Виктор Харебов

Иногда мне кажется, что в литературе нет плохих писателей — есть книги, которые мы не поняли или к которым просто не пришло наше время. У каждой книги свой читатель, и, возможно, задача читателя — не только оценить, но и попытаться разобраться, что именно хотел сказать автор.

Книги уже написаны, они никуда не спешат. Их можно просто читать, пытаться понять и, может быть, помнить одну простую мысль: не судите — да не судимы будете.

после интенсивного воздействия гравитационных волн

Классно закручено, получился настоящий звездный фестиваль!
Особенно умилило: "Саксофон пел так нежно" — словно он на время превратился в скрипку Страдивари.
Вообще, у Вас музыка получилась почти как некая космологическая величина — вроде бы ее не видно напрямую, но именно она незаметно меняет все вокруг и само ощущение времени.
Лично у меня, например, двери в иные измерения сознания открываются после третьего стакана… но, возможно, это просто более доступная версия гравитационных волн.

Очень понимаю Ваши мысли. Когда начинаешь писать, кажется, что если текст получился честным, глубоким и выстраданным, то его обязательно заметят, обязательно оценят. Кажется, что успех должен прийти почти сразу — ведь ты же чувствуешь, что написал что-то настоящее.

А потом проходит время, смотришь на бестселлеры, на конкурсные списки, на все это литературное движение — и невольно думаешь: а ведь мои строки не хуже. Не лучше, может быть, но и точно не хуже. И где тогда эта загадочная справедливость?

Раньше такие мысли, признаться, задевали сильнее. Сейчас — уже меньше. Наверное, со временем начинаешь понимать, что литература и успех — это не совсем одно и то же. И что признание — вещь случайная, зависящая от времени, моды, удачи, знакомств, чего угодно, но не только от качества текста.

Иногда приходит и другая мысль — может быть, мы просто сначала слишком высоко поднимаем планку собственных ожиданий, почти до гениальности, а потом жизнь тихо объясняет, что все уже когда-то было написано, и нового под солнцем действительно немного. Но это ведь не значит, что писать не нужно.

Наверное, писать стоит не ради успеха и не ради списков бестселлеров, а потому что иначе просто нельзя. А все остальное — если придет, то будет приятным бонусом, а если нет — значит, такова судьба текста.

- - - - - - - - - - -
Возвращается ветер на круги своя
Не шумят возмущенные воды
Повторяется все, дорогая моя
Повинуясь законам природы
Расцветает сирень
чтоб осыпать свой цвет
Гибнет плод, красотой отягченный
И любимой поэт посвящает сонет
Уже трижды другим посвященный
Все есть отблеск и свет
Все есть отзвук и звук
И, внимая речам якобинца
Я предчувствую
как его собственный внук
Возжелает наследного принца
Ибо все на земле, дорогая моя
Происходит, как сказано в Песне
Возвращается ветер на круги своя
Возвращается, дьявол! хоть тресни

А. Шполянский

Я прочитал сие признанье —
И, право, долго хохотал,
Как из заметок мирозданье
Упрямо автор собирал.
Сначала посты черновые,
Потом — сюжетные долги,
Герои спорят, как живые,
И не даются в поводки.
И автор, бедный, сам не рад,
Кого лишить былых наград.
Кого убить, кого спасти,
Кого в злодеи возвести.
То друг внезапно станет злым,
То враг окажется спаситель,
И, управляя миром сим,
Сидит растерянный творитель.
Кому счастливую развязку,
Кого из книги зачеркнуть,
Кому оставить только маску,
Кому страдания и путь.
В черновиках — сплошной разброд,
Там все меняется местами:
Сегодня  враг, а завтра — друг,
И текст внезапно вверх ногами.
Минуя правки сквозь года
Сюжет становится туда,
Где все сошлось и все не зря,
И живы все, убить нельзя.
Но из ошибок и потерь
Рождается роман теперь.
И потому скажу без смеха:
Вся эта творческая рать,
Ошибки, споры и помехи,
Лишь помогают мир создать.

