Юлия Арниева

Инна, спасибо! Отвечу по списку  

1. Понимаю ваше негодование, но взгляните на сцену глазами Катрин. Берит к этому моменту уже без сил, она задыхается после каждой длинной фразы. Дожимать женщину было бы опасно. Ну и день еще не закончился ;)

2. Никто её не запирал. Она три дня как упала на лестнице, потому что сердце отказало на ровном месте, и строжайший постельный режим назначил врач, а не злая графиня. Заметьте: Берит не может даже лежать — спит полусидя в подушках. Это очень тяжёлая степень сердечной недостаточности, при которой «полезные прогулки» уже не лечат, а добивают. Плюс на дворе конец февраля, Норфолк, сырость и ветер с моря, тот ещё курорт для сердечника. А вот дальше, к теплу... идея выносить её в парк в кресле, укутанную, без единого лишнего шага — правильная, и Катрин до неё додумается, обещаю)
3. Про травы отвечу подробно, потому что этот вопрос я изучала, когда выбирала для Морриса наперстянку, и медицинский арсенал 1802 года успела перебрать весь 

Пустырник. В Англии он называется совсем иначе — «материнская трава» (его исторически считали средством для рожениц и «от женских тревог») и в старых травниках он числится «от трепетания сердца и меланхолии». Но наша современница знает слово «пустырник» с аптечного пузырька, а как выглядит само растение? Положа руку на сердце: многие ли из нас опознают его в поле? Катрин не травница, чтобы спросить о пустырнике у доктора или аптекаря, ей нужно суметь его хотя бы описать, а описать она может только то, что видела. И даже найдись пустырник, как и валериана, он успокаивает, а не лечит.

Валериана. В Англии 1802 года совершенно официальна, продаётся у любого аптекаря. Но назначают её как нервное средство: от бессонницы, истерик, сердцебиения на нервной почве. И если честно валерьянка и в наши дни сердце не лечит: всё её действие косвенное, через успокоение. Стало спокойнее — перестало «выпрыгивать» сердце — человек решил, что «помогло от сердца». Привычка капать валерьянку «от сердца» — это вообще наше, родное явление. Для Берит она может сделать одно: помочь спать по ночам и меньше изматываться страхом перед приступами. Это немало, но это облегчение, не лечение. Лечит из всего арсенала эпохи ровно одно средство — наперстянка, и она у Берит уже есть.

Боярышник. В Англии растёт вдоль каждой дороги — это главное растение живых изгородей и называется «изгородный тёрн». Только используют его англичане 1802 года как что угодно, кроме лекарства: изгородь, осенние ягоды на желе и деревенское вино, детвора жуёт молодые листочки. Как сердечное средство его не знает никто — ни доктора, ни травники. Европа откроет боярышник для сердца только в самом конце 19 века. А главное на дворе февраль: ягоды с изгородей давно склевали дрозды, цвет (самое ценное в боярышнике) будет только в мае, и в кладовых его никто не сушил — незачем было. 

4. Весь смысл затеи со щенком в том, что Эдмунд выберет его сам, одного, своего. Остальное спойлер)

5–6. По срокам молчу ибо опять спойлеры. А идея с Раддом и моделью парусника у ручья — это прямо подарок, но это уже к лету. 

7. Про «маму» тоже промолчу 

Спасибо за пожелания! Отпуск удался, а насчёт Мордора и Матрицы подумаю: по мордасам там давать есть кому 

Спасибо большое! Очень рада, что история вас увлекла. Очень приятно слышать, что и герои, и атмосфера пришлись по душе. Надеюсь, продолжение вас тоже не разочарует. Приятного чтения! ️

Здравствуйте! Спасибо, что поделились впечатлением. Надеюсь, вы найдете историю, которая увлечет вас больше. 

благодарю за теплые слова) мне очень приятно.

Долгих Вам лет жизни)

большое спасибо за пожелания  

все хорошо, благодарю за беспокойство. Идем строго по графику  

Об изменениях обычно предупреждаю

Дорогие читатели!

От всего сердца благодарю вас за тёплые поздравления с днём рождения. Признаться, не ожидала такого внимания, и мне очень приятно 

Глава опубликована. Спасибо за терпение. Приятного чтения!

