Вдоль всей дороги скопились отщепенцы общества. Старые и молодые, эти мужчины смотрели вдаль, на безмятежно раскинувшуюся, сколько глаз видел, пустошь. Пустошь была самым ужасным, чем могли напугать в империи человека. Мгновенная смерть порой была большим благословением, чем отправиться в этот пустынный ад. Но их, смертников, за место казни отправили сюда — на дорогу последней надежды. И неизвестно, что было бы лучше: виселица или смерть в безжизненном аду.