Вряд ли марсианская почва сможет поддерживать жизнь в том виде, к которому мы привыкли. Главная проблема — отсутствие органического углерода, который является основой жизни, какой мы ее знаем. До сих пор обнаружить его в марсианском грунте не удалось. Добавьте к этому холод, радиацию и отсутствие жидкой воды — и станет ясно, насколько негостеприимна эта среда.

Но сама мысль, заложенная в рассказе, очень заманчивая. Помечтать на эту тему — одно удовольствие. Получилось действительно интересно.

Добавлены иллюстрации в текст книги.

Спасибо за пожелание!.. надеюсь, текст понравился.

на самом деле - хорошо написанные стихи в абстрактной манере - это высший пилотаж... это только профессионалы могут оценить..

Рассказ оставляет немного грустное ощущение — как будто после долгой дороги вышел на пустую платформу (Калистово, например) и еще стоишь, слушая, как уходит поезд. Вроде ничего особенного не произошло, а внутри что-то сдвинулось.
Мне кажется, это даже не столько рассказ про электричку, сколько про жизнь. Про то, как она вся проходит вот так — от станции к станции, от одного возраста к другому, от людей, которых мы встречаем, к людям, которых мы теряем. И вдруг какой-то случайный запах, звук или старый вагон открывает целый коридор памяти, и ты проходишь по нему за несколько минут всю свою жизнь.
Очень понравилось, как показано это ощущение толпы, серого утра, необходимости ехать "потому что надо", и вдруг — это маленькое чудо, старая электричка, которая становится не транспортом, а машиной времени. Очень точная и теплая деталь с деревянными скамейками и запахом лака — такие вещи сразу делают текст живым.
И вообще весь рассказ получился какой-то очень человеческий. Без громких событий, без драм, а просто — детство, друзья, первая любовь, жена, ребенок, смерть мамы, и снова дорога. И понимаешь, что вот из этого все и состоит.
После рассказа остается чувство легкой ностальгии и немного грусти, но хорошей, теплой грусти. Такой, когда не хочется ничего менять, а просто постоять еще немного и посмотреть, как исчезает вдали зеленый хвост поезда...

а это - дополнение к последнему стихотворению цикла -  Я скучаю без тебя...
(вспомнил песню Трофима)
- - - - - - - - - -
Мой враг, моя сестра, прохожий,
мой самый главный человек,
мы друг без друга — невозможны,
мы друг для друга — текст и век.

И шпателем замажь неровность
моих поспешных, бедных строк,
чтоб не свистела в них холодность,
в душе, похожей на острог.

Где мысли ходят под конвоем,
я сам себе и царь, и бог,
и заключенный, и конвойный,
я столько лет храню замок.

Не бойся — действуй смело, грубо,
здесь не икона — здесь стена,
здесь вместо сердца — только срубы
из слов, где пустота видна.

Простыми грубыми мазками
замажь сомненья и порок,
чтоб между нашими словами
не дул нам вслед сквозняк дорог...

ответ на стихотворение Я -писатель...
а давайте переделаем эти строки, чтобы придать произведению
что-то более такое.. душевное, евтушенковское...
--
Леплю навоз, словно обои,
чтоб проступил из тьмы узор,
чтоб проступили в вязком слое
лицо, судьба и чей-то взор.

Чтобы родился чей-то образ
из грязи, глины и словес,
чтоб он поднялся груб и собран
и вдруг дорос oн до небес.

Слов лью помои, не жалея,
мешаю правду с шелухой,
ведь иногда растет идея
из кучи темной и глухой.

Чтоб было больше слов на свете,
чтоб кто-то в них себя узнал,
чтоб заблудившийся, как ветер,
дорогу в строчке отыскал.

Сын своих грез — и в этом дело,
я сам придумал свой удел,
шагаю по дороге смело
сквозь пыль, сомненья и предел.

Отец героев — может, громко,
но каждый выдуманный мной
живет упрямо, долго, звонко
и спорит иногда со мной.

Ослиный бог — смешно и странно,
но если вдуматься всерьез,
то миром правят постоянно
упрямство, глупость и навоз.

