Мне испортили мёд перед подачей к государыне. Похоже, мой медовик кому-то совсем поперёк горла.
Во дворце начался пост. Сливки и яйца убрали, сахар у Бонне под ключом, а Елисавету Петровну всё равно нужно удивлять. Я придумал нежный крем из миндаля, научил подручных новым пирожным и почти поверил, что мы здесь обжились.
А потом попробовал мёд из своего бочонка. Соль. Столько, что сводит челюсть. Коржи готовы, двор ждёт, другого мёда на крем нет.
Вернее, есть. Фрося берегла кувшин на свадьбу. Свою. А я, умник, до сих пор делал вид, что не понимаю, на кого она смотрит, когда об этом говорит.
Придётся поговорить. А потом вернуться к огню: я слишком долго учился своему делу, чтобы отдать чужой подсыпке и царский стол, и наше будущее.
