...я стоял с кайлом в левой руке на дне идеально круглой воронки, и меня освещали самые яркие софиты бульдозера. Желтовато-оранжево-красное свечение недр обжигало глаза даже через светофильтр. Оплавленные края пород моментально остыли, но мне казалось, что они ещё источали тепло, согревали мне ноги через изоляцию обуви.
Я держал двумя пальцами небольшой, размером с двухдюймовую гайку или чуть больше, золотой самородок. Он тоже обжигал руку через перчатку желтым блеском. Прожекторы слегка притухли, и только тогда я смог по-настоящему оценить масштабы воронки. Сорок метров в поперечнике — ровно длина бульдозера, поглощённого взрывом, вместе с отвалом и всем остальным. Пять метров в глубину. А у меня под ногами, переливаясь дрожащими жёлтыми волнами, плескалась метровая толща чистого расплавленного золота. Края этой золотой лужи венчали пенные асбестовые завитки — оксиды кремния и магния, похожие на гриву какого‑то первозданного зверя.