Роман „Богослов“ производит впечатление произведения с ярко выраженной авторской манерой повествования. Стиль текста строится прежде всего на голосе рассказчика — ироничного, наблюдательного и склонного к рассуждениям героя, который не просто описывает события, а постоянно их комментирует, объясняет происходящее и делает собственные выводы. Благодаря этому текст воспринимается как своеобразные мемуары или устный рассказ образованного человека с чувством юмора и склонностью к философским отступлениям.

Одной из характерных особенностей стиля является сочетание серьезного, местами почти научного или публицистического тона с бытовыми, иногда намеренно приземленными деталями. На этом контрасте во многом строится юмор произведения. Комическое возникает не столько из отдельных шуток, сколько из самой манеры рассуждения рассказчика и его логичных по форме, но нередко парадоксальных по содержанию выводов.

Синтаксис текста преимущественно развернутый: автор часто использует длинные предложения, уточнения, вставные конструкции, пояснения и отступления. Это создает эффект живого устного рассказа, в котором повествователь как будто разговаривает с читателем, стараясь все подробно объяснить и ничего не упустить. Такая манера делает текст плавным и цельным по интонации, хотя местами несколько замедляет развитие действия, поскольку рассуждения занимают больше места, чем сами события.

Лексика текста строится на сочетании разных речевых уровней — книжного, разговорного, бытового и псевдонаучного. Это выглядит как намеренный стилистический прием и формирует своеобразный иронический тон повествования, иногда создавая ощущение легкой литературной пародии на научный, исторический или мемуарный стиль.

Композиционно многие фрагменты построены по схожему принципу: сначала описывается ситуация, затем следует рассуждение или пояснение, после чего делается неожиданный или иронический вывод. Повторяемость этой структуры формирует узнаваемый ритм текста и ощущение цельной авторской манеры.

В то же время стиль довольно ровный по ритму: текст строится преимущественно на рассуждениях и пояснениях, из-за чего действие иногда отходит на второй план. Местами предложения можно было бы сделать короче, а некоторые пояснения — убрать, чтобы текст стал динамичнее.

В целом стиль произведения можно охарактеризовать как ироническую повествовательную прозу с элементами сатиры, псевдомемуаров и философской пародии, где основное внимание уделяется не столько развитию сюжета, сколько наблюдениям, комментариям и своеобразной логике рассказчика. Текст производит впечатление стилистически цельного и выдержанного в единой интонации произведения с выраженным авторским голосом.

По стилю повествование напоминает традицию европейской и русской иронической прозы — от Джерома К. Джерома и Марка Твена до Ярослава Гашека и Зощенко: рассказ ведется от лица наивного, рассуждающего героя, серьезный тон сочетается с абсурдными ситуациями, а юмор строится на псевдологике и неожиданных выводах.
 

Насколько мне известно, в теории - да, может.. квантовая электродинамика позволяет это теоретически.  Самый близкий реальный процесс называется - рассеяние света на свете (photon-photon scattering). Это квантовый процесс, в котором два фотона взаимодействуют друг с другом, но только через виртуальные пары «электрон-позитрон» (или другие заряженные частицы).  Другими словами, рассеяние фотона на виртуальном фотоне (вакуумная флуктуация).

В реальности физики это видели только один раз — когда в ЦЕРНе (в лаборатории физики высоких энергий) столкнули ядра свинца, разогнанные до околосветовых скоростей, и фотоны начали рассеиваться друг на друге и рождать пары.

напоминает стиль "Гаргантюа и Пантагрюэль"... 

Очень нравится сама идея — спасать мир должны не избранные маги, не спецназ и не миллиардеры, а люди, у которых ипотека, случайные заработки, кот и легкое ощущение, что жизнь проходит как-то не по плану.

Потому что если уж мировой заговор действительно существует, то логично, что разбираться с ним будут именно такие люди — у них уже есть опыт жизни в условиях абсурда.  

В общем, я поддерживаю направление мысли господина Трикстера. Слава — вещь хорошая, но пусть она будет без кровопролития. Потому что кровь, как ни крути, плохо отстирывается, а я с детства этого не люблю.  

