Скин-разлом закрывается за спиной, звёзды на шкуре Блашъ гаснут одна за другой, а перед рассветом Мьялл и его обособившаяся тень оказываются в Чебоксарах, где панельки стоят поверх изб, а карамельный солод тянет к реке. Проход между мирами сузился до щели, и в этой щели живут хельбеки — те, кто не дождался ни помина, ни ковша. Последнее новолуние осени, обряд Кĕр Сăри, три кадки в разгромленной пивоварне, бутылка «Кёр Сари тёмное» на полке ночного магазина, где пиво мёртвое, потому что сделано по всем правилам и без единого намерения, — и древний закон: стать одним на время охоты. Ироничный нуар о памяти, которая держит миры, и о том, что обряд не спрашивает, кто ты.
