6 116
17 413
5 490
13 975

Заходил

Написал комментарий к произведению Разбор романа Час Быка

Ну были магнитные ленты, но при встрече с попаданцем нужен совет заменить, например, на диски или карты памяти.

А вообще меня удивляет отсутствие в будущем системы психологической реабилитации после деятельности очень вредной для психики и навыков у людей легко переносить стрессы.

Написал комментарий к посту Попаданцы в шестидесятые, что дальше

Учитывая толщину снежного покрова, легковые внедорожники тяжёлого класса будут ой как нужны. А вообще это, раз попаданец оказался на заводе, закладки на будущее, куда ориентироваться.

Потом буду думать, как лучше написать про эвакуацию северных районов.

Написал комментарий к рецензии Рецензия на роман «Петров, Баширов, звездолёт»

Результат:

Вероятность того, что текст написал ИИ: 65%.

Почему такая оценка?

Текст обладает характерной структурой, которую часто выдают языковые модели:

Структурная предсказуемость: Четкое деление на «Плюсы», «Минусы» и «Заключение» — это стандартный шаблон, который ИИ использует по умолчанию для рецензий.Сбалансированность: Текст написан максимально нейтрально и «безопасно». В нем соблюден идеальный баланс между похвалой и критикой, что типично для алгоритмического анализа.Лексические маркеры: Фразы вроде «свидетельствует о тщательной проработке материала», «придает повествованию достоверность» или «абстрагироваться от идеологической составляющей» — это очень типичные для ИИ клише, которые звучат грамотно, но несколько «стерильно».Что можно улучшить?

Чтобы текст выглядел более «человеческим» и живым, попробуйте следующее:

Добавьте субъективности: ИИ пишет так, будто он — сторонний наблюдатель. Добавьте личное отношение. Например, вместо «диалоги могут утомлять» напишите: «Лично меня бесконечные лекции в диалогах заставляли пролистывать страницы, хотя я понимаю, зачем автор это делал».Избегайте списков, где это возможно: Списки — самый простой способ выдать ИИ. Попробуйте вплести плюсы и минусы в связный текст. Например: «Несмотря на то, что техническая часть проработана до мелочей, персонажи на этом фоне выглядят картонными, что сильно бьет по сопереживанию».Больше конкретики: Вместо общих фраз («динамичные сцены», «неравномерный темп») приведите один конкретный пример из книги. Например: «Сцена с поломкой системы жизнеобеспечения в третьей главе — одна из лучших, но сразу после нее темп проседает на десяток страниц скучных диалогов».Стиль: Добавьте немного «неровностей» — авторских метафор, иронии или более разговорных оборотов, которые не звучат как выверенная рецензия для литературного портала.


Больше: https://sinonim.org/detector#res

Написал комментарий к посту Гонки с человеком

Я возобновил свой фанфик на Долгую зиму.

И один из вопросов, который поставит герой, это как сделать, чтобы Советский Союз, став единственной сверхдержавой, не стал деградировать и загнивать как США после распада СССР.

И второй вопрос, к вам. Стоит ли написать подробный разбор романа "Час Быка" так как сделал с "Туманность Андромеды"?

Написал комментарий к посту Какие будут предложения?

По поводу угрозы радиоактивного заражения. Оно не настолько опасно как большинство людей думают. Авария на ЧАЭС равноценна взрыву больше тысячи атомных бомб, потери людей не впечатляют

Написал комментарий к произведению Изумрудный закат

Тоже правильно.

А хотя... Вот из моего романа, часть героев из "Таинственный остров"



Ветра были так себе, и всё ослабевали. Но доползли до Фритауна. Самого города, естественно, ещё не было, а вот залив Тагрин с полуостровом на месте. Залив, окаймлённый зеленью, был прекрасен. На юго-западе зелёные горы, на востоке и севере равнины, заросшие джунглями. Стремительный закат был прекрасен, его наблюдали с палубы, а высадка на следующий день.

