Книги #славянская мистика
Найдено 12 книг
Добро пожаловать в полный тайн мир опричников, архивариусов и бойцов Поморского Отдела ЧС.
Алена — психолог, привыкшая препарировать чужие страхи. Но после самоубийства пациента и краха карьеры её собственный рассудок дает трещину.
Спасение кажется бредом: письмо от бабушки, похороненной три года назад, зовет в Заблудье — деревню, которой нет на картах. Там телефоны молчат, а местные смотрят сквозь тебя пустыми глазами. Там по ночам с болот доносится скрежет когтей по кости.
В Заблудье правит Голод, пожирающий не тела, а души. Здесь воспоминания — единственная валюта. Чтобы выжить, Алене придется сделать невозможное: не забыть, а вспомнить. И встретить то, от чего она бежала всю жизнь.
В селе творится страшное, но никто не может найти злодея. Добрый молодец Емеля не желает с этим мириться. Однажды ночью он идёт за таинственной тенью, что уводит его прочь от людей.
Чтобы попасть назад в свое время героиня должна добраться до заповедных истоков Роси, а
потому Леда становится невестой человека, способного обращаться в Крылатого Змея. Он последний из рода Гнездовья и считает "ладушку" своей суженой. Вот только не торопится в жены брать, страшит давнее заклятье.
Красивая, романтическая история, навеянная песнями Хелависы (группа "Мельница")
Настя, светло-русая и чумазая, звонко засмеялась в ответ, а после, поправив волосы на лице, негромко сказала:
– Вечно маменька что-нибудь выдумает. Ну как умерла-то? – она легонько погладила Соню ладошкой по щеке. – Чувствуешь? "
Молодой лингвист Семён отправляется в глухую деревню Полянец, чтобы записать уникальный диалект и древние сказания последней хранительницы старины — таинственной Бабки. Он надеется на научное открытие, но вместо этого находит нечто иное.
Здесь правила пишут не люди. После заката — не свисти. На ночь — оставь на столе хлеб-соль для незваных гостей. Не подбирай ничего с дороги. И никогда не ходи в лес один.
Каждая записанная Семёном история Бабки — не рассказ о духах, а зов, пробуждающий их. Леший-Промышленник, ведущий жертву вглубь самого себя; хитрая Болотница, стучащая в окно голосом любимых; Недрем, ворующий дыхание спящих, — всё это было лишь прелюдией.
Настоящий ужас начинается, когда Семён понимает: он не просто записывает фольклор. Он становится новым звеном в древнем и кровавом договоре между деревней и силами, что старше самого леса. Чтобы выжить, ему придётся не просто верить. Ему придётся принять правила игры, где ставка — его душа.