Кошачье сердце, или Клара Чугункина

Фанфик «Кошачье сердце, или Клара Чугункина» дополнен продолжением в полторы главы. Также со второй главы изменен стиль изложения, при этом диалоги и развитие сюжета остались без изменений. Стоит ли перечитать или нет, смотрите сами. Хотя рассказ был почти готов, я отправил его в корзину. Получившаяся практически зеркальная история «Собачьего сердца», только с коррекциями в соответствии с кошачьей биологией, по-своему, может, и была забавна, но не более того. Сейчас в планах сделать нечто более интересное и серьёзно отличающееся от текста Булгакова. Получится или нет, посмотрим.

— Ну что ж, — раздался его голос, и в нём послышалась та самая самоуверенность человека, нашедшего простое решение сложной задачи. — Если это женский пол, и раз уж она… от кошки… — здесь он сделал многозначительную паузу, давая понять, что биологическая составляющая его не интересует в принципе, — то пусть будет Клара. В честь товарища Клары Цеткин, разумеется. Для прогрессивности и солидарности с международным движением.

Он замолчал, явно довольный своим предложением, но тут же столкнулся с естественным вопросом, который, как воздух, необходим любой бюрократической конструкции.

— А отчество? — спросила Вяземская, уже готовя карандаш. — Без отчества — неполное имя.

Жаровкин, не смутившись ни на секунду, тут же нашёлся:

— Карловна, естественно. В честь Карла Маркса. Получится идеологически выверенная конструкция: Клара Карловна. Основатель и последовательница. Всё в духе времени.

Идея, казалось, была готова к воплощению. Однако оставался последний, сугубо формальный элемент — фамилия. Здесь слово взял профессор Преображенский, до этого наблюдавший за дискуссией с выражением глубочайшего отвращения и профессионального презрения.

— Фамилия донора, из чьих материалов… компонентов был создан субъект, — произнёс он сухо, с акцентом на словах «материалы» и «компоненты», — согласно имеющейся у меня справке, Чугункина.

Он выговорил это как приговор, как констатацию неприглядного, но неоспоримого факта. Итогом стало то самое сочетание, которое и было предложено Жаровкиным для протокола, пусть и с невольным уточнением профессора:

— Клара Чугункина. По фамилии донора. Логично и идеологически выдержано.

Читать «Кошачье сердце, или Клара Чугункина»: https://author.today/reader/529399