Гедеон в десант взял с собой АСВК. Ричард как увидел, с чем пошёл на охоту, удивлённо спросил:

- Это ж на кого такое ружьё?! Вы же пару антилоп решили подстрелить.

- На всякий случай. Вдруг слон бешеный встретится.

Партия в составе Гедеона, Наба, Герберта, Алексея, Петра, Снеговых и Мстислава отправилась на берег на двух шлюпках. Шли на берег осторожно, поглядывая на воду. Вдруг Герберт, осматривая берег в бинокль, закричал и потребовал править в выбранное им место.

Шлюпки пристали, и все направились к дереву, усеянному крупными жёлтыми плодами с зелёными и красными пятнами. И тут послышался топот, выбежал бегемот из кустов прямо на бывших робинзонов. Все успели отскочить, только старшего Снегова задело животное, отбросив в сторону. Огромный разъярённый зверь затормозил, развернулся, оглянулся и только хотел рвануться на Юрия, как грянул выстрел.

- Это песец! Предупреждать же надо! – Лёха аж присел. Ударило всем по ушам знатно, аж у всех зазвенело.

- Громкий выстрел, очень, - оценил Голицын, ковыряясь в ухе.

Послышалось два стона с разных сторон. С одной стороны журналист стонал, держась за плечо, а с другой стороны Профессор стонал.

- Папа, ты как?! – бросился Коля к отцу.

- До свадьбы заживёт, - пошутил архитектор. – Я думал, всё, смерть моя пришла.

- Точно пришла. Но не за вами. Молодец, мистер Спилет, метко стреляете, - похвалил Петя.

- Я уж заметил. Но это ружьё бьёт отдачей как конским копытом, - морщился Гедеон.

- Зато наповал убил бегемота. Одним выстрелом, - отметил князь.

У этого свирепого травоядного зверя голова была разворочена попаданием пули калибра 12,7 миллиметра. Сие было неудивительно, поскольку удар пули весом 59 грамм со скоростью девятьсот метров в секунду пробивал стальную плиту толщиной два сантиметра или десять сантиметров бетона. Энергии пули было предостаточно для всяких броневиков, для лба всяких там носорогов, бегемотов и слонов было тем более достаточно. Брызги мозгов бегемота подтверждали.

- Я до сих пор не понимаю, чем вам винтовка Барретт М82 не понравилась, но большой калибр рулит! – заявил Николай.

- Мне нравится русское оружие, - отметил журналист.

- Мюллер раскинул мозгами. Всё кругом было в брызгах, - пошутил Юрий.

- Собаку надо было с собой взять, - заявил Лёха.

- Не разобрался б, если их несколько, - пояснил журналист. – И Топ всегда с хозяином.

Разговоры закончили и стали разделывать бегемота, всё ж таки проблему пополнения запасов мяса решили. Юрий и Гедеон присматривали за окрестностями из лодок.

- Герберт, что в этом дереве? – спросил Алексей.

- Это плоды манго, - ответил Петя. – Попробуй.

Ароматные плоды размером с кулак оказались похожи по вкусу на сладкую грушу с привкусом сосновой смолы. Неудивительно, что бегемот попробовал защитить дерево. Их тоже собирали, сколько могли.

Написал комментарий к произведению Изумрудный закат

Сколько там энергия пули? 11 кДж? А у армейского советского патрона калибра 12,7 мм целых 32 кДж

А ещё скорострельность у ПТРС до 15 выстрелов в минуту, там магазин на 5 патронов. У однозарядного ПТРД до десяти в минуту.

На этом и погорели, три трупа...

Написал комментарий к рецензии Рецензия на роман «Трудный путь к любви»

У меня в романе "Петров, Баширов, звездолёт" есть второстепенный персонаж Жесси, изначально помощник психолога. Я попросил Алису написать то, как Кира пришла к ней на приём как к психологу.





