Андрей в коротких шортах и майке стоял на краю пирса, держась за холодные перила так крепко, что пальцы белели, и слушал дыхание моря — короткий всплеск, тянущийся шорох, тяжёлый удар волны о камни. В каждом звуке моря будто бы прятался обрывок чужого детского крика, который однажды так и остался там, под поверхностью.
Позади послышались шаги, словно по пирсу пробежал ветерок в кроссовках, и тонкий голос спросил:
— Дядь, а если отсюда прыгнуть, далеко течением унесет?
