. Окутывать все серебристым туманом - и в этом тумане уже проступали мороки, плавали зловещие фигуры, текли прямо в воздухе ручьи. Серебристые струи пытались коснуться людей, демонов и фамиллиаров, но было понимание, что позволить им этого нельзя.

Заявка. А теоретически, могут ли выдать премию Бриара не профессору? Например, получившему гражданство Мистерии магу- иностранцу, или добившемуся невероятно крутых достижений в области магии магистру? Или в таком случае дадут профессора автоматом с премией?

Нет, не могут. Давайте рассмотрим регламент премии Бриара детально. Как и кому ее вообще вручают?

Премия Бриара - это внутренняя мистерийская премия. Для иностранных чародеев тоже есть премии, но они отдельные и имени Бриара не носят.

Вручают премию Бриара (обычную) раз в год. Делает это ученый совет. Каждый его член за энное время до начала фестиваля Бриара получает особый конверт, где должен написать десять имен, десять профессоров. Только профессоров, только подданных Мистерии, только здравствующих, только здравомыслящих, только законопорядочных. Мертвые, сумасшедшие и магиозы не принимаются. В остальном ограничений нет, критерии выбора могут быть любыми, никто не спросит, почему ты назвал именно этих десятерых. Крайний срок - за сутки до начала фестиваля, после этого конверты сдаются, запечатываются и не открываются до самого вручения премии.

Получает ее тот, кто набирает больше всех голосов. И хотя критерии у всех разные, членов совета целых тридцать шесть, так что большинство обычно все-таки реально сходится на самом достойном (ну или хотя бы самом популярном, но это случается не так часто, как болтают злые языки). Коррупция и непотизм практически отсутствуют, потому что даже если ты каким-то образом уговоришь или подкупишь кого-то из членов совета, это даст тебе всего лишь один голос, причем еще девять коррупционер все равно отдаст за других людей. А уговорить или подкупить большинство... ну знаете, если вы справитесь с такой задачей, то вы и в самом деле заслуживаете премию Бриара.

Итак, только профессора Мистерии и больше никто. Стать профессором, кстати, тоже может только гражданин Мистерии, который отучился в ее институте и прошел всю лесенку званий, тут регламент тоже строгий, так что никакого "почетного профессора" никакому иностранцу не присвоят, будь он хоть круче самого Бриара. Гражданство=учеба, а без гражданства никакие звания и премии невозможны. Не надо говорить, что это несправедливо, это не мировые звания и премии, а внутренние мистерийские.

Но могут ли, скажем, одному человеку вручить больше одной премии Бриара сразу? Скажем, третью, а на том же фестивале - вторую. Тоже нет. Напоминаю, что все голоса отдаются до начала фестиваля, так что обычные профессора кандидатами на вторую степень Бриара попросту не являются, за них нельзя голосовать.

Даже если, опять же, ты достойнейший из достойных, подряд больше одной не дадут, это физически невозможно, даже если бы ученый совет вдруг захотел сделать исключение. Это весь регламент рассыплется, для этого буквально придется сказать: знаете, давайте пошлем в анналы наши тысячелетние традиции и отдадим все премии на этом фестивале вот этому мэтру Пиздатти просто потому что он кудесный. То есть он может и кудесный, этот мэтр Пиздатти, но за это могут дать какую-нибудь отдельную награду, какой-нибудь приз зрительских симпатий, но никак не премию Бриара.

Следующая заявка на арты - показать марионеток Сорокопута, которые атаковали усадьбу Дегатти. Сегодня альвы,  гелории и талии.

Альвы! Эти бессмертные суперэльфы, которых Лахджа встречала в Тир-Нан-Ог! С тончайшими клинками, с цветами в волосах, они мелькнули вспышками - и брызнули во все стороны! Волшебник и демоница, единое сейчас целое, закружились неуязвимым смерчем, отражая каждый удар!

Рядом заревело пламя. Затрещали от жара деревья. Четыре горящие фигуры ударили разом, ударили в Рокила - но тот пошел сквозь пламя, окруженный сверкающей сферой. Та шипела и искрилась, демон бросался незримыми волнами, пронзал взглядом врагов. Однако огненные духи оказались ему неподвластны, а других он не видел - их скрывала пыль белой женщины.

Волшебник и сам уже увидел глазами попугая. Сразу три фигуры спикировали им навстречу. То ли воздушные элементали, то ли вид фей, то ли какие-то нимфы - они ринулись живыми штормами, ураганами. Порывы ветра ударили по глазам песком и пеплом. Солнце скрылось за тучей дыма.

