В доме ван Сейр вечность давно уступила место хаосу.
Здесь древний Архипапа забывает собственные письма и детей, Матрона ведет строгий учет потомства, а дипломатия чаще заканчивается обмороками, чем соглашениями.
Их кровавые хроники полны пафоса, недоразумений и странных брачных союзов, которые никто не планировал.
Здесь бессмертие — это не благословение, а семейная традиция, от которой невозможно сбежать.
В Руннельбрюке даже смерть работает по расписанию.
Гробовщик Элрик Молл подготовил все: гроб, музыкантов и скорбные речи — вот только клиент почему-то передумал умирать и требует бульон, жаркое и веселую музыку.
Остается ждать. Раздраженно. Вежливо. Профессионально.
В тихом и не слишком разумном городе Руннельбрюке работает страж Харпл — человек вспыльчивый, громкий и совершенно убежденный, что настоящий убийца обязан быть двухметровым уродцем с окровавленным топором.
Поэтому Харпл без малейших сомнений пропускает через ворота необычайно вежливого человека, который только и делает, что записывает адреса, вежливо благодарит и… аккуратно вычеркивает имена.
Когда в городе начинают происходить убийства ровно теми способами, которыми Харпл в сердцах грозил знакомым, следствие решает: совпадений слишком много, чтобы быть случайностью.
Но в Руннельбрюке многое как раз и случается случайно — особенно инструкции.
В аду уже не жарко — магму отключили за долги, техника ломается из чувства протеста, а Сатана ходит в пальто и объясняет каждую катастрофу так уверенно, будто это часть стратегического плана.
Ревизии приходят всегда не вовремя, демоны чинят оборудование молитвами (которые запрещены), грешники жалуются на холод, а Сатана хочет горячий чай вместо кубиков льда.
Пропажа дальнего родственника не стала бы событием, если бы не его последние письма.
В них слишком отчётливо угадывается намёк на человека, которому, возможно, лучше было бы их не читать.
