В глубине, под горами, есть то, о чём не говорят вслух.
Не чудовище. Не древнее зло. Память.
Память о мире, который был до света. До неба. До того, как появились первые языки и первые страхи. Она не нападает. Не заманивает. Она просто ждёт. Тысячелетиями. И когда кто-то приходит слишком близко — впитывает его разум, не понимая, что тела важны.
Она одинока. Она боится исчезнуть. И она умеет шептать.
Его называли Черным. Он спускался туда, куда другие не решались. И однажды он услышал её голос.
Вместо того чтобы запечатать разрыв наглухо, он оставил лазейку. Чтобы та, кто спала внизу, могла говорить.