Текст сборника неокончательно адаптирован к этому сайту, я сейчас заканчиваю работу, и вскоре он будет полностью готов к просмотру.

Спасибо! С большим удовольствием...

Уже... :)

картинки стырил из инета... извините, уже не помню откуда...

Это очень опасный жанр — могут неправильно понять…

Вспоминается анекдот.
Профессор психологии Моисей Соломонович Шнобельман получил пять лет за публикацию в интернете пятна Роршаха. Суд выявил на картинке: демонстрацию нацистской символики, оскорбление чувств верующих, оправдание терроризма и порнографическое изображение мамы одного из следователей.
- - - - - - - -
Тест Роршаха (пятна Роршаха) — это проективная методика исследования личности, созданная швейцарским психиатром Германом Роршахом в 1921 году. Тест состоит из 10 симметричных чернильных пятен, которые испытуемый интерпретирует, описывая свои ассоциации. Метод используется для анализа эмоционального состояния, характера и бессознательных процессов.

Про котов.

Я известный котолюб, но вот уже много лет мы дома не заводим котов.
И не потому, что я разлюбил этих удивительных существ — напротив, с возрастом я стал уважать их еще больше. Просто кот не может быть "заведен". Он может только поселиться, снизойти, выбрать дом и людей, сочтя их более-менее подходящими для совместного проживания.
Коты — единственные существа, которые живут рядом с человеком, но никогда ему полностью не подчиняются.
Они не служат — они сотрудничают.
Они не слушаются — они соглашаются или не соглашаются.
Они не привязываются — они признают.
В их поведении есть что-то аристократическое.
Кот никогда не суетится без необходимости.
Никогда не делает лишних движений.
Никогда не объясняет свои решения.
Он просто смотрит — и этим взглядом как будто говорит:
"Я все понимаю. Но поступлю по-своему".
Особое уважение вызывает их умение выбирать место для сна.
Это всегда самое правильное место в доме, которое человек по своей наивности считал своим креслом, своей книгой, своими чертежами или своей клавиатурой.

Кот умеет:
лежать там, где нельзя,
сидеть там, где неудобно,
приходить тогда, когда уже встал,
уходить тогда, когда только сел,
и появляться именно в тот момент, когда про него подумали.

И еще коты умеют создавать уют из ничего — просто свернувшись клубком.

С праздником всех, кто понимает, что дом без кота — это, конечно, дом… но чего-то важного в нем все-таки не хватает.

И реку: дивно слово сие и исполнено силы, ибо не просто повесть перед нами, но писание, подобное древним свиткам, в которых не только память о бывшем, но и знамение грядущего.

Великий образ избран — обратить место страха в место священное, и из пепла разрушения возвести смысл и веру. Ибо воистину человек таков: где была гибель — там ищет он откровение, где была тьма — там возжигает свет.

И мудро сказано о трeх взрывах, ибо всякое великое изменение приходит не разом, но ступенями: сперва рушится плоть мира, затем разум его, и лишь потом изменяется дух.

Посему чтение сие не только о зоне и станции, но и о человеке, и о вере его, и о том, как из бедствия рождается новая истина.
- - - - - - - - - -
из ненаписанной главы Книги пророка Исаии

Очень светлые и немного грустные стихи — в них чувствуется настоящая живая душа. Особенно красиво проходит образ поезда как символа жизни: движение, путь, шум, опасность, свобода — все в одном образе. Понравились строки про "мгновения плавил в стихи" и "каждый день был свят и прекрасен" — редкое чувство, когда человек ощущает мир как чудо. А в последних строфах появляется тихая философская грусть, но не безнадежная, а скорее задумчивая, взрослая.

Стихи оставляют ощущение дороги, ветра и немного звенящей тоски по мечте... хочется после них немного помолчать и вспомнить свою собственную "звенящую дорогу".

