Марк Моисеевич любил свою типографию страстно и преданно. Он знал характер каждой литеры, помнил звук каждого зубчика в механизме старого чугунного пресса и лично проверял качество каждой пачки бумаги, поступающей на склад. В просторном помещении мастерской пахло густой олифой, свинцом, сухим клеем и отборным табаком. Подмастерье, сонный парнишка Семка, спозаранку растапливал чугунную печурку-буржуйку, разгоняя сырость, а печатник дядя Ефим методично протирал валы керосином.
Сортировать по
740
0
28
