— Декабрь, а куда мы едем? — Марусино личико с розовыми йогуртовыми усами сияет.
— В Великий Устюг. Не иначе! — Марго кидает в меня Марусиным мячом.
Я принимаю удар на грудь и чеканю мяч.
— Ой, как круто! — У Маруськи округляются глаза. — Научишь меня так?!
— Научу!
Набивать мяч готов сейчас до бесконечности, но разговора с Марго всё равно не избежать. У меня против неё есть только одно грозное оружие. Подхожу к Марусе и вытираю ей салфеткой усы.
— Мы едем ко мне домой, — подхватываю дочь на руки, — у тебя там будет своя комната и много игрушек. Если, конечно, мы с тобой маму уговорим.
Маруся обхватывает меня за шею и серьёзно смотрит в глаза:
— Я уговорю. Она сначала и обезьяну не хотела.
Шесть лет назад, меня с пулей в плече, привезли на квартиру, где Маргоша, тогда ещё студентка ветакадемии, выходила меня, а я забрал её невинность.
