Фандорин и Маса — во Франции

— Господин, — тихо сказал Маса по-японски, — цифра «8» у гамбургского штемпеля тяжелее. Печатал торопящийся. У него сзади стоял, как вы говорите, чужой нос. В Гамбурге было опасно.

— Значит, — так же тихо ответил Фандорин на языке Басё, — в Гамбурге было бы интересно. Но любопытство — не наш хозяин. Наш хозяин — дорога. В Париже нас ждут свои.

В Париже «свои» встретили их без лишних церемоний и показной драматичности. Они не играли в романтических шпионов — реальность слишком часто напоминает плохой водевиль. Однако Россия, как и подобает великой державе, в этом городе держала глаза открытыми, а руки — чистыми. Полковник в отставке, ныне служащий частным поверенным при русской колонии, предоставил соотечественникам комнату с отдельным входом, свел с надежными людьми, которые знали порты лучше, чем светские салоны, и дал важный совет:

«Если вам понадобится помощь полиции, обратитесь к одному порядочному человеку. Его зовут папаша Жано».

Три дня ушло на то, чтобы бумага перестала быть просто бумагой. Фактура — это всегда клей, канифоль и пальцы, пахнущие железом; разложив на столе путевые листы, страховые полисы на груз и счета на réserve — ту самую «резервную» контору у Старого порта, которая умела стирать имена с бортов яхт, — Фандорин перешёл с изучения карты на внешнее наблюдение.

Чётки щёлкали реже: мысли стали длиннее, и каждому щелчку должно было соответствовать не слово, а дело...

ЧИТАТЬ:

Фандорин и Холмс: Дело Люпена — Следы на воде

https://author.today/work/569383

+ 2 новых главы!