Свет включился.
Я ослепла. Честно. На пару секунд мир превратился в одну большую белую вспышку. Я заморгала, часто-часто, пытаясь вернуть способность видеть.
— Ну что, Вжик, вернулась?
Я громко сглотнула.
Обернулась.
Рядом с дверью в туалет стоял ОН. Герой моих теперь кошмаров. Злодей моего личного триллера. Душнила Душнилович собственной душной персоной.
Он был почти одет. Почти — потому что рубашка болталась незастёгнутая и из-под нее выглядывало то самое могучее волосатое мужское тело, которое я уже имела удовольствие лицезреть в более интимной обстановке. И даже немного трогать.
Я снова сглотнула.
И снова.
И поняла, что, если продолжу в том же духе, рискую подавиться собственной слюной прямо здесь, и это будет самый унизительный выход из положения за всю историю человечества.
Конфетно-букетный период затянулся. Алина решает форсировать события: отель, откровенный танец и валентинка с признанием. Всё шло по плану, пока записка не исчезла в кармане… совершенно постороннего мужчины.
