Одиль Верне оценивает старьё на улице Медников и знает цену всему: медному подсвечнику, поддельному вееру, чужой лжи. У неё есть тайна, за которую вешают, — руками она читает прошлое вещей. Мёртвая чашка расскажет ей, кто был в доме в ночь смерти хозяина.
Когда её ловит за руку коммандан Кабинета — тот самый Слухач короля, что различает ложь по голосу, — Одиль ждёт крепость. Но вместо этого она получает сделку: её дар против его дела. Кто-то в Лютесе выжимает магию из одиноких стариков.
Коммандан де Вельмонт привык, что при нём все взвешивают слова. Одиль — единственная, кого он не слышит: рядом с дерзкой оценщицей впервые за двадцать лет наступает тишина. Он держит её за отмычку с острым языком. Она держит его за холодную машину короны. Оба ошибаются — и оба узнают это слишком поздно. Потому что чашки помнят. Вещи помнят. И кровь — тоже помнит.