Кира на приёме у Жесси

Кабинет был маленький и почти пустой: стол, два стула, чайник на тумбе у окна. Никаких дипломов в рамках, никаких мягких кресел для «погружения в травму» — ничего из того, к чему Кира привыкла в фильмах про психологов. На стене — только календарь, оторванный ровно до сегодняшней даты.

Жесси встретила её в чёрной водолазке и тёмных леггинсах, на босую ногу — тапки. Волосы собраны назад, и от этого лицо казалось ещё более открытым, чем было на самом деле: скулы, тёмные глаза, рот, который улыбался только когда хотел. Кира невольно потянула на себя пиджак, одёрнула юбку. Рефлекс — когда рядом женщина красивее, попытаться хоть как-то обозначить себя.

— Садитесь. Чай будете? — спросила Жесси так, будто речь шла о погоде.

— Я не за чаем пришла, — отрезала Кира и тут же села, потому что ноги и правда подкашивались.

Жесси кивнула, налила себе и села напротив. Не стала брать блокнот, не стала класть карандаш параллельно краю стола — просто обхватила кружку ладонями и стала ждать.

Молчание длилось минуту. Две. Кира вдруг почувствовала, что тишина давит сильнее, чем любой вопрос.

— У меня… не всё в порядке, — начала она, и голос прозвучал тоньше, чем она рассчитывала. — С мужем. Бывшим. Он… мы… — Кира запнулась, потому что «бывшим» было неточно. Они развелись. Потом сошлись. Потом снова развелись. Потом она забеременела. И теперь — опять вместе. Или нет. Кира сама не знала.

— Так бывший или текущий? — Жесси спросила без насмешки, но и без жалости. Просто уточнила.

— Не знаю, — призналась Кира, и это было первое честное слово за весь разговор.

Жесси молчала. Не из вежливости — из привычки. Она наблюдала. Этому её научили в школе-интернате, потом в подготовке к полёту: смотри, слушай, потом говори психологу, с кем работать. Только сейчас психолог — это она сама. Игнатьев доложил наверх, и теперь вот — подопечные из местных, которых нужно «осмотреть» и решить, стоит ли с ними возиться.

Кира говорила. Много. Быстро. Перескакивала с одного на другое: отец, директор института, первый парень, который бросил её утром, Виктор Александрович, который пришёл в кабинет и… — тут Кира замолчала на секунду, будто споткнулась, и Жесси отметила: вот, именно тут она спотыкается. Не на Павле — на этом, на Викторе. Но Кира тут же побежала дальше: свадьба Маши, клуб, фиктивный брак, три года холода, букеты, которые она сама себе заказывала, скандалы, месть, развод, беременность, венчание…

Жесси слушала и считала. Считала, сколько раз Кира произнесла «он», «мне», «из-за него». «Он» — четырнадцать раз. «Мне» — двадцать три. «Из-за него» — девять. Ни одного «я сама».

— Кира, — сказала Жесси, когда та наконец выдохлась. — Скажите мне: а чего вы хотели? Не от них. От себя. Что вы хотели для себя?

Кира моргнула. Потом моргнула ещё раз.

— Я хотела, чтобы меня любили, — сказала она, и это прозвучало как ответ, но Жесси знала, что это не ответ.

— Это хотят все. А что вы делали для этого?

— Я… — Кира открыла рот, закрыла, снова открыла. — Я работала. Училась. Строила карьеру. Вела передачи. Организовывала свадьбы. Два высших образования…

— Это про достижения. А про любовь — что?

Тишина. Кира смотрела в пол. Жесси — на Киру. За окном мелькали деревья, где-то далеко — редкие огоньки деревни, которая вымирала. Но здесь, в кабинете, время словно остановилось.

— Я… не знаю, — тихо сказала Кира, и Жесси увидела, как у неё дрогнули уголки губ. Не от обиды. От испуга. Человеку страшно, когда он впервые понимает, что не знает ответа на вопрос о себе.

Жесси поставила кружку на стол и чуть подалась вперёд.

— Я вам скажу, что я вижу. А вы решите, правда это или нет.

Кира подняла голову.

