Василиса Шурале

Краса грустна, медведь в берлоге, на нотах замирают строки.

Идём мы вместе по дороге, – видать того хотели боги.

Шуты, занозы, кошки строги, – любовь, дуэты, диалоги...

Палач, русалки, кривотолки.... Ловите тишины осколки!!!

История одного лейтенанта, который остался один против всех, чтобы спасти своих. Песня о подвиге, о цене жизни, о тех, кто не вернулся.

Наш Лейтенант

Слушать https://rutube.ru/video/53124e055f1c25c5445b27c346f791b4/

Что если ваша вторая половинка живёт за тысячу километров?

Что если вы никогда не держали её за руку?

Что если он ушёл, не попрощавшись?

Они нашли друг друга в онлайн-игре.

Она стала его якорем. Он её Генералом. Они - близнецовым пламенем.

А потом он исчез.

Осталось только последнее сообщение.

И вечность, чтобы понять: любовь не умирает.

Она просто меняет форму.

«Если ты позволишь…» — роман о любви, которую нельзя объяснить. О потере, которая не заканчивается. О памяти, которая становится вечностью.

Знаете ли вы, почтенные, что любовь это товар, который не купить за звонкие динарии? Но если ты старая сваха-лиса, можно продать его за лисью хитрость.

В Персеполе, где солнце плавит песок, а торговцы кричат до хрипоты, живёт Шепчущая пчела. Она плетёт нити судеб, как ковёр ткачихи Исфахана, и знает, что для каждого фиала есть своя пробка.

Слыхали про корчму на перепутье, что девке-сироте досталась? Там стены дышат, книга сама стряпать указывает, а гость, что затемно зашёл, — сгинул.

Девка та, Василиса, сперва бежать хотела. Да от леса не убежишь — он должников помнит. Хранитель тамошний, Айдар, ей сразу сказал: «Ты моя. По крови, по земле, по книге».

Не то быль, не то страшилка. Про то, как в Лешовихи попадают. И про дом, который вовек не насытится.

«Последняя трапеза не кончается. Она лишь другое обличье принимает».

Легенда гласит: если завязать ленту и передумать – она приведёт тебя домой.

Реальность такова: иногда ленты ведут в никуда. Но пока их вяжут – значит, ещё есть надежда. Пока их покупают – значит, кто то ещё не решил. Пока они висят на деревьях – значит, путь назад существует.

Вам не нужна лента, чтобы найти дорогу. Вам нужен только один телефонный звонок.

Обратный путь существует. Даже если кажется, что карта сожжена. Даже если статистика против вас. Просто сделайте шаг назад. К жизни.

Каждый текст здесь — как три патрона.

Один за боль. Один за память. Один за тебя.

Читай осторожно.

Некоторые строки не выходят наружу —

они оседают внутри.

Соната для уставших стен https://rutube.ru/video/a8916ce68b7be9224d8d975ea8244fc8/

Золой и прахом https://rutube.ru/video/1526e4c9b2b81dee3201a8139021bc45/

Поломанный код https://rutube.ru/video/ba47a4d8e49dcfa59608fc68cfd8a48e/

Пока монархи прячутся за троном, шуты говорят правду.

Философская баллада о силе и слабости, о любви и свободе.

О тех, кто не пляшет по заказу, но правит королями.

Провансальский шут... https://rutube.ru/video/87922e12ba58ae2c9a82a84eaf4a8b00/

Вторая кошка... https://rutube.ru/video/c58dee0fc58ff9cdb1bb327f9832d058/

Солёный ураган... https://rutube.ru/video/2ae8b21a092ce4730a9e206757e95efa/

Реален ли он? Для одних он — неизбежная тень

Для других — лишь шорох в темноте

Изначально он был лишь слепой карой, уничтожающей зло во тьме лесов и городских переулков. Но обретя голос, он стал чем-то большим — Судьей и Палачом.

Я палач, дознаватель, закон... https://rutube.ru/video/1ea690c39e61c0a88ff5024be3bf24d6/

Детей нашли сухими — но они утонули.

Директор повесился. Или нет?

«Восток‑6» — но это не космос.

Пианино сломано — но колыбельная играет.

Урал? Или всё же Яик?

Четвёртый уже в пути…

В декабре идёт дождь. Сугробы тают, как обещания. Марк сидит в кофейне «Мучной мешок» с подарками, которые некому дарить. На столе — чашка остывшего кофе. В кармане — смс из семи слов. И анкета, которая говорит больше, чем пять лет совместной жизни. Кому на самом деле предназначались эти духи? И что остаётся, когда иллюзии тают быстрее снега?

На краю вечности, там, где туман стирает границы между серым небом и землей, сидит Тот-Кто-Начал. Вросший в смоковницу, он наблюдает за миром, который давно перестал ему принадлежать. За одну-единственную человеческую улыбку он был разжалован и теперь его удел — хранить чужие жизни, перебирать осколки созвездий и читать стихи единственному, кто может его слышать — Тому, Кто-Умер-До-Смерти.