Заявка. Сцена штурма Вороввы драккарами дэвкаци.

Надо сказать, вид с башен Вороввы открывается и в самом деле потрясающий. Тихое журчание прозрачнейших вод Готиленсе, кипарисовая роща на противоположном берегу, великолепный маяк, возведенный еще триста лет назад…

Только вот сейчас все это утопает в пороховом дыму и грохоте барабанов.

Флотилия дэвкаци приблизилась к крепости на пушечный выстрел и полностью перекрыла Готиленсе. Малые ладьи выдвинулись вперед и теперь обстреливают Воровву изо всех жерл. Могучие канониры с легкостью ворочают пушки туда-сюда, наводя их точно на цель.

Книппели и картечь мирно лежат в трюмах – чем они помогут против каменного форта? Зато брандкугели и обычные чугунные ядра так и свищут, сотрясая Воровву до самого основания. Со стен палят в ответ – рокушские бомбарды, захваченные серыми, оказывают достойный отпор волосатым корсарам.

Несколько деревянных ладей превратились в брандеры – дэвкаци щедро полили их маслом, подожгли и пустили к Воровве. Дым от горящих судов застлал воздух, огонь быстро перекинулся на суда Вороввы, мирно стоящие на якорях. Впрочем, большой пользы это не принесло – гарнизон серых и без того не собирался идти в контрнаступление, предпочитая обороняться внутри стен.

Сразу две заявки, дополняющие друг друга. Портреты членов Конклава - и сам Конклав уже как единое целое.

С грустным видом Зар уселся в императорское кресло и встретился взглядом с Дармагом Оксатти, астральным советником. Тот единственный улыбнулся императору. Относительно молодой, совершивший настоящий прорыв в информационном волшебстве, Оксатти еще не так окостенел задницей, как остальные советники.

Со временем, конечно, тоже окостенеет. Когда-то и Оопсан наверняка был юным и увлеченным чародеем... ну или хотя бы чуть больше похожим на живого человека. Сейчас он смахивает на какую-то рептилию, древнего вампира.

Впрочем, остальные не лучше. Даскомедаль, например, военный советник. Темный эльф с таким хищным взглядом, что хочется спрятаться под столом. Он на всех смотрит так, словно примеривается, решает мысленно, каким заклинанием тебя лучше убить.

Или Мородо, социальный советник. Зар не встречал второго настолько же толстого человека. Мородо так хорош в телекинезе, что давно перестал шевелиться. Рот он не закрывает никогда – туда постоянно поступает магически размягченная пища, прямо в желудок. А говорит Мородо, виртуозно колебля воздух где-то у себя над головой. Звуки и слова получаются удивительно мелодичные, но смотрится это жутко.

Финансовая, природная и погодный советники им не уступают. Акк-Ва, дряхлая гарпия с ее мерзким сюсюкающим голоском. Лунарда, о которой ходят слухи, что она собирает коллекцию из черепов любовников. Ильтокелли, вечно подхихикивающий полубезумный старикашка.

Дивный букет. Но что поделать, таковы теперь величайшие волшебники Парифата. Прошли времена Бриара, Хоризакула, Абраксола.

Танзен раскрыл рот, чтобы ответить – но не успел. Кости, которые у самого Апофеоза лежали уже стеной, вдруг... зашевелились. Тысячи их поднялись в воздух, складываясь в причудливую, кошмарного вида фигуру. У черепов засветились пустые глазницы, несколько челюстей раскрылось, и из них вырвался ледяной глас:

- Вы Увидели Апофеоз. Вы Не Уйдете Живыми.

Заявка. Гаймордос Пердун и Саркапетлава Попрыгунья.

- Вы знаете, кто сегодня приедет, повелитель Гаймордос? – прощебетала юная колдунья.

- Мне не сообщили, - мрачно ответил ее начальник. – Велели только подготовить дела всех ссыльных.

- Всех-всех? А мы успеем? Их же так много!

- У меня уже все готово, - снисходительно посмотрел на заместительницу Гаймордос.

- Правда? Все-все?

Гаймордос ничего не ответил. Эта пустоголовая девчонка уже три месяца на острове, а до сих пор понятия не имеет, как здесь все функционирует. Да он не особо-то и стремился ее во что-либо посвящать – зачем? Достаточно поговорить с Саркапетлавой пять минут, чтобы уразуметь, насколько та глупа. С трудом верится, что она смогла сдать выпускные экзамены. Не иначе воспользовалась своими... способностями.

