— Ты принадлежишь этому дому, — говорит Кайхан-паша на языке, которого я не понимаю.
Слова проходят мимо. Приказ остаётся.
— Я никому не принадлежу. Но вашу кухню спасти могу.
Я показываю на печь, на свои руки и на бабушкину банку ванили.
Кайхан кладёт между нами два кофейных зерна: одно подталкивает ко мне, другое оставляет себе.
Вчера Соня управляла московской кондитерской. Но вдруг перенеслась в место, где вкус стоит дороже золота.
Каждое блюдо — ставка за право остаться собой.
Каждая встреча с Кайханом-пашой — риск однажды не захотеть домой...
