— Бери ручку и подписывай, — говорит брат.
Я не двигаюсь. Кажется, меня намертво приклеили к полу. Женщина кладёт ручку на журнал и замирает как живая статуя, только глаза испуганно моргают.
— Не буду, — голос чужой, от нервов пересохло в горле. — Аслан, пожалуйста… Я не выйду за него.
— Я не спрашивал твоего согласия. Подписывай, Амина, — брат произносит это ровно, будто общается с задержанным на допросе.
Аслан разворачивается ко мне и спокойно, без суеты достаёт пистолет из кобуры. Смотрит в упор. Будто это обычный разговор и он не угрожает сейчас пристрелить собственную сестру.
— Подпиши. Или я убью тебя прямо здесь.
Я не знаю, правду он говорит или нет, но проверять не хочется. Аслана за глаза называют бешеным волком даже его сослуживцы, спорить с ним смертельно опасно.
Смотрю на чёрное дуло круглыми глазами. Сухой щелчок предохранителя заставляет меня протянуть руку и взять ручку. Пальцы не слушаются, но я вывожу на бумаге кривую подпись. В этот момент кажется, будто я уже мертва