Заявка на генерацию. Первая встреча Фар'Дуватхима и Дой'Текерхреба.

- Прив... сву... браввса, - прогудел Дой’Текерхреб.

Клинки на его руках были скорее щитами. Расположенные причудливо пластины могли выворачиваться как клинок, а могли – как щит.

Фар’Дуватхим шагнул вперед. Он был Ногтем указательного пальца. Он все еще помнил, что рука нужна не только для удержания оружия, но и для дружеского рукопожатия. Четверо других шагнули следом – и нактархимов стало десять. Пусть Ногти Ног пока не могли внятно говорить и вели себя как полуживотные – они все равно были нактархимами.

Заявка. Как вы относитесь к стихам вообще и к стихосложению в своей работе? Для вас это тяжёлая или наоборот приятная часть?

Хороший вопрос. Стихи - это, я считаю, более высокая форма литературы, чем проза, поскольку в стихах (хороших) стилистика и гладкость чтения доведены до совершенства. Другое дело, что написать длинные стихи, стихи с сюжетом, заключить в рифмованный текст какую-то историю - это высший пилотаж, и даже у очень хороших поэтов большинство стихотворений очень короткие. Поэмы, крупные произведения в стихах (хороших) - явление редкое, их натурально можно пересчитать по пальцам (хотя придется разуться).

Я на такое не посягаю. Писать в стихах, плести рифмованный текст в сколько-нибудь значительном количестве мне слишком трудно, поэтому стихи я сочиняю только когда они нужны по тексту, когда их уместно будет привести на страницах. Чаще всего это какие-то песни, гимны, марши, которые распевают персонажи. Иногда рифмованные загадки, потому что загадку зарифмовать очень даже уместно и логично, она от этого всегда выигрывает. И тогда я сажусь и начинаю терпеливо, скрупулезно нанизывать строку на строку, подбирать слова, как частички мозаики, кусочки пазла.

Взять, например, рассказ "Демон и дева". Придумывать загадки для его финальной части оказалось отдельным удовольствием – мы с Ксенией устроили настоящий мозговой штурм, швыряясь друг в друга строчками, перебирая их и перетаскивая. А потом еще и проверили их сложность на живых людях, просто выложив эти загадки в блоге и попросив разгадать. В общем, вышло, как и ожидалось – те, что предполагались легкими, разгадали многие, а трудные – никто или почти никто.

А в "Крыльях Паргорона" стихотворный текст встречается пять раз. И легче всего было с боевой песней гохерримов. У меня просто вдруг сочинилось: "Вой и крик, плач и стон, к вам идет Паргорон!", и я понял, что хочу добавить в книгу боевую песню, и стал добавлять все новые куплеты, плести строчку за строчкой.

Причем куплетов сочинилось гораздо больше, чем в итоге попало в книгу, но я отбрасывал все, что не звучало чеканно и звонко, что меня хоть в чем-то не удовлетворяло. К примеру, строчки "Ждут вас смерть и позор, с нами Бракиозор", таки выпали, потому что им не подобралась пара, не нашлось еще двух строчек для полноценного куплета.

Другой стихотворный кусок сочинился, потому что мне захотелось добавить эпизод в мире, жители которого не говорят, а поют. Тут нужно было уже зарифмовать полноценный диалог, и я очень долго подбирал нужные слова, а самое последнее четверостишие мы с Ксенией вообще в итоге переписали полностью, потому что она в последний момент придумала лучше, чем было.

Но самый, конечно, сложный эпизод представлял собой бенефис Дерессы. В свое время мы долго размышляли, каким будет ее Ме, в чем будет заключаться ее сила, и в конце концов решили сделать ее чаропевицей, способной вести сразу несколько арий и творить сразу несколько чудес, накладывать сразу несколько бафов, в том числе отрицательных. Но чтобы это красиво показать, чтобы сцена вышла действительно впечатляющей, каждому бафу требовалась полноценная песня. Настоящая, с куплетами, с текстом, способная быть положенной на музыку.

Минимум три песни.

И мы взялись за работу. Это был один из самых трудных эпизодов, эти песни сочинялись непропорционально долго, а потом еще несколько раз правились, корректировались. Был день, когда я просто с утра до вечера кружил по кабинету, снова и снова катая в голове строчки, перебирая рифмы и оценивая настроение каждой песни. Они все должны были быть совершенно разными, и мы хотели добиться этого во что бы то ни стало, потому что если делаешь что-то, то делай на пределе своих возможностей или не берись вообще. Так что мы не успокоились, не пошли дальше, пока не остались полностью удовлетворены.