В Лавке появляется варенье, сваренное из несбывшихся воскресений — дней, которые не пропали, а превратились в серебристые ягоды, растущие в лесах на обратной стороне прожитого времени. Оно не возвращает прошлое, но тихо напоминает: ничего по-настоящему не исчезает.