Найдено 20 книг
Я всегда мечтал летать. На МиГе как дед, на «Сушке» как отец – не важно! Но не сложилось в этой жизни, а потом...
Я все-таки стал пилотом, только на Первой Мировой. Деревянные самолеты, крутые очки, кожаные куртки и пока еще еле заметный запашок гнили, что начал накрывать армию. Два года до поражения, два года до Революции – прожить бы их, но мысли нет-нет, а забегают вперед.
Я всегда мечтал летать. На МиГе как дед, на «Сушке» как отец – не важно! Но не сложилось в этой жизни, а потом... Чужая «Цессна» неожиданно оказалась в небе Первой Мировой в 1915 году. Там, где средний срок «жизни» пилота – 6 недель, где «Фоккеры» еще год будут уничтожать все, что движется, где... возраст совсем не такая уж и помеха. Особенно если пахать, если побороть страхи, если малолетние идиоты не пустят под откос итог не только этой войны, но и следующей.
Почему мне не могло повезти так как всем остальным нормальным попаданцам?
Станица дымится в руинах. Победа обернулась тысячами могил, радиоактивной техникой, лагерем пленных и умирающими бойцами дивизии, пришедшей из другого мира.
"Над Феодосией кружатся «Юнкерсы». Немцы не в состоянии вырвать инициативу из наших рук. Они в бессильной злобе бомбят маленький курортный городок с его легкими зданиями, приморскими бульварами, домиком Айвазовского и развалинами старой Генуэзской крепости." Так описывал войну в Крыме Константин Симонов.
"…Мы летали каждую ночь. Бомбили по подходящим немецким колоннам, по железнодорожным станциям и переправам. Лишь только наступали сумерки, вылетал первый экипаж, через 3-5 минут – второй, затем третий. Когда на вылете стоял последний, мы уже слышали тарахтенье возвращающегося первого" - а это уже начштаба 588-го ночного легкобомбардировчного Ирина Ракобольская.
Именно сюда, на юг переброшен авиакорпус Стаина. Они уже не новички, они опытные летчики, но и битва им предстоит нешуточная. Враг рвется к кавказской нефти и зерну Кубани. Случится ли в этой реальности катастрофа 42-го года, или все-таки советским людям удастся изменить ход истории?
Когда тьма смыкается, а твари вырываются из портала, спасти может только тот, кого считали игрушкой в чужой игре. Но готов ли Василий заплатить за выживание ценой собственной души? И есть ли будущее в мире, где смерть перестала быть окончательной?
В 1914 году Пётр Нестеров не погибает.
Человек, оказавшийся на его месте, выводит самолёт из штопора — и этим сдвигает первую, почти незаметную точку истории.
Авиация остаётся опасной и плохо понятой, но выживший Нестеров начинает менять не отдельные вылеты, а сам подход к полёту: подготовку пилотов, расчёт рисков, требования к машине и роль авиации на войне.
Через штабные разборы, инженерные решения и новые стандарты запускается цепочка изменений — в самолётах, производстве и управлении.
Идеи, привычные для XXI века, в начале XX выглядят преждевременными и рискованными.
Первая книга цикла «Петля Нестерова» — рациональной альтернативной истории о том, как одно выжившее решение постепенно уводит Первую мировую войну от канонического хода.
Цикл задуман как долгий: масштаб и последствия растут от книги к книге.
Смерть в этом мире — понятие относительное. Физические муки проходят, а вот перспектива стать вечным объектом для экспериментов пугает куда больше. Спасение приходит с неожиданной стороны — из пепла, в облике товарища в немецком мундире, чья плоть выдержала адское пламя.
Ошибки... Иногда - это простые опечатки, иногда какая-то мелочь меняет судьбы людей. Молодой парень из японского города переживает из-за своей ошибки, которая кажется ему глобальной.