– Марий, Марий, куда поросенка ставить?
Марийка обернулась. Люська. Ну конечно! Вернулась-таки в деревню. С Колькой, само собой. И как-то совершенно незаметно именно она стала негласной распорядительницей на их свадьбе: у кого что забрать, кому куда сесть, какое блюдо на какой стол.
– Люся, от меня подальше, – скривилась Марийка, округляя глаза. – Меня от вида жареного мяса уже тошнит!
Люська фыркнула, но послушно потащила блюдо дальше. В центр.
В стареньком Доме культуры, казалось, собралось полрайона. Как иначе?
Во-первых, событие. Во-вторых, невеста – своя знаменитость. Знахарка деревенская, к которой ходили и с головной болью, и с «порчей на корову», и с бессонницей. А уж когда народ поглядывал на Люську с Колькой – на их перемену, на то, как те помолодели, посветлели, – Марийку уже почти что в глаза стали ведьмой называть. Колдуньей. Никто понять не мог, что именно случилось, но все видели, что случилось что-то важное.
Так что теперь к ней все чаще обращались по имени-отчест
