Некроманты и другие тёмные

Хотел стать Искателем, не имея никаких навыков и вооружённый лишь отцовским мечом? Получи!

Теперь в твоей голове Система с личностью и амбициями, а ты — её единственный представитель.

Вот только... Что насчет остальных Пробужденных, что были до тебя? Почему теперь они подсвечиваются как враги?

Мой дар позволяет возвращать мертвых к жизни, говорить с ними, повелевать... Но я никогда не желал использовать его во зло. Напротив, я даже старался помогать полиции в расследовании убийств, узнавая все подробности произошедшего непосредственно у жертв. Однако нашлись те, кому мои способности встали костью в горле, те, кто не хотел, чтобы мертвецы когда-нибудь заговорили вновь.
За моей головой началась настоящая охота, и теперь, чтобы просто выжить, я вынужден творить ужасные вещи. Что ж, вы сами сделали из меня монстра...

– Ни хрена себе! – присвистнул патрульный, не сводя завистливого взгляда то ли с наших пушек, то ли с боевых костюмов. – Вы как вообще такую ношу на себе таскаете?
– Точно так же, как и ты свою, – не особо приветливо прохрипел подшлемный динамик моего напарника.
– Да ладно? – боец посмотрел на слегка потрепанный АКСУ в собственных руках, будто впервые его увидел. – А так и не скажешь…
– Недавно служишь, что ли? – обратился я к полицейскому, у которого знаки различия были наглухо закрыты бронежилетом.
– Э-э-э-э… а что, так заметно? – смутился парень.
– Ты челюсть с земли подбери, – посоветовал Изюм, – и будет уже не так палевно.
– Кхе-кхе… блин, извиняюсь…
– Ты нас лучше к коллегам своим веди, – поторопил я эмвэдэшника, который, похоже, вообще забыл, зачем его тут поставили. – Если кукловод нас срисует, то может вам тут целый карнавал устроить. Видел когда-нибудь, как умертвия со всего подъезда в окна прыгают?
– Нет… – испуганно заморгал полицейский.
– Тогда шевелись, а не то увидишь!

Пойдя на смерть, ради воскрешения семьи, бывший врач оказывается в подчинении у демона, ведущего свою игру в магическом мире. Он обречен выполнять требования ранее проигравшего войну с другими демонами ради призрачного шанса вернуться домой. Любовь тянет назад, но возможности нового мира очаровывают и дают шанс встать на один уровень с неведомыми игроками, и чем чёрт не шутит, покорить время и пространство?

Когда ты единственный выживший из младшего рода, тебе не уготовано ничего хорошего. Другой бы подумал именно так, но не Егор. Для него быть последним представителем – это возможность наплевать на все условности и заниматься лишь тем, чем ему хочется. А на случай, если кто-то пожелает этому мешать, у парня есть пара сюрпризов для нежеланных гостей.

Я не помню своего прошлого до момента пробуждения в тёмной пещере.

Я не сплю, не устаю, не ем, не чувствую боли, жалости, страха.

Цель моего существования – убивать людей, приходящих в моё подземелье.

Но я – не маньяк и не безумец.

Я – всего лишь скелет.

Семёну Лебедеву, водителю пустынного внедорожника, поступил странный заказ: отправиться в самое сердце Сахары, туда, где нет ничего, кроме солнца и песка. Откуда же он мог знать, что, согласившись на эту работу, он начнёт невероятное путешествие в иной мир, полный тайн, лишений и магии?

Некромантия - это грязно! - говорили они.
Некромантия - это вонь, гной, кровь и мерзость! - говорили они.
Некромантия - это ужасно и противно! - говорили они.
Но я уверен, что все зависит от человека. От того, как он воспринимает свою работу и призвание. Некромантия может быть другой...
К слову, вы когда-нибудь пробовали надувать гелием зомби? Крайне занятное летающее зрелище, я вам скажу...

Чего может добиться предприимчивый программист, которого из-за того, что он слишком много знал, заперли в виртуальном мире? А если он при этом зомби, замертво похороненный в богами забытом месте? С вырванным языком, без каких либо умений, и единственный параметр, который он может развивать - бесполезное "Восприятие"? При этом он не имеет доступа к внешнему миру, магазину и игровым чатам, а администрация игры и есть те, кто его запер в виртуальном "Мире фантазий"!?