— Вы приходите к мужчинам с уверенностью, что они вас ранят. И ведёте себя так, чтобы они это сделали. А когда они делают — вы злитесь. Но не на них. Вы злитесь, что мир снова подтвердил то, что вы и так знали. Что вас не любят. Только вот — вы сами делаете так, чтобы это подтвердилось.

Кира побледнела. Потом покраснилась. Потом — снова побледнела.

— Это не… Я не… — она начала и не закончила.

— У вас в институте директор принял вас без экзаменов. Вы подумали — почему? Или обрадовались и побежали? — Жесси не ждала ответа. — Первый парень бросил вас утром. Вы сказали подруге — пусть берёт. Зачем? Чтобы он сделал больно ей, а не вам? Чтобы_controlировать_боль? Виктор Александрович пришёл в кабинет и… вы не сопротивлялись. Не потому что слабая. Потому что сопротивляться — значит_решать_. А не сопротивляться — значит_быть жертвой_, а жертву жалеют. Жертве не нужно объяснять, почему она несчастна. Она и так несчастна. Это удобно.

Кира вскинулась:

— Удобно?! Вы думаете, мне было_удобно_?!

— Нет. Вам было больно. Но боль — это привычно. А счастье — нет. Вы не знаете, что с ним делать. Поэтому, когда Павел предложил фиктивный брак, вы согласились — не потому что устали от мужчин, а потому что фиктивный брак — это_гарантия_, что любви не будет. Вам так спокойнее.

Кира молчала. Долго. Потом сказал одно слово:

— Б***ь.

Жесси усмехнулась. Не ободряюще, не с сочувствием — просто усмехнулась, потому что это было честное слово, и она знала цену честным словам.

— Я не буду вас жалеть, Кира, — сказала Жесси. — Жалость вас не лечит, она вам нужна, чтобы_остаться_там, где вы есть. Если хотите — приходите ещё. Но не для того, чтобы рассказывать, кто вас обидел. А для того, чтобы разобраться, зачем вы это_выбираете_.

Кира встала. Подошла к двери. Остановилась.

— А у вас… у вас всё в порядке? — вдруг спросила она, и это было неожиданно, потому что за весь сеанс Кира впервые подумала о ком-то другом.

Жесси чуть склонила голову.

— У меня трое детей в интернате и старшая дочь уже родила. Я не видела внука. Я здесь, в вашем времени, потому что мой мир закончился, и мы летели сюда, не зная, что найдём. Но я не жалуюсь. Я_выбрала_лететь. Видите разницу?

Кира кивнула. Открыла дверь. Обернулась.

— Жанна? Или как вас?

— Жесси. Жанна — это для тех, кто не умеет слушать.

Кира вышла. Дверь скрипнула так же, как и в первый раз, но теперь этот звук был просто звуком — без предбанника, без больницы, без_того_самого_кабинета.

Жесси допила чай, сполоснула кружку, поставила на полку. Потом достала телефон, открыла заметки и написала: «Кира Лозу. Склонна к саморазрушению через отношения. Паттерн: создаёт конфликт → страдает → винит других → повторяет. Инсайт возможен, но сопротивление высокое. Работать с потребностью контролировать боль через её воспроизведение. Не жалеть. Жалость — топливо для паттерна».

Потом добавила: «Придёт ли снова — неизвестно. Эти иногда не приходят. Им проще найти нового мужчину, чем новую правду о себе».

И закрыла телефон.

Выключить звук

Написал комментарий к произведению Изумрудный закат

Экшен это, конечно, хорошо, интересно. Вот только этого ящера, будь у охотников ПТРС, расстреляли бы без особенного риска с расстояния полкилометра.

Написал комментарий к рецензии Рецензия на роман «Трудный путь к любви»

Конечно надо. Вы мою рецензию ещё раз прочтите и с этой сравните. Они разные, но указывают почти на одно и то же.

И ещё раз просьба: вспомните мои описания женщин со звездолёта, их поведение.

Наверх Вниз