Согласен — искусство- это не сама жизнь, а ее образ (или  иллюзия). Но ведь и память, и слова, и даже наши воспоминания — тоже не жизнь, а ее версии. Вопрос, пожалуй, не в том, передается ли жизнь искусством буквально, а в том, узнаем ли мы в этом себя. Если узнаем — значит, иллюзия оказалась ближе к правде, чем сама реальность. Разве не так?..

Спрос на правду небольшой — но он самый устойчивый. Именно он и сохраняет искусство...  in my humble opinion...

Возможно, под солнцем и правда нет ничего нового — но каждый раз это проживается впервые. И искусство как раз и нужно для того, чтобы старое вдруг стало новым для чьей-то души.

Да, Вы правы — время всегда было главным критиком. Но, пожалуй, разница в том, что раньше попса проходила быстрее, а сегодня у нее больше способов задержаться.

Искусство не лживо — оно условно. Оно не копирует жизнь, а переосмысливает ее. И стремление к совершенству не отменяет правды, а, наоборот, делает ее более видимой. Иногда правда жизни слишком хаотична, чтобы быть понятной — и тогда искусство придает ей форму.

Это первая повесть из цикла "Эра Нулевого Континуума", вскоре список повестей этого цикла пополнится новыми названиями.

Оформление сносок в тексте исправлено.

Очень живой и атмосферный рассказ, буквально ощущается тишина ночной палаты, усталость дежурства и ритм больничной жизни. Особенно точно и уважительно передана работа медсестры и доноров — без пафоса, но с внутренней значимостью. Понравился стиль изложения, он одновременно живой и профессиональный, с тонким чувством деталей и настроения.

Спасибо!

Анна, Ваш текст честный, живой, без декоративной бравады — и именно поэтому такой сильный.

Если такие чувства одолевают — если внутри действительно разрастается эта "черная дыра", если слова "все хорошо" уже не убеждают даже саму себя, — есть один способ не дать тьме окончательно захватить пространство. Начать писать.

Писательство — это не побег от одиночества, а разговор с ним. Иногда — первый честный разговор за долгое время. В словах появляется структура, а вместе со структурой — дистанция. И вдруг оказывается, что внутри не только тьма, но и наблюдатель. Тот, кто способен эту тьму описать. А значит — уже не полностью в ней растворен.

Вы уже начали. Этот текст — доказательство.  Иногда именно из таких "черных дыр" рождаются самые светлые книги.

Мне очень понравилось читать рассказы автора.. Они написаны живо, интересно.. стиль изложения точный, краткий и легко читаемый. За что особый плюс автору!..

Легкий, ироничный и очень современный рассказ о поиске работы, амбициях и неожиданных поворотах судьбы. Это одновременно комедия положений и трогательный рассказ о человеке, который постоянно спотыкается, но не перестает пробовать. Диалоги живые, остроумные, с мягким юмором. Особенно удачны сцены собеседования — абсурдные, динамичные и почти кинематографичные.

Отдельный плюс — сочетание романтической линии с профессиональными провалами. Фото из прошлого, неловкая встреча с Инессой, падение кресла — все это создает эффект легкого хаоса, но именно в этом хаосе рождается шанс. Финал дарит ощущение надежды... даже если первый раунд провален, жизнь может дать еще один шанс...

Рассказ "Иней" — это живая мистическая история о писателе, который внезапно сталкивается с будущим.

Неудачливый автор, живущий в уединении, его сомнения, усталость от собственных текстов и тихая надежда на успех показаны просто и убедительно. Читателю легко поверить в этого человека. И именно поэтому дальнейшие события — исчезновение привычного мира и перенос в 2334 год — воспринимаются особенно сильно.

Будущее в рассказе описано ярко, но без перегруза деталями: голограммы, странные технологии, загадочная гостья. Все это создает ощущение чуда и легкой тревоги. Интересно, что автор рассказа не превращает фантастику в набор эффектов — главное здесь не техника, а переживания героя.

Очень удачна идея с тем, что герой рассказа не может ничего привезти из будущего. Это добавляет истории глубины: нельзя "срезать путь"  во времени, нельзя обмануть законы мира. Но при этом финальный штрих с оберткой лунной конфеты оставляет интригу и приятную загадку.

