Умереть — неприятно. Очнуться в теле щенка-кобольда — ещё хуже. Особенно если не помнишь, кем был до этого.
Дворняга на дне пищевой цепи подземелий. Слабее гоблина, слабее крысы! Тёплый камень, светящиеся грибы и темнота, из которой пахнет чужим голодом, — вот и весь мой новый мир.
От прошлой жизни мне не осталось ни имени, ни лица — только умение думать наперёд. Здесь так не умеет никто. И я уже выбрал, кого съем первым.