В коридоре, где болотные блики танцуют в зеркалах, ты стоишь перед дверью. За ней — ссора, которую ты спланировала, столкновение, которое ты должна увидеть. Но кто ты — свидетель или автор этого спектакля? И что скрывает твоя беззубая улыбка в полумраке?

Утро начинается не с кофе. Оно начинается с вопроса: а ты точно живёшь свою жизнь?

Философия утра — это когда сплёвываешь окурок и идёшь дальше.

Потому что жизнь не ждёт, пока ты подберёшь нужные слова.

Это история о том, как перестать быть удобным. О музыке, которая сперва душит, а потом спасает. О том, что настоящий полёт начинается не в небе — он начинается внутри, когда ты наконец решаешься жить своей жизнью. Без оглядки. Без страха. Без вопросов «что скажут люди?»

Рассказ для конкурса #КакЛевТолстой https://author.today/post/869600

Ефимыч уже 50 лет смазывает дверные петли и ставит чайник под Марфушину ватную юбку. Он знает, у кого на четверг пахнет рыбой, а на третьем этаже у него растёт друг Валера — в ведре, из-под рассады. Потом приходит письмо с золотым гербом и словами «равнозначное жильё».

— Ты как пенёк замшелый, — говорит внук.

— А как же не цепляться-то? — отвечает Ефимыч. — Это же жизнь моя. И Клавкина.

Этот рассказ — не о сносе дома. Он о том, как стариковская привычка ходить в магазин «за жизнью» оказывается последним актом человеческого достоинства. И о том, что некоторые дома не переезжают. Они остаются — в трещинах на потолке, в следах от гуталина на гранитных ступенях и в ситцевом платье куклы, которой 50 лет.

Наконец-то он стал идеальным мужчиной:

Романтик, который читает стихи при свечах

Брутальный мачо, который идёт напролом

Всегда рядом

Немного мёртв

Иногда «навечно вместе» — это не романтика. Это диагноз.

72 часа счастья сменились вечностью разлуки. Но она не одна.

Когда мир погрузился во тьму, к ней пришел он — Леший. Древний проводник, ставший живой опорой в самые страшные девять дней её жизни.

Пока любимый охранял её из вечности, стоя за левым плечом, а муж держал канат в реальности, Леший учил её дышать заново.

История о странном союзе трех мужчин, которые любили одну женщину по-разному. О том, как души помнят всё. И о том, что даже на самом краю пропасти есть кто-то, кто держит тебя за руку.

Он вырвался из ада войны, чтобы обнять её. Чтобы прошептать «моя». Чтобы запомнить запах кожи и унести его с собой — в окопы, под пули, в тишину, где плачут без слёз.

«Апрель — очередной Новый год». Воспоминание о том, как мы чистили жизнь граблями и газетой «Спорт».

Серёга и Ленка мечтают о Париже. Но с зарплатой в 18 и 12 тысяч, кредитной историей «после развода» и ЗИЛом вместо «Боинга» — Франция остаётся только в мечтах. Или?

Это рассказ о невидимых героях, которые дают свет городам, но остаются в тени. О достоинстве, которое сложнее сохранить, чем заработать деньги. И о том, что даже в песчаных карьерах современности человек остается человеком.

Создано с помощью нейросети

В пыльном чулане старого дома лежат ржавый клинок и пожелтевший дневник. Там выведено каллиграфией: «Путь самурая — это смерть»

Ржавая катана, дневник предка-самоубийцы и выбор между «умереть красиво» и «жить по-своему».

Создано с помощью нейросети

Автор убедительно доказывает, что космос — это не скучная тишина, а космический рейв с пульсарами-ди-джеями и гравитационными басами. Спойлер: мы не просто пылинки, мы — уши вселенной. И если у вас иногда вибрирует позвоночник — это не остеохондроз, это просто пульсар нашёл вас. Танцуйте, пока не развалились. 🤘

В этом рассказе — две войны, разделённые восемью десятилетиями, но сомкнувшиеся в одном сердце. В нём — поминальные портреты тех, кто не вернулся: весёлый танкист Миша, человек-маска Призрак, близнец Леший, сирота Скала. И тихий разговор деда с внуком за столом в Вальхалле, где время сжалось в один бесконечный миг боли, благодарности и прощения.

Чёрный седан у старой церкви. Другой мир приходит туда, где его не ждут. История о том, как одно мгновение может изменить всё: смыть пыль с души и заставить по-новому взглянуть на свои «холуйские дела».

Она приходит каждую ночь. Не к мужу....

Между ними — танец в библиотеке, поцелуй, от которого кружится голова. Их тела говорят на языке древнем, как мир, — языке прикосновений, дыхания и желания. Одна ночь, где не нужны слова. Одна ночь, после которой они разойдутся, чтобы помнить.

Она не узнает его имени. Он не узнает её. Но между строк старых книг, в отсветах свечей и шорохе шёлка они напишут свою историю. Ту, что не прощают. Ту, что не повторяют.

Мой топографический кретинизм — не недостаток. А тонкий инструмент мироустройства.