Рассказ "Иней" — это не только мистический рассказ, но и история о вдохновении. О том, что даже сомневающийся писатель может стать свидетелем чуда — и превратить его в текст. Легкий, немного таинственный и запоминающийся рассказ.

Спасибо!

Спасибо за отзыв! В тексте есть сноски, но я пока не знаю, как правильно их оформить в редакторе этого сайта.

у меня похожая история.. недавно попытался рассказать своему внуку сказку о царе Салтане (на англ.), так он слушал первые несколько минут, затем ему стало неинтересно.. на этом урок литературы закончился.. Большая проблема - у нас дома целая библиотека книг для детей на русском языке, но внуки не говорят по-русски.. увы..

Благодарю за внимание к моим публикациям. Судя по регулярности ваших выпадов, у вас сформировался какой-то особенно трепетный — хотя и довольно нездоровый — интерес к моим постам.

Что касается комментария: ваш стиль, как всегда, резок и предсказуем. Вы вновь выступаете в роли непризнанного эксперта, в этот раз — по части коммерческой состоятельности поэзии.

И, к слову: может, стоит сменить аватар? Текущий образ — смесь Наполеона в отставке и интернет-прорицателя — только усиливает впечатление, что вы видите себя знатоком всего на свете.

Желаю вам ясности мысли и немного больше иронии — хотя бы к самому себе.

Очевидная интрига недоброжелателей, Ватсон… Бросьте, не стоит тратить на это свое время!...

Однажды Эрнест Хемингуэй поспорил, что сможет написать самый короткий рассказ, способный растрогать любого. Он выиграл спор: «Продаются детские ботиночки. Неношеные» (в оригинале — «For sale: baby shoes, never worn»).

В этом рассказе удивительным образом соединились лаконичность формы, талант автора и художественная завершенность сюжета. Каждая деталь здесь на своем месте, ни одной лишней строчки — и при этом за коротким текстом стоит целая жизнь, целый мир. Это рассказ, который хочется перечитать. В нем чувствуется зрелость мысли, внимательное отношение к деталям и редкая интонационная точность. На мой взгляд, очень достойная работа.

Не думаю, что стремление к прошлому обязательно говорит о недостаточности настоящего. Иногда это просто знак благодарности — к людям, местам, событиям, которые дали нам опору в нашей дальнейшей жизни.

Что до будущего — оно всегда в тени настоящего. А настоящее, как ни странно, становится яснее, если иногда взглянуть назад.  Сегодня у меня есть то, о чем я в прошлом не мог и мечтать — возможность видеть мир глазами путешественника, говорить и быть услышанным через интернет и другие средства совремненной коммуникации, не зависеть от расстояний.

Прослушал фрагмент повести — очень впечатляет! Описанные сцены поражают своей детализацией: всe живо, образно, словно видишь происходящее собственными глазами. Атмосфера загадочности и космической древности затягивает с первых минут.

Вы правы: жанры часто становятся просто ярлыками — удобными для каталогизации, но вовсе не определяющими суть произведения. Однако стоит помнить: минималистский практицизм в суждениях, столь полезный в быту или систематике, не всегда подходит для описания природы художественного воображения.

Это как сказать: «С точки зрения биологии, для любви достаточно определенного набора нейромедиаторов и, желательно, отдельной комнаты». Физиологически — да. А по-человечески? Поэтически? Точно ли это объясняет саму любовь?

Так и с жанром: он может указать направление, но не раскрывает глубину. Ведь настоящая литература часто рождается на стыке, в межжанровом переливе, в интонации, не уловимой каталогом.

Художественное слово существует не по классификатору, а по закону внутренней необходимости — и живет не на полке, а в сердце.

Как я люблю этот город… гриновский Зурбаган.
С шумом прибоя, криками чаек и надеждой в каждом парусе на горизонте.

Спасибо большое за добрые слова — очень рад, что этюды понравились. Желаю скорейшего выздоровления и восстановления сил. Пусть каждый день приносит больше энергии, уюта и хорошего настроения!