Она летела на примерку в Mercedes с личным водителем. У неё была империя моды, сумка Birkin и контракт на миллион. А через секунду — она очнулась в теле нищей девочки на Сенной площади. Петербург, 1881 год. Зима. Холод. Голод.
У неё нет ничего. Кроме рук, помнящих каждый стежок, и французского, который звучит как музыка.
