Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?
Найдено 540 книг
Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?
Когда тьма окружает, и монстры тянутся к тебе, не забывай: твоя вера в себя и друзей – вот что прогонит страх.
Эмоции человека порой являются движущим фактором.
Страхи окутывают ваше сознание, они парализуют волю и рассудок. Порой не понятно, реальность это или мираж, порожденный испуганным мозгом. А возможно это лишь бесконечный сон, крепко держащий вас в своем плену. Девушка обнаруживает себя в темном подвале, ее нога прикована цепью. Кто это сделал и зачем? Внезапно дверь в подвал открывается, и к ней спускаются две странные женщины. У одной в руках небольшая пила с острыми зубьями. Кто они освободители или палачи? А может это только иллюзия, порожденная страхом. Однозначного ответа нет. И если вам порой кажется, что ваши кошмары остались в прошлом, то не тешьте себя пустыми надеждами. Они обязательно вернутся.
Виталий Коробейников — пожарный, который боится огня, высоты и почти всего остального. За двадцать лет службы он научился виртуозно спасать не людей, а документы, и прятать собственный ужас за аккуратностью и служебным рвением. Его мир выстроен из мелких страхов и больших оправданий.
Однажды ему выпадает нелепый вызов — снять кота с яблони. Пустяковая задача превращается в личную катастрофу: между страхом упасть и страхом быть навсегда записанным в трусы он выбирает третье — действовать.
«Трусость в героизме» — психологическая история о человеке, который не становится смелым, не преображается и не совершает подвига в привычном смысле. Он лишь точно узнаёт устройство собственного страха и цену человеческого достоинства.
Тонкая трагикомедия о том, как иногда самый тяжёлый подъём — это не вверх по лестнице, а изнутри себя.
Он вешает гирлянды и слушает шансон, проклиная всё на свете. Она режет огурец и вспоминает чужих мужчин. Они ненавидят Новый год. Ненавидят друг друга. Ненавидят эту дачу. Но зачем-то украшают её. До первой крови. До первого стука в дверь. До того, как сказка станет былью — мёрзлой, безжалостной и очень, очень холодной. Новогодний ужас, от которого не согреет даже огонь в камине.