Исписанные страницы — последнее убежище человека, одержимого вопросом, на который нет этичного ответа. Чем ближе он подбирается к истине, тем больше реальность начинает походить на бред его подопечных. Когда бумага впитывает чужое — или уже своё? — пятно, становится ясно: некоторые эксперименты нельзя остановить, можно только прервать.