Благодарю Вас за теплые слова! Мне очень приятно 

Огромное спасибо!

Катрин уже меняет историю — просто делает это в силу своих возможностей, положения и влияния на текущем этапе. Для меня изменение истории — это не обязательно за один вечер отправить Наполеона в другую сторону и перекроить карту мира.

И про опасность я говорила вот о чём: если пытаться одновременно влиять на всё перечисленное вами — от Турции до Америки, Индии и внутренней политики Англии, — одной жизни не хватит. А ещё гораздо раньше найдутся люди, которым станет выгодно решить проблему вместе с самой графиней

И ещё один важный момент — мне кажется, вы немного ускорили для Катрин время

Она стала графиней буквально только что. До этого была скандальной виконтессой с очень ограниченными возможностями и весьма скромными средствами. С момента возврата приданого прошло меньше полугода, а суммы с производств пока существуют больше в перспективе и расчётах, чем в виде сундуков с золотом.

Поэтому в рамках своих текущих возможностей она уже делает довольно многое: создаёт производства, выстраивает связи, влияет на решения, двигает людей, которые потом начнут двигать что-то ещё.

И ещё мне всё же хочется оставить историю немного ближе к реальности. Не делать из героини всемогущую фигуру, которая за пару лет решает судьбы континентов и лично переписывает учебники истории

Не стоит забывать, что это Англия 1801 года. Здесь даже очень влиятельные женщины редко действуют напрямую — чаще через связи, репутацию, деньги, семьи, покровительство, переговоры и людей вокруг. И влияние такого рода обычно растёт медленно, зато держится дольше.

Очень интересная мысль, спасибо! И в каком-то смысле вы довольно точно уловили направление — просто не в таком масштабе.

Менять историю опасно, и чем больше направлений открываешь одновременно, тем больше появляется людей, которым выгодно, чтобы у тебя ничего не получилось.

И да, для меня «Сахарная империя» никогда не была историей про деньги ради денег)

У Катрин есть цель, просто она не проговаривает её лозунгами. Деньги для неё инструмент: независимость, влияние, возможность принимать решения и больше никогда не оказаться в положении, где её судьбу определяет чужая подпись.

И если вспомнить события книг, первые шаги уже давно сделаны. Она выстраивает связи, заводит знакомства с людьми не только из Англии и уже вмешалась в чужую судьбу так, что последствия этого шага окажутся намного больше, чем кажется сейчас.

Когда я начинала писать эту историю, у меня был чёткий план: к чему должна прийти Катрин и что именно изменить своим появлением в этом мире. И к этой точке мы идём с первой книги.

Просто по дороге история начала обрастать деталями, ответвлениями, последствиями решений героев и связями между ними — и одна-две книги незаметно превратились в цикл 

Так что цель у истории есть давно. Просто путь к ней оказался длиннее чем я изначально ожидала.

да, вы правы) Но в данном случае это мысли героини, которая только очнулась и делает логичные для нее выводы. Много специй, значит скрывают мясо не первой свежести)

Я нигде не писала, что виконтесса ела испорченное мясо или что специи нужны были, чтобы скрывать тухлятину.

Наоборот для богатого дома начала XIX века обилие специй, сахара, сложных соусов и дорогих ингредиентов было скорее демонстрацией достатка и возможностей кухни.

Так что мясо у виконта было вполне приличное, а повар просто любил, чтобы обед выглядел дорого

Ольга, спасибо за отзыв и за пожелания близким! Рада, что история вам нравится.

Но давайте разберем ваши «шероховатости», потому что они здесь как раз на своем месте.

Про картофель. Недоваренный картофель из-за высокого содержания крахмала имеет стекловидную прозрачность, в то время как полностью сваренный крахмал разбухает и становится матово-белым или желтым.
Катрин смотрит на лицо изнеженного сынка баронессы и видит «прозрачную» бледность: безжизненную, сальную кожу человека, который не видит солнечного света и спит до полудня после ночных кутежей.

Про «разделим на двоих». Катрин говорит Гренвилю: «мы с графом уж было решили...». То есть она упрекает его в отсутствии, но делит этот упрек на двоих — прячется за формулировку «мы», прикрываясь фигурой жениха. А Гренвиль считывает подтекст и понимает, что шпилька летит от нее лично. Здесь чистая психология диалога.

