Отсюда нет выхода, но новенький, с его глупой неугасающей верой вселяет в сердце надежду...
Руины – более точного названия для этого мира не найти. Миры создаются и разрушаются, и их осколки попадают сюда – в Руины. Или на Руины. Никто не знает, да и никому не интересно. Законов здесь нет и прав никаких. Можно конечно довольствоваться тем, что пережил собственный мир, но...здесь радоваться впринципе сложно. Да и как можно радоваться, когда живёшь буквально во вселенской помойной яме?
Но кому-то всё же это удаётся. Троица товарищей, друзей, напарников – ещё не определились, кто они друг другу. Тёплые, уютные вечера у костра в перерывах между боями за жизнь – вот и вся их жизнь.
Но что, если всё не так просто? Что если Руины – не дыра, куда сбрасывают всё ненужное, а некая система? Что если всё может измениться? Кто может всё изменить?
Известно лишь одно: Партия должна завершиться.
Мёртвые тела, из которых словно высосали душу говорят об обратном.
Какие ещё тайны прошлого придётся раскрыть, чтобы заслужить счастливый конец?
И что, если ради счастливого конца... придётся умереть?
Молодой детектив в сердцах швырнул бумаги на пол и стукнул кулаком по столу.
"Как же они не понимают! Убийца - не человек! Они даже не догадываются, насколько подходящим является имя преступника, данное прессой. "
* * *
Пифер - мало чем примечательный маленький городок, где жизнь протекает тихо и размеренно, а история про загадочного убийцу, орудовавшего 50 лет назад - постепенно стёрлась из истории, оставшись лишь в памяти стариков.
А жизнь продолжала своё ленивое течение, пока детектив на пенсии не умер с книгой в руках, а его внук не нашёл в его доме старую рукопись...
Сложно представить, что когда-то здесь жизнь кипела сильнее, чем в адском котле. Темпеста – скрытый в тени и холоде город, куда горе и смерть навеки забыли дорогу, а звёзды дождём, каждую ночь падали с неба, наполняя сердца жителей безграничной любовью.
Это место было исключительным – единственный уголок Эксилиса, где мирно сосуществовали самые отличные друг от друга существа. Оно являлось приютом для всех, кто был непонят и потерян в бурях жизни.
Дальше в самом произведении, так как тут не помещается