Андрей выехал ещё затемно.
Город остался за спиной почти незаметно. Последние фонари растворились в зеркале заднего вида, редкие окна многоэтажек погасли за поворотом, и впереди осталась только дорога — старая, знакомая, исхоженная колёсами настолько часто, что он мог бы проехать её почти с закрытыми глазами.
Небо на востоке медленно светлело. Рассвет не спешил вступать в свои права, лишь осторожно касался горизонта бледным серебром. Поля по обе стороны трассы ещё дремали под лёгкой дымкой, а низины были наполнены туманом, похожим на разлитое молоко.
Андрей приоткрыл окно.
В салон проник прохладный воздух с запахом влажной земли и молодой травы. Где-то далеко кричала птица. Звук был едва различим, но именно он окончательно убедил его в том, что утро наступило.
Такие часы он любил больше всего.
Мир в это время казался свободным от суеты. Будто всё лишнее ещё спало, а день только собирался стать самим собой.
Дорога текла навстречу спокойно и ровно.