Про Хавершема. Он ни разу за книгу ноги не волочил.

Про эмбарго. Катрин иронизирует над тем, что леди Уилкс сделала из оформления свадьбы (фасона платья, украшений и прочее) «государственную тайну» (запрет на слив информации до премьеры — то есть чистое эмбарго в понимании человека из XXI века).

да, уже опубликовала

глава опубликована)

доброго дня.
проды выходят по графику: ВТ, ЧТ, СБ

проды выходят по графику: ВТ, ЧТ, СБ

моя ошибка) исправлю. Привыкла за почти 2,5 книги, что она мисс Эббот

Спасибо 

Скажу одно) У любого решения есть цена, даже у очень выгодного на первый взгляд.

Пока что Катрин уверена, что всё просчитала. Посмотрим, согласится ли с ней жизнь

Подождите, что значит «садиться на кораблики и валить к своим островам»?

У нас впереди ещё промышленный шпионаж, лобби, сахарные войны, немного дипломатии и умеренное количество конюхов.

Так просто из этого уже не отпускают.

Но если серьёзно — спасибо ️ Очень приятно слышать, что книга принесла удовольствие. А за моральную поддержку мужской делегации в обсуждении брачных контрактов — отдельное уважение.

Вы смотрите на ситуацию глазами человека XXI века, а не молодой женщины 1801 года.

Исходите из предпосылки, что богатая вдова — это почти идеальная позиция: деньги есть, свобода есть, можно спокойно строить заводы и никому ничего не объяснять.

Проблема в том, что для той эпохи это работало иначе.

Катрин не выходит замуж потому, что ей срочно нужен мужчина или потому что она не способна защитить себя сама. Она как раз уже доказала обратное.

Но статус молодой богатой вдовы — это не свобода, а очень заметная мишень.

Такой женщиной начинают интересоваться:
— охотники за состоянием;
— люди, которым нужен доступ к капиталу;
— те, кто считает промышленность и большие деньги исключительно мужским занятием;

Брак с Хавершемом даёт ей не землю как таковую (землю можно купить и арендовать), а другое:

— новый круг связей;
— очень старый и влиятельный титул;
— защиту от охоты за её деньгами;
— политический вес;
— возможность спокойно строить производство;
— и главное — статус женщины, которую общество уже перестаёт пытаться «устроить».

И пункт про супружеские обязательства никто не собирается публиковать в газетах. Для общества это будет обычный брак богатой вдовы и графа.

Пы.сы.
Предугадывая следующий вопрос про договор

Во-первых, никто не собирается писать туда формулировку вроде: «брак фиктивный, совместной жизни не будет».

Во-вторых, отдельные имущественные договорённости для людей такого уровня были вещью вполне обычной.

И если совсем цинично. Общество скорее удивится не содержанию договора, а тому, кто вообще сумел получить доступ к частным бумагам графа Хавершема и его поверенного.

Поэтому риск тут конечно не нулевой, но для Катрин выгода сейчас выглядит выше этого риска.

просто сосед, знакомый 
Его ранее не было и скорее всего и не будет 

будет неотредактированная, позже буду перезаливать после вычитки редактором 

Очень интересное замечание!

На самом деле часть вопросов, которые Вы подняли, как раз станет предметом обсуждения в следующей книге.

1. Если сахарный завод построен на деньги траста, принадлежащего Катрин, то он вполне может стать частью этого же имущественного комплекса.
2. Земля не обязательно должна принадлежать Катрин. Её можно арендовать на очень длительный срок, а дальше жизнь покажет.
3. Что касается усыновления, тут есть нюанс: английское право начала XIX века не знало усыновления в современном понимании, а энтейл нельзя было обойти простым назначением наследника по своему желанию.

Кстати, с мистером Беннетом немного иначе. Насколько я помню, в его случае как раз и была проблема в том, что он не мог обойти энтейл и передать поместье дочерям по своему желанию. Именно поэтому после его смерти наследником должен был стать мистер Коллинз.

Но в целом мысль понятна: английское наследственное право того времени было настоящим лабиринтом, и состоятельным семьям нередко приходилось искать весьма изобретательные решения.

Дааа, обыграла всех)